День 26 апреля для доброй части женского населения Кировограда стал настоящим праздником – в областной филармонии состоялся концерт Олега Винника с красноречивым названием «Счастья много не бывает».
Автору удалось побывать за кулисами филармонии во время саунд-чека и сполна оценить диапазон голоса Олега – он великолепно поет как тенором, так и баритоном. А еще Олег Винник оказался очень общительным и внимательным к представителям местных СМИ.
– Олег, вы – один из немногих украинских артистов, сделавших успешную карьеру в Европе. Более того, фактически вы начали с Европы, в прямом смысле слова покорив Германию. Мало кто, добившись успеха там, возвращается в Украину. И тем не менее, вы вернулись.
– Какой, однако, провокационный вопрос вы задаете! (После небольшого раздумья.) Знаете, наверное, я никогда не воспринимал Германию как свой дом. Да, в этой стране прошли 12 лет моей жизни, но не могу сказать, что жил там, – я работал. Работа была очень напряженная – я был артистом мюзикла, был связан долгосрочными контрактами. Но контракт закончился, и я вернулся на родину, к своей семье. В общем, там я работал, а здесь живу. Как-то так. Кстати, я очень скучал по семье, по своей стране. Почти все свои песни я написал за границей, за исключением только одной – «Здравствуй, невеста». Эта песня родилась в Киеве – я ехал в машине и вдруг на мосту увидел несколько пар, празднующих свадьбу. Девушки в белых платьях – зрелище ослепительное! Подумал, что, наверное, еще никогда в жизни не видел столько красоты, захотелось высунуться из машины и закричать «здравствуй, невеста!». Вот на этой эмоциональной волне и получилась песня. Вообще как человек, объездивший Европу и США, на основании личного опыта могу уверенно заявить – нигде, ни в одной стране мира нет столько красивых девушек, как в Украине. На каждом концерте у меня праздник, потому что основная моя аудитория – это девушки и женщины, и для них очень приятно петь.
– Вы исполняете еще чьи-то песни, кроме собственных?
– Практически весь мой репертуар – собственного сочинения. Причем и русскоязычные, и украиноязычные песни. Я пока не нашел еще автора, чьи песни смог бы исполнить с тем же чувством, так же искренне, как и свои. Да и зачем? Если есть талант, его нужно дарить людям, без этого ты – не артист. Причем если уж Бог наградил тебя, то ты не имеешь права работать спустя рукава. Я не могу петь вполсилы, это было бы сродни предательству, что ли. И с песнями получается так же – если меня посещает вдохновение, если рождаются песни, их нужно петь, эта часть таланта должна быть реализована. А иначе для чего все это? С другой стороны, талант – вещь обоюдоострая, он может принести и счастье, и беду. Не зря же считается, что талант человеку дает Бог, а приносит его тот самый, хвостатый…
– У вас академический вокал и большой опыт. Никогда не хотели сделать карьеру в опере?
– С оперы я начинал! Моя карьера в Германии началась с небольшой арии в «Тоске». Возможно, если бы мой учитель вокала Карл Леманн не посоветовал заняться мюзиклом, я сейчас был бы оперным исполнителем. Первоначально мой голос квалифицировался как лирический тенор и лирический баритон, но благодаря Леманну я овладел еще и драматическим баритоном. Но мне не хватало пластичности, поэтому, чтобы раскрепостить себя, учитель посоветовал мне выбрать мюзикл.
– В какой опере вы хотели бы спеть больше всего?
– Однозначно хочу, чтобы это был Вагнер! Это великий композитор, он писал монументальную музыку и очень сложные оперные партии, его опера как раз ориентирована на драматический голос, как у меня. Наверное, если бы я спел арию из вагнеровской оперы на мировой сцене, то посчитал бы, что достиг потолка, выше уже некуда. Это был бы венец моей карьеры. Хотя… всегда есть новые высоты.
– Мюзикл очень популярен в США и Европе, но на постсоветском пространстве его практически нет. С чем это связано?
– Наверное, с тем, что мало найдется в Украине продюсеров, готовых вложить 8–10 миллионов евро в постановку, и мало найдется людей, готовых заказывать за полгода билеты ценой от 100 евро. Мюзикл – это жанр, подразумевающий стабильность и достаток, ему не место в вихре революции. Да и вряд ли украинский зритель поймет, например, американскую постановку, она будет для него чужой. В странах, где активно ставят мюзиклы, основой для них являются национальные сюжеты, близкие по духу людям, которые будут их смотреть. В США ставят мюзиклы об американской мечте, во Франции – по романам Гюго. Какая история сможет стать основой для украинского мюзикла, я не знаю. Но, если быть честным, я хотел бы увидеть времена, когда в Украине будут ставить мюзиклы. Это будет значить, что страна победила все невзгоды и процветает.
– Вы поете песни для девушек и женщин. А какую музыку слушаете сами? Какая музыка сформировала вас как певца и автора песен?
– Можно сказать, что я слушаю все. С самого детства я обожал слушать музыку, тогда еще грампластинки были, – так вот, у меня на полке стояли рядышком пластинки Баха и Modern Talking. В каждом музыкальном жанре есть эталонные вещи, из которых можно почерпнуть что-то для себя. Это как еда – я не могу целый день есть одно и то же. Точно так же я не могу все время слушать музыку только одного направления. В последние пару недель меня застегнуло на Muse. Я просто поражен тем, насколько органичен их минимализм.
– Что пожелаете поклонникам и в первую очередь поклонницам из Кировограда?
– Счастья, конечно же счастья! Его много не бывает.
Через полчаса после беседы артист вышел на сцену, и зал взорвался аплодисментами. Аудитория Винника (особенно женская ее часть) была очень активна – девушки задаривали певца цветами, танцевали, подпевали «Волчице», «Невесте» и другим хитам и даже осыпали сцену лепестками роз. Винник оказался очень контактным, находил теплые слова для каждой поклонницы, приносившей ему цветы, позировал для фото, спускался в зал. Праздник счастья удался!
Виктория Барбанова, фото Елены Карпенко, «УЦ».
