Украина Центр

Среди одесских художников, участвовавших в пленэре, который организовала галерея «Елисаветград», заметно выделялся Анатолий Кравченко. Большой, колоритный, он привлек всех без исключения журналистов. С ним хотели пообщаться, сфотографироваться, посмотреть его работы и его в процессе работы. От него веяло спокойствием и мудростью.

Справка «УЦ»

Анатолий Григорьевич Кравченко родился 13 марта 1956 года в селе Гринивци Житомирской области. 1971–1975 – прошел обучение в Одесском государственном художественном училище им. Грекова. С 1983-го по 1984 год учился в Ленинградском институте им. Репина. С 1985-го по 1991-й – в Украинском полиграфическом институте им. Федорова. Член Национального союза художников Украины с 1992 г. Работает в технике акварели, живописи, монументальной живописи, книжной графики. С 1979 года участвует в областных, республиканских и всесоюзных выставках, а с 1986 года – в международных. Заслуженный художник Украины.

Говорил мастер спокойно, размеренно. Жаль, что для общения с ним было не так много времени, как хотелось. Но все-таки получился портрет – акварельный, как его полотна.

– Анатолий Григорьевич, вы наверняка не раз были в Седневе.

– Конечно, был. И сейчас туда возят, но не так просто попасть – слишком большая очередь. Когда-то это была одна из лучших всесоюзных творческих баз, а сейчас – украинская. Можно поехать за деньги, но не всегда есть такая возможность, редко найдешь свободные художественные деньги.

– Можно ли сравнить Седнев и Светловодск?

– Светловодский пленэр – это нечто другое, но не хуже Седнева. Расскажу такую историю. У нас сложились очень хорошие отношения с турецкими художниками. Мы ездили на пленэры к ним, и надо было чем-то ответить. Мы даже принимали в Одессе сто турецких художников. Их сторона финансовые расходы брала на себя, и, насколько я знаю, страна вложила в эту творческую поездку сто тысяч долларов.

Как-то мы повезли великолепного мастера из Турции в Седнев. Киевские художники говорили ему, что это «украинский Барбизон». А он мне говорит: «Толя, я только что приехал из Барбизона, и мне есть с чем сравнивать. Седнев – это прекрасные, энергетически наполненные места, где бывали выдающиеся художники. Но здесь нет менеджмента, нет галерей, что есть в Барбизоне. Там художник может реализовать свое творчество посредством выставки и даже продажи работ. Когда это будет в Седневе, никакая Франция не сравнится».

У нас много прекрасных, живописных мест. Иностранцы с удовольствием к нам едут. Мы в Одессе принимали и немцев, и итальянцев. Они оставляют дома свое материальное благополучие и едут к нам, открывают для себя Украину. Вот так я здесь открыл для себя Кировоградщину.

– Вы в наших краях впервые, но, насколько я знаю, здесь ваша историческая родина.

– Мой дедушка, Назар Назарович Кравченко, родился и жил в Малой Виске. Приехал в Одессу, нашел одесситку, мою бабушку Настю, своего тестя, моего прадеда. Женился, окончил школу военных летчиков и летал. Авиация дореволюционной Российской империи начиналась с Одессы. Первые самолеты, первые полеты, первый завод, первая военная школа летчиков. После рождения моего отца, после 1925 года, его начали преследовать, и он был вынужден уехать в Россию, где его вроде бы временно оставили в покое. В 37-м году и дедушку, и бабушку расстреляли. Оставшаяся семья, в том числе мой отец, который был самым маленьким, вернулась в Украину. И, как писал Шевченко, «розлізлися межи людьми, мов мишенята»…

Мой папа всю войну прошел сыном полка. Был в плену. Когда колонну пленных вели, какой-то солдат вытолкнул его из строя, сказал, что он ребенок и его не тронут. Так он спасся.

Мы с женой сейчас составляем родовую книгу. Когда-то это не было принято, а сейчас испытываешь в этом необходимость. Нужно возвращаться к корням. У моей Гали не менее трагическая судьба рода. Ее отец – из семьи богатых церковнослужителей. Папа в войну учился в училище бутафоров при ленинградской киностудии. Они там изготовляли бомбы-обманки. А мама ее с Черниговщины. Дедушка был простой крестьянин, его в двадцатые годы раскулачили и отправили в лагеря. Во время войны он был в штрафбате. Искупил кровью, прошел войну, даже был награжден орденами. Два года его не трогали, а потом опять забрали. В шестидесятых годах его реабилитировали, и он доживал век с нами в Одессе.

Все детство я бегал в летном шлеме деда. Сначала его носил мой старший брат, потом я. Сейчас он находится в одесском музее авиации.

– Как вы стали художником?

– Я рос и воспитывался у дедушки по маминой линии с Житомирщины. Над кроватью у меня висела картина, на которой изображена девушка, провожающая казака на войну. Ее нарисовал мой дядя Коля, который был врачом по специальности, бандуристом и художником-любителем. Она мне очень нравилась, я ее много раз копировал. Наверное, это и подтолкнуло к тому, чтоб стать художником.

– Что вам больше по душе – акварель, масло?

– В поездках больше нравится акварель. Для меня это материал настроения. Знаете, как есть проза и поэзия. Акварель – поэзия. Техника более подвижная, воздушная, ситуативная. Проще передавать какие-то нюансы.

– У вас такая колоритная внешность. Откуда такой образ – борода, длинные волосы, шляпа?

– Борода у меня давно. Я ее отпустил, как только отслужил в армии. Экономия времени, больше ничего. Время, которое уходило бы на бритье, я тратил на то, чтобы утром сбегать к морю, написать этюд. Что касается волос, то после армии я стригся налысо, а бороду носил. А потом перестал стричься. Наверное, природная лень.

– Пообещайте, что вы снова к нам приедете и мы вместе съездим в Малую Виску.

– С удовольствием. Может, там еще живут люди, которые помнят моего деда.

Елена Никитина, фото Елены Карпенко, «УЦ».

Минулого тижня до Кіровограда з концертною програмою завітав улюблений багатьма телеведучий, гуморист, шоу-мен Сергій Притула разом із «Вар’ятами». Притула «порвав» Кіровоград. Саме так, і не інакше. Кіровоградці, попри свою російськомовність, реготали над простими, україномовними, безперечно смішними жартами, на повну. Як зазначають сам винуватець яскравого гумористичного шоу «Вар’яти» та його команда, за п’ять років існування їм вдалося підкорити публіку в багатьох містах України. Фішками шоу є жодного російського слова і жодного мату.

Інтерв’ю, яке ми записали перед самим виступом гумористів, подаємо мовою оригіналу, бо перекладати на російську цікаві мовні оберти Притули було б якось нелогічно.

– Ви були перспективним науковцем, пройшли через Малу академію наук, але життя розставило все по-іншому. Чому ви не отримали якийсь науковий ступінь, адже така можливість у вас була?

– Коли у 2002 році я закінчував інститут фінансів тернопільського університету, то від декана мені надійшла пропозиція залишитися на кафедрі. Але я багато часу вже працював на радіо, і мені це страшенно подобалося, зв’язувати себе однією постійною роботою, яка потребує відвідин одного й того самого робочого, в мої плани не входило. Плюс я закінчував інститут у двадцять один рік, займатися викладацькою діяльністю мені не дуже хотілося. Ще навколо стільки молоденьких дівчат, та й був зовсім юним. Все це могло скінчитися відносинами викладач-студентка.

– Чому ви стали працювати на радіо, а не на телебаченні?

– На той час я не був фанатом обласного телебачення. Воно було в такому стані, що ніхто не був його шанувальником. Чому я пішов на «Радіо Тернопіль» на прослуховування, на співбесіду, тому що я був фанатом цього радіо. Тоді робота на радіо була трохи іншою, ніж зараз. Тоді, потрапивши на радіо, ти автоматично ставав мегазіркою, принаймі, обласного масштабу.

– А була на той час цензура на вашій FM-станції?

– Ми не були якимось ток-радіо чи радіо з політичним ухилом. Тоді я сидів в ефірі й говорив все, що хотів. Як такої цензури не існувало. Питання стояло в редактурі. З чим мені постійно доводилося перетинатися. У нас була прекрасний головний редактор пані Тетяна Тарасенко, людина, яка мене майже кожного дня викликала на килим і вставляла пістонів за те, що моя мова пересипана суржиком. З-під крила цієї редакторки вийшло зо два десятки дуже розумних радійників, медійників.

– А коли ви прийшли на Новий канал, жорстким був кастинг?

– Я не проходив на Новому каналі жодного кастингу. Разом з пачкою інших резидентів Камеді-Клаб з’явився на каналі як учасник шоу, яке купив Новий канал у Камеді-Клаб. (Вибачте за тавтологію.) Тому моя поява на каналі пройшла абсолютно безболісно, узгоджувати мою кандидатуру з керівництвом каналу не прийшлося. Наступна моя поява на Новому відбулася як ведучого проекту «Чи розумніший ти за п’ятикласника?». Та затверджував мою кандидатуру продакшн, який виробляв цей продукт і який очолював Льоша Гончаренко. Доволі видатна постать на теренах українського телебачення. А вже третій мій захід з «Файна Юкрайна» відбувся як співпродюсера проекту, в якому я був співавтором і актором. Ми запропонували каналу шикарний продукт, який його взяв. Четверта моя іпостась, яка йшла на паралельних курсах, ми разом з Педаном, Тошою Лірником, Андрюхою Молочним, Дімою Царенко переформатували програму «Підйом», і ось з 2008 року по сей день там.

– Ви як людина впізнавана, як ставитесь до того, що кажуть «Он Притула пішов?»

– По-різному. Залежно від того, за яких обставин, у якому місці це відбувається. Який у мене в цей момент настрій. Бували випадки різні. Як кожна нормальна людина, я не переварюю панібратства. Якось мені розказував на сьогодні нелюбимий в Україні Олег Газманов, коли він йшов, хтось йому в спину кричав: «Олєжка, привіт!» «Який я тобі нафіг Олєжка? Мені п’ятдесят років, і я народний артист Радянського Союзу». Мені, зрозуміло, не п’ятдесят, а тридцять чотири, і нічого спільного з радянщиною я не маю, але коли до мене підходить якийсь сімнадцятирічний пацан з пляшкою пива й каже: «Стоять! Притула, давай сфоткаємося», то в мене виникає дуже багато запитань до виховного процесу його батьків. Я не настільки старий, щоб бурчати про підростаюче покоління, але, здається, тотально батьки переклали виховання своїх дітей на телевізор і вулицю. Я намагаюсь не реагувати, більшість таких випадків я «розрулюю» питаннями дипломатії і цілком тверезо усвідомлюю, що подібна поведінка людей викликана моїм же медійним типажем. Я ж такий по тєлєку «Чуваки, я свій». Та частіше намагаюсь бути в кадрі таким самим, як у житті. Іноді ситуації закінчувалися не дуже гарно. Міг і в зуба дати. Просто деякі люди вже надто сильно перегинають палицю.

– Є якийсь телевізійний проект, який би ви хотіли випробувати?

– Є задум випробувати себе в такому форматі, в такому шоу, коли два ведучих сидять перед камерою й ведуть п’ятничну вечірню програму. Але в Україні робити нічний проект дуже тяжко. Обмежені фінансові та авторські ресурси для такого проекту. Та й керівництво каналів зажди знає краще, як робити подібні шоу, а це не завжди вірно. Хочеться залишитися в розважальному жанрі, але з таким політичним ухилом і аналітикою. Є багато людей у владі, які не проти пожартувати над колегами по цеху.

– Зараз багато медійників йдуть у політику. У вас не було думок балотуватися?

– Мене кличуть туди починаючи з 2006 року. Я завжди відповідаю, що ще не на часі. По-перше, треба однозначно мати не тільки впізнаваність, а ще й авторитет, а це не завжди співпадає. Грубо кажучи, є люди, які працюють в шоубізнесі, яких всі знають. Але поваги до них дуже мало. Треба показати людині, що ти заслуговуєш на те, що в один прекрасний момент вона кине за тебе бюлетень. Верховна Рада почала тільки зараз видозмінюватись, а я ще каденцію, другу почекаю. Коли там стане не тридцять адекватних людей, а триста, то в таку структуру можна йти та працювати. Зараз людей, які прийшли працювати в парламент або чиновниками, менше десяти відсотків. Всі інші, в тій чи іншій мірі, виконують роль кнопкодава чи лоббіста чиїхось інтересів. Одна людина, яким би ти не був, систему «в одиночку» не ламає. Як приклад наведу Славу Вакарчука, який написав заяву й склав мандат. І правильно зробив. Тому що в клоації чистим не залишишся. Зрештою скажу, я людина грішна, в мене є свої спокуси, як і в кожного. А ще не так багато заробив у своєму житі, щоб, сидячи у парламенті або в місцевій владі, в мене не виникло бажання вкрасти. Я хоч у цьому чесно зізнаюся. Коли я відчую, що дозрів до такої відповідальності і що зможу собі дозволити безбідно прожити п’ять років на ту нещасну парламентську зарплату, тоді гаразд.

Записав Руслан Худояров, «УЦ».

Праздничные мероприятия Всемирного дня легкой атлетики прошли в минувшее воскресенье в областном центре на обновленной арене стадиона «Звезда». Здесь главный гость праздника Сергей Бубка и губернатор Кировоградщины Сергей Кузьменко встретились и пообщались с ветеранами спорта и войны, а также возложили цветы к памятному знаку павшим в военных сражениях воинам-спортсменам. Необычайно важным моментом сам Сергей Назарович назвал открытие памятной доски, на которой выражена благодарность олимпийской семьи Украины президенту ФК «Зирка» Максиму Березкину за его неоценимый вклад в развитие и популяризацию спорта в нашей области и в Украине. И завершилась насыщенная программа визита представительной спортивной делегации участием в торжественной церемонии открытия командного чемпионата Украины по легкой атлетике среди юниоров и презентацией книги «Жизнь в полете», которую Сергей Бубка написал специально для детей.

И, поверьте, где бы ни проходили встречи Сергея Назаровича с кировоградцами, никто не получил отказа в автографе, фото на память или в простом общении. Но особенно запомнится этот день мальчишкам и девчонкам, которые смогли посостязаться с живой легендой в дендропарке и задать любые интересующие их вопросы на презентации книги на стадионе «Звезда».

Знаковым оказался этот день и для автора этих строк. Ведь мне посчастливилось взять эксклюзивное интервью у самого Сергея Бубки. И, поверьте, это была, пожалуй, одна из самых главных и важных бесед в моей уже достаточно долгой карьере спортивного журналиста.

— Сергей Назарович, чем запомнится вам третий визит в Кировоград?

-У нас сегодня была очень насыщенная программа, включавшая в себя встречи с руководством Кировоградской области и областного отделения НОК Украины, ветеранами спорта, презентации программы «Детская легкая атлетика» и моей книги «Жизнь в полете». Но особое впечатление оставило посещение стадиона «Звезда», где прошло открытие уже третьих в этом году всеукраинских легкоатлетических стартов — командного чемпионата Украины среди юниоров. Я просто восхищен тем, что сделано в Кировограде для развития легкой атлетики. И поэтому хотел бы еще раз выразить огромную благодарность Максиму Станиславовичу Березкину, который вложил не только средства, но и частичку своей души в эту современную арену. Это яркий пример для всех бизнесменов настоящей социальной ответственности перед людьми.

— Исходя из вышесказанного, насколько важна и необходима программа ИААФ «Детская легкая атлетика», которую сегодня вы презентовали?

— Все знают, что легкая атлетика — это королева спорта. Это базовый и универсальный вид спорта, который дает возможность физически развиваться и воспитывать здоровую молодежь. А «Детская легкая атлетика» — проект уникальный, где дети познают наш замечательный вид спорта посредством игры. Все дело в том, как ты заинтересуешь детей. Им нужно открыть двери и сделать это для них интересным и зрелищным. Сегодня вы видели, с каким удовольствием и огромным интересом мальчишки и девчонки соревновались, насколько они смекалисты, как вдохновенно и радостно все делали. Спасибо Международной федерации легкой атлетики, которая создала этот проект.

— Сейчас мы стараемся приобщать детей к легкой атлетике в совсем юном возрасте. А как вы пришли в легкую атлетику и кто повлиял на ваш выбор?

— Вы не поверите, но в легкую атлетику я попал совершенно случайно. Спортом я увлекался с раннего детства. Играл в футбол, баскетбол и даже хотел попробовать свои силы в спортивной гимнастике. Но так получилось, что мой товарищ Слава Малахов, который был на три года старше, начал заниматься прыжками с шестом. И именно Слава реально повлиял на мою судьбу. Ему было тогда 13 лет, а мне только 10. А набирали в легкоатлетическую секцию с двенадцати лет. Но Славка буквально умолял моего будущего тренера Виталия Афанасьевича Петрова и говорил: «Вы должны увидеть этого мальчика». И таки упросил Петрова. Таким образом в 1974 году я открыл для себя легкую атлетику и прыжки с шестом. О чем впоследствии ни секунды не пожалел.

— Впервые вы громко заявили о себе на взрослом уровне в 1983-м году на первом чемпионате мира в Хельсинки. Правда ли, что вместе с другим выдающимся украинским атлетом, будущим олимпийским чемпионом в прыжках в высоту Геннадием Авдеенко вы были включены в состав сборной Советского Союза в последний момент?

— Действительно. Тот первый чемпионат мира был для нас с Геной дебютным. И мы своими победами оправдали доверие главного тренера советской сборной Игоря Тер-Ованесяна, который под свою ответственность рискнул включить молодых прыгунов в состав команды. А ведь до последнего момента вопрос о нашей поездке в Хельсинки решен не был. Я квалифицировался на мировое первенство в Ленинграде на дне прыгуна, бегуна и метателя. Но этого никто не ожидал. А оформление выездных документов в западную страну в то время занимало около шести месяцев. И мой тренер Виталий Петров воспользовался услугами курьерской почты для отправления документов из Донецка в Москву, чего раньше никто не делал. К счастью, у Виталия Афанасьевича все получилось, и на мировое первенство я поехал. Но обо всех этих нюансах я узнал уже после победного окончания состязаний. Ведь до старта наставник старался оградить меня от всех переживаний.

А соревнования в Хельсинки были одними из самых сложных в моей карьере. Прыгать пришлось под проливным дождем и шквальным ветром. А тут еще организаторы допустили в финал без квалификации сразу 27 атлетов, и состязания продолжались семь с половиной часов. Тогда мне единственному покорилась высота 5 метров 70 сантиметров, и я впервые стал чемпионом мира. С этого момента, можно сказать, и началась моя большая спортивная жизнь.

— В дальнейшем было громадное количество незабываемых стартов и ярких побед. Но были ли среди них особенные, которые сейчас бы хотелось выделить?

— Безусловно, это покорение высоты 6 метров 13 июля 1985 года в Париже. Трудно даже сейчас передать те эмоции, которые испытал, когда в Сеуле в 1988-м году стал олимпийским чемпионом. Ведь за четыре года до этого из-за бойкота мы не смогли принять участия в Олимпийских играх в Лос-Анджелесе. Уникальной считаю шестую победу на чемпионатах мира, когда выступал в Афинах спустя восемь месяцев после тяжелой операции. Тогда многие меня списали со счетов. Ведь на подготовку практически не было времени. До чемпионата мира лучший результат у меня был 5 метров 61 сантиметр. И один из главных соперников, Максим Тарасов, даже заявил, что у Бубки не хватает силы воли для того, чтобы закончить карьеру. Так что, во многом благодаря Максиму я разозлился и сотворил подвиг, выиграв тот чемпионат с результатом 6 метров 01 сантиметр. А Тарасов остался вторым, преодолев 5 метров 96 сантиметров.

— Часто говорили, что вы соревнуетесь больше с планкой. И все же, кто из конкурентов был самым уважаемым или опасным что-ли и с кем из соперников сейчас поддерживаете дружеские отношения?

— Вы знаете, для меня постоянно одним из главных девизов был: победишь себя — победишь всех. А к своим соперникам всегда относился и отношусь с громадным уважением. Вначале моей карьеры — это был очень устойчивый психологически настоящий боец Константин Волков, затем — Максим Тарасов и Родион Гатауллин. Кстати, так получилось, что я открыл для Родиона еще одну профессию. Ведь вы были свидетелем, как здорово он справлялся с ролью ведущего-шоумена на турнире «Звезды шеста» в Донецке.

— Ваш летний рекорд — 6 метров 14 сантиметров, установленный в 1994 году в итальянском Сестриере, не побит до сих пор. А кто, кроме француза Рено Лавиллени, недавно превзошедшего ваше достижение в залах — 6 метров 15 сантиметров, сегодня способен замахнуться на такие грандиозные высоты?

— Рено реально своими прыжками и своим потенциалом показал, на что он способен. На данный момент мне трудно назвать другого прыгуна, который может сравниться с Лавиллени.

— Вы выдвинули свою кандидатуру на пост президента Международной федерации легкой атлетики. Мы верим, что все у вас получится и вы станете во главе ИААФ. Но тогда придется оставить ваше любимое детище — НОК Украины, где удалось достигнуть многого. А есть ли те, кто подхватит вашу эстафету?

— Скажу без ложной скромности, что НОК Украины — это один из лучших олимпийских комитетов в мире. И это не наша оценка. Высокую оценку работе НОК Украины дают наши коллеги в европейских и Международном олимпийском комитетах. Поэтому я горд и счастлив, что НОК Украины является примером для многих коллег в других странах. Эту работу я люблю и отдаю ей все свои силы, знания и умения. И вне зависимости от того, как сложится моя судьба, я помогал, помогаю и всегда буду помогать олимпийскому движению, спорту и легкой атлетике Украины. А подхватить эстафету, поверьте, есть кому. Главное, чтобы у нас получалось и мы вместе продолжали двигаться вперед…

— В своей жизни вам приходилось часто общаться со многими сильными мира сего. С кем вам действительно интересно было общаться и кто показался вам настоящим человеком спорта в мире и Украине?

— Если говорить о мировых лидерах, произведших на меня незабываемое впечатление, то здесь главенствующую роль, без сомнений, занимает Хуан-Антонио Самаранч. Это был великий человек и великий президент МОК. Я его ставлю наравне с Пьером де Кубертеном, который в 1894 году возродил современное олимпийское движение. А Самаранч его спас во время кризиса и вдохнул новую жизнь в 80-х годах прошлого века. Хуан-Антонио смог переформатировать подходы и отношение к спорту, интегрировать бизнес в мировой и профессиональный спорт. Это человек, который сделал олимпийское движение и мировой спорт такими популярными, какими мы знаем их сегодня. Если же говорить о политиках, то здесь я бы отметил Леонида Даниловича Кучму. Он первый президент на постсоветском пространстве, который понял значимость спорта и наградил спорт­смена высшей государственной наградой. И дело не в том, что звания Герой Украины был первым удостоен ваш покорный слуга. Президент Кучма сделал большой шаг и принял важнейшее решение, которое подчеркнуло роль и авторитет спорт­сменов в обществе, а также наше значение для поднятия имиджа державы.

— Хуан-Антонио Самаранч, о котором вы отозвались столь лестно, назвал именно Сергея Бубку самым выдающимся спортсменом современности. А кого может удостоить такого признания сам Сергей Бубка?

— Я с большим уважением отношусь к ямайскому спринтеру Усейну Болту, который показывает феноменальные результаты и делает легкую атлетику еще более популярной в мире. Могу отметить также великого американского легкоатлета Карла Льюиса и потрясающего баскетболиста Майкла Джордана. Когда я встречался с Майклом, то он поражал своим доброжелательным отношением к людям. В нем нет ни капли звездности, он на равных говорит абсолютно со всеми, может, к примеру, спокойно поболтать с уборщиками, наводящими порядок в раздевалках его клуба, и поинтересоваться их делами. Вообще я уважаю тех больших спортсменов, которые не отрываются от земли, ценят своих поклонников, достойно ведут себя в любых ситуациях и являются настоящими примерами для подражания.

Юрий Илючек, фото Елены Карпенко, «УЦ».

Президент, благоразумно подождав, пока пройдут майские праздники, подписал четыре закона о декоммунизации. И Украина сразу встала в один ряд с Польшей и прибалтами. Теперь мы – Европа! Пока, правда, только по одному этому признаку.

Отныне в нашей стране законодательно запрещается советская символика, осуждаются тоталитарные проявления коммунистического режима, открываются архивы советских спецслужб и признаются борцами за независимость Украины УПА и другие организации. Запрещаются пропаганда коммунистической идеологии и ее носители – партии и газеты. Законы вступят в силу сразу после их опубликования, и на том все дискуссии об их правомерности заканчиваются – неисполнение наказуемо.

Так исторически сложилось, что у «УЦ» и у «верных симоненковцев» никогда не было никаких приязненных отношений. Не припомню ни среди редакторов, ни среди журналистов ни одного симпатика «вечно живого учения». При этом мы всегда писали о наших дорогих стариках, которые, в свою очередь, составляли немалую часть читателей «УЦ». Можно даже сказать, что у нас с коммунистами, несмотря ни на что, был общий «электорат». Поэтому, наверное, они не любили, но терпели «буржуазную» газету, и мы «комми» особо не шпыняли, изредка высмеивая их упитанного лидера-жизнелюба с «Мерседесом» за углом.

К чему это я? А к тому, что, несмотря на всю историю нашей нелюбви с ярыми адептами КПУ, в первые (и даже во вторые) ряды «декоммунизаторов» журналисты «УЦ», уверен, не встанут. Причина кроется прежде всего в низкой политической культуре общества, в стремлении новоявленных большевиков вновь разрушать все «до основанья». Только один пример, но весьма показательный.

Практически на следующий день после подписания Президентом антикоммунистических законов полтора десятка студентов и школьников кувалдами и ломами уничтожили в Киеве мемориальную табличку маршалу Жукову. Милиция задержала разрушителей, которые в ответ якобы прочитали сотрудникам правоохранительных органов лекцию по декоммунизации. После чего молодые люди были отпущены.

Мне бы крайне не хотелось, чтобы цепочка подобного вандализма докатилась и до наших краев. Чтобы какие-нибудь местные пэтэушники начали не только пачкать краской, но и крушить много лет мозолящую глаз стелу в Центральном сквере. А ведь к тому идет, поскольку наша городская власть, скорее всего, даже не почешется, чтобы упредить возможное развитие событий и вывезти многотонную плиту подальше от греха.

И если бы все дело было в стеле! Принятие законов по декоммунизации таит в себе такие подводные камни, между которыми можно лавировать, лавировать и не вылавировать. Это и дальнейший раскол общества, и вполне возможный всплеск экстремизма и вандализма, и активный поиск ведьм в архивах КГБ, и расправа с политическими оппонентами с помощью информации об их отцах и дедах. Пик всего этого безобразия наверняка придется на нынешнюю избирательную осень и на следующую весну, весьма вероятное время для внеочередных парламентских выборов. Будет чем отвлечь наших нервных избирателей от экономических проблем в стране.

А напоследок – слово мудрому Жванецкому, очень даже по теме.

Сейчас некоторые наши из оголтелых кричат:

– Лучший генофонд уничтожен! Мы нашли виноватых! Давай за нами!

Куда ж за вами, если лучший генофонд уничтожен? А вы тогда кто? За вами пойдешь, опять морду набьют. Где же найти приличный генофонд? Куда деваться человеку не совсем здоровому, но тихому и порядочному?..

Ефим Мармер, «УЦ».

Верховная Рада приняла законопроект №1565 «Об особенностях осуществления права собственности в многоквартирном доме». Теперь все владельцы квартир в таких домах будут считаться совладельцами дома и земельного участка, на котором он расположен. Этот земельный участок передается жильцам в собственность бесплатно.

Принятый законопроект позволит выбирать форму и способ управления многоквартирным домом: самостоятельно, путем создания ОСМД (обществ совладельцев многоквартирных домов) или путем передачи всех или части функций на основании договора физическому лицу — предпринимателю или юридическому лицу — управляющему.

Отношение к принятому документу неоднозначное. Например, спикер ВР Владимир Гройсман радостно сообщил, что, когда закон будет подписан Президентом, «он разрушит монополию ЖЭКов». Некоторые эксперты утверждают, что «устранение ЖЭКов – это губительная инициатива Кабмина, которая приведет к ущемлению интересов частных собственников».

Что произойдет на самом деле? Чего нам в реальности ожидать? Что делать – радоваться или плакать? К счастью, у нас есть местные эксперты (вернее, эксперт), способные ответить на эти вопросы. Свое авторитетное (по крайней мере, для редакции «УЦ») мнение высказал Николай Вещев, самый опытный (опять же, по нашему убежденному мнению) специалист в сфере жилищно-коммунального хозяйства Кировограда. Выводы, конечно, делать каждому из нас, но, похоже, мнение наше уже ни для кого значения не имеет, поскольку за нас все решили.

– Что делать – плакать или радоваться? Конечно же, плакать. Вы читали в законе об обязанностях совладельцев многоквартирных домов? Там красиво расписано. А седьмая статья закона содержит обязанности совладельцев, и они обязаны содержать в должном техническом состоянии этот дом, а значит, проводить капитальные ремонты, проводить капремонты внутридомовых сетей, кровли, фасада здания. То есть если до 1 июля, пока закон не войдет в силу, городская власть выделяла деньги на все эти статьи – ремонт крыш (даже если на всех не хватало, лифтов и т.д.), то теперь исполком скажет: все, теперь это делается за деньги жильцов.

Хорошо это или нет с нашими зарплатами и пенсиями? То, о чем я говорил несколько лет назад, сбылось. Когда мы с Виктором Андреевым агитировали за создание ОСМД, я не на митингах, а в частных беседах говорил: «Создавайте, пока не поздно! Пока вам помогают, пока горисполком может выделить деньги на ремонт дома, создавайте, потому что придет такое время, когда вас насильно заставят создавать объединение. Но никто ни на крышу, ни на фасад, ни на лифт денег не даст»… Это время пришло. Если жильцы дома добровольно не создадут ОСМД, то им назначат управителя.

Самое интересное в этом законопроекте – заключительные положения, вступающие в силу (вместе с законом) 1 июля 2015 года. Там написано, что Кабмин до 1 июля должен разработать порядок передачи жилищного фонда – государственного, ведомственного и органов местного самоуправления – на баланс ОСМД. То есть – всё: ЖЭКи мы разгоняем, потому что коммунальной собственности у нас нет, потому что все квартиры приватизированы. А посему в городском бюджете 2016 года средств ни на ремонт крыш, ни на ремонт лифтов и фасадов горисполком выделять деньги не будет иметь права, потому что это не его собственность и он к ней никакого отношения не имеет.

Вместо закона об ОСМД, который приняли 13 лет назад и который не доделанный, мы принимаем новый. В том, старом, законе было прописано, что бывший собственник дома должен выполнить капитальный ремонт помещения. А в новом законе эту статью убрали. Вот и думайте: на пользу этот законопроект гражданам или нет? А государство перекрестилось: слава Богу!

Некоторые эксперты утверждают, что таким образом мы приближаемся к Европе. Все правильно! В Европе именно так, это их норма. Но там эта система была внедрена сто лет назад. Я с поляками в 2006-2007 годах провел много времени, и один из управляющих подобного нашему ОСМД сказал: «У вас сделать такое – гиблое дело». И я с ним согласен. У нас за всю историю реформирования ЖКХ, а это весь период независимости Украины, было принято всего пять законов, и ни один из них не совершенный. Поляки же в течение двух лет приняли порядка пятидесяти законов и более сотни законов изменили. Ведь каждый принятый закон тянет за собой изменения в другие законы. И это факт!

В качестве примера: был у нас принят закон об ОСМД. Мы  взялись его реализовать. Но в законе о земельном кадастре нет нормы, по которой мы можем отдать жильцам придомовую территорию. Дальше – ОСМД регистрируется бесплатно. Это по закону, но ни один нотариус не захотел делать это без денег. И это притом, что мы наняли юриста, чтобы оформил все документы, чтоб люди не стояли в очередях. Вот вам и закон…

А вы знаете, что ОСМД должно носить название, которое не повторяется больше нигде в стране? И что за это надо платить? И что изначально названий должно быть два – на случай совпадения? Регистрационная палата все проверит! Закон был, он несовершенный, но на его основании принимают еще один закон…

Создается такая ситуация: или вы все разом вступаете в колхоз, или вас принудительно туда загоняют. Я убежден, что люди, принявшие законопроект, решили окончательно угробить жилой фонд Украины. Этой, так сказать, реформой ЖКХ государство сняло с себя ответственность. Если весь жилой фонд (а в Кировограде около тридцати процентов жилья – ветхое) частный, то больше никакая реформа не нужна. Такое у нас реформирование – натравить человека на человека.

Представьте себе ситуацию: в подъезде поломался лифт. Три первые этажа, а это двенадцать квартир, отказываются платить за ремонт, так как они спокойно могут ходить пешком. Таким образом, на ремонт должны скинуться (а это 50 тысяч стоило в 12-м году) 24 квартиры. По две тысячи гривен (а сейчас это намного дороже) должны скинуться оставшиеся 24 квартиры. И это только ремонт подъемного механизма. А получить разрешение на его эксплуатацию?

Еще темы для раздора. Крысы в подвале, не закрывающаяся входная дверь – это проблемы жильцов нижних этажей. А когда течет крыша – страдают только верхние, и нижним на их проблемы наплевать. Мы с этим уже сталкивались, а теперь это будет повсеместно.

Еще показательнее ситуация: ЖЭКи ушли, то есть ликвидированы, а мусор вывозить нужно. Предприятие, вывозящее отходы, должно заключить договор не с Петей или Васей, а с юридическим лицом. А это управляющий. И тарифы – договорные. И предприятие ставит условия: заплатите – приеду, заберу, не заплатите – не приеду. Все по-европейски…

Тринадцать лет прошло с момента принятия закона об ОСМД – ничего не сделали, не усовершенствовали. А теперь поставили перед фактом – действуйте! Какие-то депутаты голосовали против, но их мало. Большинство решило так. Но одно дело, когда дому десять-двадцать лет, и совсем другое, когда, как в Кировограде – пятьдесят-шестьдесят. Они же разваливаются!

Этот ужас не только в Кировограде, он во всей стране. Что будет дальше – не знаю. Несмотря на грядущее лето, меня пугает грядущая зима…

Елена Никитина, «УЦ».

Известный кировоградский волонтер, председатель общественной организации «Патриот Кировоградщины» Вадим Никитин выставил на продажу медаль, которой он совсем недавно был награжден. Цель у волонтера благая и патриотичная – на вырученные деньги приобрести летнюю форму для бойцов Вооруженных сил Украины.

«Я в тупиковой ситуации, – рассказал “УЦ” Вадим Никитин. – Практически круглосуточно мне звонят и бойцы, и их родители. Ребята нуждаются во всем, наиболее остро сейчас стоит вопрос приобретения летней формы. Люди устали помогать, я понимаю, что у них нет средств. Вот и возникла идея выставить на “аукцион” медаль “За гідність та патріотизм”. Если не помогу бойцам, какой же я волонтер? Медаль все равно никогда бы не надел, а память о ней останется, она же не продается.

Не вижу в этом ничего особенного. Одна кировоградская женщина, тренер по гимнастике, вышедшая на пенсию, продала все свои награды, а вырученные деньги передала на нужды бойцам. Мне медаль дали благодаря ребятам, которым я ее, образно говоря, возвращаю. Уверен, что комбат не обидится».

По словам волонтера, пока желающих приобрести «не надеванную» медаль нет. Нам развитие событий видится следующим: некий небедный гражданин покупает награду за приличную сумму, которой хватит для того, чтобы одеть нескольких бойцов, а потом возвращает медаль Никитину. Он ее достоин.

В прошлые выходные кировоградские СМИ облетела сенсационная новость — в городском отделе милиции находится основатель и экс-руководитель «Артемиды», экс-народный депутат Верховной Рады 3-4 созывов Анна Антоньева. У нее якобы «отжимают» остатки бизнеса. Пишущая и снимающая братия устремилась к месту событий, где и выяснились все обстоятельства происшествия.

Действительно Анна Петровна находилась в городском отделе милиции, в комнате для приема граждан, в окружении своих адвокатов и некоторых родственников. Но это было не насильственное удержание, а добровольное. Антоньева намеренно более 10 часов не выходила из здания, боясь быть тут же отправленной в психиатрическую лечебницу. Под милицией стационарно дежурили бригады «скорой помощи», имеющие предписание на принудительное сопровождение экс-нардепа на лечение. Документ был заверен печатью одного из докторов указанного выше заведения. Вроде бы Анне Петровне необходима госпитализация в связи с расстройством психики. Сама Антоньева выглядела вполне вменяемой, от комментариев журналистам не отказывалась и имеет на сей счет свою точку зрения.

По словам Анны Антоньевой, в Кировоград она прибыла по делам в пятницу после обеда. Хотела поселиться в своей, оставшейся в ее собственности, квартире. Однако замки были испорчены и попасть внутрь жилья не представлялось возможным. Потом вдруг появились какие-то люди «спортивной» наружности, которые совсем уж усугубили ситуацию и окончательно перекрыли вход в квартиру. Более того, со слов адвокатов госпожи Антоньевой, к ним было применена сила. Оценив ситуацию как критическую, группа сопровождения экс-нардепа приняла решение обратиться в милицию. Однако и прибывшая группа силовиков не смогла «разрулить» ситуацию в пользу Антоньевой. Им также не дали возможности попасть в квартиру. Ситуация стала заходить в глухой тупик, и Антоньева со свитой решили укрыться от настойчивых медиков и крепких парней на черных внедорожниках под крышей городского отдела милиции, где создали штаб противодействия госпитализации и преследования.

— Я приехала в Кировоград из Киева, где была все последнее время, — рассказывает Анна Петровна. — Сейчас мы проводим огромную работу по возобновлению деятельности «Артемиды». Восстановить былую славу предприятия будет сложно, но некоторые достижения уже есть. А это рабочие места и отчисления в бюджет. Правда, на пути у нас становятся непонятные люди, которые не заинтересованы в возрождении предприятия. Скорее всего, это представители тех, кто разрушал и разваливал предприятие. Еще, будучи на посту главы налоговой администрации, Николай Азаров давал устные распоряжения не выдавать нашему предприятию акцизные марки. На местном уровне в те времена такие «наказы» выполнялись неукоснительно, и заводы вынуждены были простаивать. А рынок заполнял дешевый фальсификат из Донбасса, — с надрывом говорит Антоньева.

Относительно психического здоровья Анны Антоньевой однозначно выразился ее адвокат Юрий Ковалев. По его словам, та «бумажка», которую предъявляют медики, не является основанием для госпитализации его подзащитной.

— У нас имеется ряд медицинских заключений, в которых черным по белому указывается о здоровом состоянии Антоньевой. Обследования проводились в известных киевских клиниках и заверены в соответствии с необходимыми требованиями, — заверяет адвокат.

Во время происходящих событий несколько поодаль большую часть времени находился старший сын Анны Петровны — Юрий Антоньев. Его точка зрения резко противоречит аргументам его матери и ее юристов. По его словам, мать психически нездорова, требуется ее немедленная госпитализация.

— Как может человек, утверждающий, что разговаривает с эльфами, быть нормальным, — заявляет старший сын. — Я очень переживаю за свою мать и желаю ей только добра. Вокруг нее крутятся люди, которым выгодно ее держать в болезненном состоянии, а мы со своими юристами действительно пытаемся вернуть предприятие, но Анной Петровной управляют и удерживают ее без необходимого лечения, — уверен Юрий.

В общем, ситуация запутанная. С пятницы и до обеда субботы некогда грозная руководительница мощнейшего в былую пору предприятия «Артемида», просидела в городском отделе. Ее адвокаты звонили во все колокола и дозвонились до прокуратуры. Ближе к обеду подъехал прокурор. Он, адвокаты и чины из следственных органов, посовещавшись, решили вытребовать у медиков направление, которым предписывалась госпитализация экс-нардепа. Документ забрали на экспертизу, а Анна Антоньева с верными людьми уехала в неизвестном направлении, видимо, в более безопасное место.

Руслан Худояров, фото Елены Карпенко, «УЦ».