Украина Центр

Трагическую историю семьи Сурмило из Онуфриевки знают не только здесь — извращенная логика отечественного правосудия, которое по сути надругалось над родительским горем, стала известной всей стране. Но одним вопиющим решением Фемида не ограничилась — отец убитой пьяным мажором девочки … сам оказался на скамье подсудимых и ждет приговора.

Родители Юли Сурмило потеряли свою девочку, когда ей едва исполнилось шестнадцать. В нынешнем году безутешные отец и мать отсчитают седьмой год своего сиротства. Причем отец, Василий Иванович, в это время уже может находиться …за колючей проволокой.

Скорбная летопись последних лет супругов Сурмило начала свой отсчет 14 октября 2004 года. Праздничный день Покрова оказался самым черным днем в истории их жизни. В этот день их Юленьку, которая возвращалась с подругами из школы, на служебной машине сбил пьяный сын тогдашнего главы райгосадминистрации. В хмельном угаре мажор с компанией даже не остановился — рванул в магазин за очередной бутылкой… А потом, когда убийцы остановятся выровнять крыло, они станут бить в лицо инструктора по автоделу, который, уже зная о произошедшем, попытается остановить молодых нелюдей.

Юля умерла на месте. Едва девушку в подвенечном платье успели вынести из родительского дома, родня убийцы уже стояла на пороге: «Её уже не поднимешь, а моему только жизнь испортите…» — изложил убитому горем отцу родитель ещё не проспавшегося отморозка Николай Перепеляк.

В Юлиной школе три дня не было уроков. Тем не менее, на уровне районо скандал с сынком-мажором попытаются замять: приписать погибшей девочке суицидальные намерения. Мол, Юля узнала о том, что она — приемная дочь, и собиралась отказаться жить дальше…Но девушка погибла в неведении того, что была хоть и очень долгожданным, но удочеренным ребенком.

А отец, пытаясь справиться с оглушительным горем, начал своими руками делать памятники: один установили на кладбище, второй — бюст юной девушки с косой — у дороги, там, где увидел изувеченное тело своей девочки… Позже, когда виновник её гибели Виталий Перепеляк выйдет из-за решетки, кто-то цинично обгадит скорбное изваяние. Но состава преступления в этом глумлении милиция не найдет…

Несмотря на то, что скрыть факт пьяного наезда не удалось — слишком много было свидетелей трагедии, — отсидел отпрыск хозяина района всего… полгода.

Невероятно, но факт: в решении Светловодского горрайсуда (судья А.Баранец) указано: вина подсудимого доказана полностью. И то, что все пассажиры служебного УАЗа были нетрезвы, и то, что после убийства девушки компания поехала дальше пить, и то, что водитель главы райсовета совершил преступление в служебное время. Тем не менее, невразумительное мычание обвиняемого — «Я больше не буду» оказалось практически главным смягчающим обстоятельством (после, конечно, родства с главой района): убийце дали условный срок. Светловодская межрайонная прокуратура направила апелляцию на вопиющую лояльность Фемиды. Но 16 августа 2005 года Апелляционный суд Кировоградской области в составе коллегии судей Ю.Медведенко (председательствующего), А. Савиных и В. Коротченко вынес определение: «На основании ст.1 п. “б” ЗУ “Об амнистии” от 31 мая 2005 года Перепеляка Виталия Николаевича освободить от наказания». На оглашение решения семью Сурмило не пригласили.

Следующие четыре года семья погибшей девочки ждала, когда суды дадут добро на выплату им моральной компенсации (в материальных претензиях супругам Сурмило было отказано — ну не требовали они в скорбных хлопотах чеки за венки и траурные ленты!). А руководители РГА и райсовета — тоже в судах — спорили, кто должен отвечать за участие служебной машины в смертельном ДТП… Кстати, потом Перепеляк-старший сам возглавит райсовет. И окажется в одном партийном списке с начальником РОВД, который «не увидит» состава преступления в осквернении памятника Юле Сурмило… А другой однопартиец отца убийцы … уволит безутешную маму погибшей девочки из принадлежащего ему магазина…

Толикой справедливости должны были стать деньги, которые — почти через четыре года после трагедии — получила семья Сурмило в качестве моральной компенсации. Но райсовет сразу же направил регрессный иск к виновнику аварии. Вполне возможно, именно этот факт разозлил и без того не отличавшегося мягким нравом амнистированного убийцу.

Как рассказывает Василий Сурмило, 2 мая 2009 года он приехал на работу к супруге (на тот момент её ещё не уволили) — помочь подобрать вазоны для цветов на могилу Юли. На улице он увидел виновника смерти своей единственной дочери. По словам Василия Ивановича (рядом стоящих свидетелей не оказалось), тот якобы оскорбил его и даже пообещал положить рядом с дочерью… Сурмило достал служебный пистолет и выстрелил. Часть мелкой дроби попала обидчику в левый глаз. Оперировали пострадавшего лишь две недели спустя. Односельчане говорят: всё это время Виталий Перепеляк вел обычный для него образ жизни, а проблемы с глазом были у него и раньше. В суде Василий Сурмило предъявил доказательства того, что пистолет (он работает сторожем) был зарегистрирован, все положенные по закону процедуры (проверка, оплата) он производил вовремя и без нарушений.

Почему в его служебном газовом оружии оказалась дробь, Василий Сурмило не знает — с момента приобретения и регистрации пистолета он ни разу его не использовал. Ответ на этот вопрос — главный предмет следствия — ещё предстоит дать экспертизе. Во-первых, медицинской: адвокат Василия Сурмило ставит под сомнение необратимость последствий нанесенной им Виталию Перепеляку травмы и ее тяжесть. Тем более что заключение СМЭ УЗ Кировоградской ОГА и медицинский эпикриз расходятся в своих выводах. Пока не сказали своего окончательного слова и баллистики — действительно ли дробь могла попасть в глаз потерпевшего при имевших место параметрах происшествия и физических данных обоих субъектов… И нанести именно такую травму, документы о которой предъявляет истец.

Кроме того, сам Василий Сурмило аргументированно (он много лет увлекается охотой) доказывает: переделать его пистолет в огнестрельный невозможно. В том числе и потому — источников справочной литературы, на которые он ссылается в суде — десятки, — что сделан он из легкоплавкого металла, что, по его словам, делает удаление перегородки, обязательной для газового пистолета, невозможным.

Впрочем, все эти неустраненные пока сомнения не помешали следствию в один день с привлечением (17 декабря 2009 года) Василия Сурмило в качестве обвиняемого…переквалифицировать обвинение на более тяжкую статью. Василий Сурмило привлекался дважды — 27 мая 2009-го и 17 декабря 2009-го. Примечательно, что «утяжелили» ему обвинение … после того, как он обратился в прокуратуру области с просьбой личного приема. Более того, следователю районной прокуратуры был объявлен выговор за «ослабление надзора за досудебным следствием органами внутренних дел». Как результат — вместо изначальной ч.4 ст.296 УК Василию Сурмило инкриминировали ч.1 ст.121 УК. И это — при до сих пор отсутствующих выводах криминальной и судебно-медицинской экспертиз. Проще говоря, изначально отца убитой пьяным молодчиком дочери обвинили в хулиганстве (срок от 3 до 7 лет). А затем — в умышленном тяжком телесном повреждении, приведшем к стойкой утрате трудоспособности не менее чем на треть (срок от 5 до 8 лет).

Рассматривает дело Василия Сурмило тот же Светловодский горрайонный суд, который в свое время оставил безнаказанным убийцу его единственной дочери. В отличие от обвинения, уверенного в продуманных и подготовленных загодя злонамеренных действиях скромного сторожа, увлеченного краеведа и осиротевшего отца, на обидчика которого ополчился весь поселок, сам Василий Иванович говорит: потерял над собой контроль от тяжелого оскорбления со стороны человека, уже однажды перечеркнувшего жизнь его семьи. Тем более что со своим горем он прожил пять лет, законопослушно смирившись с фактической индульгенцией суда убийце его дочери. Но найдет ли — как для пьяного мажора-детоубийцы — «самый гуманный в мире» суд основания для того, чтобы в семью Сурмило не пришло ещё одно горе?

Исправительные учреждения – это места, где отбывают наказания лица, осужденные к лишению свободы. Они – часть нашего общества, граждане нашей страны, которые, пребывая определенный срок на ограниченной территории и в специфических условиях, все-таки имеют свои права. Самое главное – право на реабилитацию и возврат к полноценной жизни.

Получив возможность пообщаться с начальником Петровской исправительной колонии № 49 Государственной пенитенциарной службы Украины Владимиром Воробьевым, мы задавали ему самые разнообразные вопросы, которые могут интересовать законопослушных граждан, к счастью, далеких от зоны и тюрьмы. Любопытство, любознательность – называйте это, как хотите, но ведь человека всегда влечет и притягивает что-то неизвестное, закрытое…

— Владимир Андреевич, ваша колония – общего режима?

— Сейчас уже нет колоний строгого или общего режима, есть среднего уровня безопасности – для впервые осужденных. Есть минимальный уровень безопасности, минимальный с облегченными условиями и максимальный.

— Кто содержится в ИК №49?

— Впервые осужденные мужчины, которые получили наказание за тяжкие и особо тяжкие преступления. В основном это имущественные преступления: кражи, разбои и грабежи. По возрастному цензу – процентов семьдесят в возрасте от 20 до 40 лет. Сроки разные: от года до пятнадцати. Содержится здесь почти тысяча человек, а рассчитана колония на 1010. То есть у нас нет переполнения, как в других колониях.

Петровская — единственная колония в Украине, где действует экспериментальный центр трудовой адаптации осужденных. Если есть предприятия, они платят налоги, а у нашего центра задача — дать осужденным рабочие навыки. Мы делаем шлакоблоки, тротуарную плитку, сетку-рабицу, производим ремонт автомобилей (на территории есть своя СТО). Есть овощная бригада, сами себя овощами обеспечиваем полностью. Есть учебный центр типа ПТУ, где обучаются по восьми специальностям, где может заниматься любой желающий. Сейчас там обучается 185 человек. К сожалению, нет вечерней школы. А желающих и нуждающихся очень много, ведь у нас порядка 250-ти человек не имеют среднего образования. Есть консультационный пункт от школы, но этого недостаточно. Вечерняя школа – это бюджет района, а не департамента. Ведем переговоры, областной совет обещал помочь, но пока никак…

— Как же исправляются в вашей колонии осужденные?

— Основную массу занять нечем. 185 — в ПТУ, 200 заняты на работах, около ста — в хозобслуге: повара, баня, парикмахеры, они же сами себя обслуживают. А с остальными проводится воспитательная работа: лекции, просмотр кинофильмов.

— Быть ничем не занятым – это хуже всего?

— Да, если осужденный не занят трудом, то ему в голову лезут дурные мысли. И они сами хотят работать – время быстрее проходит.

— У вас большая территория…

— Очень большая — 29 гектаров. Большую площадь занимают недостроенные здания. Дело в том, что колония была переведена сюда из Ровенской области 35 лет назад. Планировалось, что здесь будут производственные цеха. Но еще при Советском Союзе прекратилось финансирование. Мы сделали проект реконструкции только одного здания — надо 5 миллионов гривен. Пока что департамент не в состоянии выделить такие средства. А спонсора на такое дело не найдешь.

— Между школами, вузами и другими организациями и учреждениями проводятся соревнования по определенным показателям. Есть что-то подобное между колониями? За что вы, как правило, отчитываетесь?

— В первую очередь за то, что осужденные не совершили новых преступлений. У нас нет предприятия, а другие колонии «соревнуются» по производственным показателям. Есть такой показатель, как перекрытие каналов поступления в зону запрещенных предметов. Есть недобросовестные граждане, которые пытаются передать мобильные телефоны, деньги, наркотики. В прошлом году у нас была пресечена попытка передать на зону 57,5 грамма наркотических веществ, больше 2000 гривен, 15 мобильных телефонов.

— Деньги здесь не нужны?

— А зачем? Все деньги у осужденного на лицевом счете. Они имеют право ими пользоваться, осуществляя безналичный расчет. На территории есть магазин, где осужденный может отовариться. Причем цены доводятся департаментом. Кто зарабатывает, может пользоваться заработанными деньгами: в бухгалтерии ведется карточка, в магазине списывается сумма. А кто не занят на работе, может пользоваться деньгами, которые родственники кладут на его лицевой счет. И пенсионеры (у нас 15 таких) распоряжаются своими деньгами, находящимися на счете.

— А что в магазине продается?

— Конфеты, печенье, чай, сигареты. Между прочим, проверяющие организации следят за тем, чтобы в продаже обязательно были сигареты. Любых марок, но есть граничная цена. Хотя по желанию, если заключенный напишет заявление, что хочет «Мальборо», мы обязаны поставить.

— Как разделены осужденные на отряды? По какому принципу?

— Например, те, кто работает на СТО, содержатся в одном отряде. Это уже режимное требование: осужденные, работающие на одном объекте, должны содержаться в одном отряде. А так: по возрасту, по срокам, по совершенному преступлению – такого нет…

— У вас своя столовая?

— Да, сами осужденные готовят пищу. Есть заведующий, врачи, которые проверяют качество. Они в штате. Хотя нас и санстанция проверяет регулярно. Трехразовое питание, нормы, установленные Кабмином. Вполне достаточно. 100 граммов в день мяса на свободе не каждый себе позволит.

— Как часто можно получить передачу от родственников?

— Посылки без ограничений. Можно хоть каждый день. Вес ее регламентируется почтой. Содержимое, конечно, проверяем. Большая часть денег и мобильных телефонов была изъята из посылок.

Есть у нас комната свиданий. Краткосрочное свидание (до четырех часов по телефону через стекло) — раз в месяц. Длительное, с возможностью совместного проживания – раз в квартал, до трех суток. Телефонные разговоры без ограничений. У нас есть аппарат, с которого по карточке можно звонить. Пишут заявление с просьбой обеспечить телефонный разговор с родственниками. Начальник отделения сопровождает его в дежурную часть, где он при нем же общается.

— Письма пишут?

— Конечно, причем много. Наверное, зона сегодня – чуть ли не единственное место, где пишут письма. До сих пор есть цензор, поскольку есть определенные режимные требования. Приходится контролировать общение с внешним миром.

— Какие могут быть в колонии повторные преступления?

— У нас за восемь лет не было. Разве что у нас есть участок социальной реабилитации, там бывает самовольная отлучка из места лишения свободы. А в колонии разное может быть. Вы же понимаете, среда криминогенная, могут возникать конфликты. Но у нас есть психологическая служба, оперативная, которые следят за недопущением правонарушений. В основном могут быть тяжкие телесные повреждения, убийства, побеги – это то, что случается в зонах.

— В вашем штате есть женщины. Им не страшно?

— Они же не общаются с заключенными. Даже если бухгалтер и продавец идут в магазин, как минимум, три офицера или прапорщики их сопровождают.

— Считается, что именно в вашей зоне сконцентрировано самое большое количество больных туберкулезом.

— Неправильно считается. Когда я сюда пришел восемь лет назад, в специальном отделении, где находятся переболевшие туберкулезом, было порядка 120 человек. Сегодня там содержится 53 человека. Конечно, все зависит от питания. Раньше оно было намного хуже. Сейчас все идет централизованно, хватает, чтобы насытиться.

— К вам приходят на личный прием. На что жалуются?

— Ну, например, приходит недавно заключенный и жалуется, что его не лечат. Иду разбираться. Начальник медчасти рассказывает, что ему выдали определенные лекарства, а он требует чего-то другого. Или не пустили на свидание. Оказывается, вовремя не подал заявление. Родственники приходят с вопросом, когда УДО, когда более мягкое наказание. Или алименты не вовремя перечисляются. В общем, житейские вопросы…

— Бывает такое, что освободившиеся приходят и благодарят? И что вы им говорите, когда они выходят на свободу?

— Бывает, что благодарят. Не часто, но бывает. А когда освобождаются… Что им можно сказать? Чтоб не совершали новых преступлений. Здесь не говорят «до свидания», в основном «прощайте».

— К вам приезжают с концертами, лекциями?

— Да. У нас есть клуб на 400 посадочных мест, где организовываются концерты. Из Светловодска группа приезжала, из Александрии. С удовольствием ходят – все-таки развлечение. Есть радио, телевизор. По распорядку дня, конечно, но доступ к информации имеют. Даже когда Президент со страной общался, мы организовали просмотр, и было много телезрителей.

Из религиозных организаций приезжают. Мы часовню построили на территории, за ней закреплен священник. Думаю, что к Пасхе уже будет служба проводиться.

Общественные организации нас посещают. Недавно были из «Территории успеха», обещали помочь с паспортами. Дело в том, что у нас проблема с этим. Много осужденных без паспортов – или утерян, или в райотделе остался. Мы обязаны, когда заключенный освобождается, выпустить его с паспортом. В прошлом году 26 паспортов выдали, не считая тех документов, что вернулись из судов, из прокуратуры.

— Когда освобождаются, чем еще, кроме паспорта, вы должны обеспечить?

— Если у него нет денег на лицевом счете, мы обязательно даем деньги на проезд. За три месяца до освобождения мы направляем извещение по месту его жительства, в центр занятости, в наблюдательную комиссию.

— Как можно определить, что настало время условно-досрочного освобождения?

— Во-первых, отбытый срок. В Уголовном кодексе четко прописано, когда УДО, когда замена наказания на более мягкое. Плюс критерии оценки поведения осужденного за весь срок отбывания наказания. Это и отношение к труду, к общественной жизни, и отношения с родственниками, и отношения в отделении – конфликтует или нет. Есть поощрения: благодарности, дополнительные свидания. Это все заносится в личное дело и учитывается при рассмотрении вопроса об УДО.

— У вас содержатся жители Кировоградской области?

— В основном Кировоград, Николаев, немного из Днепропетровской области. Есть критерий: если по уголовному делу проходит пять человек, они в одно место отбывания наказания не попадают. Так попадают к нам люди из других областей.

— Как вы будете праздновать 35-летие колонии? Будет праздник?

— Думаю, да. Есть определенные планы. Это будет в мае, уже начинаем готовиться.

— Говорят, что люди, которые работают с умственно отсталыми, через десять лет начинают быть на них похожими. Как у вас? Родные не замечают изменений?

— (Смеется.) Вы же со мной общаетесь, ничего не заметили? Я 26 лет в этой системе, и вряд ли на меня, на мой характер и отношение к окружающим влияет моя работа. Хотя при департаменте создали институт культуры – развивают наш общеобразовательный уровень. Плюс самообразование, служебная подготовка. Воспитываем осужденных и сами воспитываемся.

— С каким чувством вы каждый день уходите с работы? И вообще, это работа, которую вы любите, или долг?

— Интересный вопрос, сложно ответить. Если я скажу, что люблю свою работу, это будет неправильно. По-всякому бывает. На нас же большая ответственность – перевоспитание тысячи человек. Если получается, значит, работаем не зря, хорошо работаем, результативно.

— К чему вы стремитесь? О чем мечтаете?

— Хм… хочется побыстрее закончить очистные сооружения, которые у нас не достроены с советских времен. Хочется, чтобы государство определилось с пенсионерами. У наших сотрудников есть льготная выслуга – три года за четыре. В прошлом году уволилось порядка сорока человек в возрасте от 34 до 40 лет — не захотели рисковать и ушли на гарантированную пенсию в 800 гривен. Зарплата у нас оставляет желать лучшего. Младший инспектор получает 1300 гривен. Я не хочу сказать, что он рискует жизнью, но общается со специфическим контингентом. Большая часть сотрудников живет в Александрии, а это оплата проезда. Хочется уверенности в завтрашнем дне.

— Наступит когда-нибудь время, что не будет зон?

— Мой бывший начальник говорил: «Церковь, тюрьма и базар будут всегда».

Этот концерт претендует на статус, без преувеличения, главного музыкального события 2011 года. Вечер светлой памяти гениального рок-музыканта и певца Ронни Джеймса Дио соберет на одной сцене (будем надеяться — на сцене областной филармонии) кировоградских музыкантов разных поколений: от эпохи 1970-80-х годов до современных рокеров. Но самое интересное, впервые за три десятка лет в родном городе будет петь Михаил Пахманов!

Меломаны со стажем прекрасно помнят Михаила по кировоградским группам — или будет правильно все же называть их вокально-инструментальными ансамблями? — «Титаник» и «Контакт». Друзья по «Контакту» давно приглашали Михаила приехать в Кировоград, и вот наконец представилась такая возможность…

— Года три назад Сережа Демин (сейчас он заслуженный артист, а когда мы вместе пели на сцене кировоградской филармонии в «Контакте», он был таким же, как мы все) начал приглашать меня в Кировоград, — рассказывает Михаил Пахманов. — Давай, говорит, приезжай, сделаем твой концерт. Но дело в том, что я никогда не считал себя «крутым» музыкантом, чтобы давать сольные концерты. Поэтому на то время идея с выступлением в Кировограде дальше приглашений не продвинулась. А после того, как осенью прошлого года Леша Омельяненко сделал к своему юбилею концерт в филармонии («УЦ» освещала это событие. — Авт.), все старые друзья — Сережа Демин, Вова Олейник, Ефим Мармер — стали приглашать снова: приезжай, сделаем твой концерт, будет интересно.

Я подумал: зачем людям мой концерт? Кто меня помнит в Кировограде? Я ведь уехал из города в 1982 году, и, по большому счету, известность ко мне пришла уже в Москве. И вот, когда я переговорил с друзьями, пришла в голову идея, что если уже и организовывать концерт, то не мой, а сделать вечер памяти Дио (мероприятие планируется провести 14 мая, а 16 мая — первая годовщина смерти Дио. — Авт.). Это будет подарок для всех кировоградцев, которые еще помнят «Титаник» и хотят еще раз послушать песни, которые мы пели на рубеже 1970-80-х годов. Ведь тогда девяносто процентов нашего репертуара составляли именно песни Rainbow в исполнении Дио.

Другого такого певца не было, нет и не будет. Когда Блэкмор создал Rainbow и там появился молодой Дио — это был взрыв в музыке. Потому что Дио, обладая голосом оперного тенора, мог выразить пением все эмоции, передать все краски музыки. Он мог петь любые вещи: мягкие, лиричные, драматичные, агрессивные, какие хочешь.

Я считаю Дио своим учителем пения. Мы сами слушали эту музыку, «Титаник» играл альбомы Rainbow с первого по третий, и я пел все то же самое, что Дио. Причем Rainbow мы играли в основном на танцах. Больше нигде нельзя было петь зарубежную эстраду — ни на концертах, ни на гастролях. Народ приходил в дендропарк не столько потанцевать, сколько послушать музыку! Это были танцы, вообще не похожие на танцы: все стояли и слушали, как мы играли и пели Rainbow, Uriah Heep и т.д.

Я думал, все это уже забылось, а оказывается — нет. В Кировограде осталось много людей, которые прекрасно помнят музыкантов «Титаника», «Контакта» и т.д. Наш проект будет, во-первых, для них, во-вторых, для памяти Дио, в-третьих — это дань нашей юности, потому что, когда тебе за 50 лет, начинаешь понимать жизнь по-другому…

После «Титаника» Михаил Пахманов некоторое время работал в Кировоградской областной филармонии в первом составе группы «Контакт» (Сергей Дёмин, Александр Игнатьев, Костантин Пилипюк, Славик Наумов, Александр Царюк). В 1982 году Михаила пригласили в Москву, в группу Ирины Понаровской «Золотая середина». В столице СССР Пахманов учился в знаменитой Гнесинке — Государственном музыкальном училище имени Гнесиных — на факультете сольного пения, затем обучался на эстрадном отделении института имени Гнесиных в классе Иосифа Кобзона. Находясь в Москве, Михаил Пахманов работал в рок-группах «Кинематограф», «Магнит», «Тайм аут», а также выступал как солист. Кировоградец Михаил Пахманов исполнял вместо актера Константина Райкина вокальные партии в советских мюзиклах 1987 и 1989 годов — «Остров погибших кораблей» и «Руанская дева по прозвищу Пышка». После отъезда из СССР Пахманов в разное время пел в оперных театрах Америки и Европы, в основном партии Альфредо в «Травиате», Рудольфо в «Богеме», Радамеса в «Аиде», Калафа в «Турандот». Кроме этого, в США Михаил Пахманов окончил Хартфордский университет (диплом по вокалу). В настоящее время живет в Германии, руководит собственным музыкальным центром, в состав которого входят музыкальная школа, студия звукозаписи и продюсерский центр, работающий с молодыми исполнителями Северной Америки, Европы, Украины, России.

Михаил не скрывает, что давно хотел побывать на родине. Но раньше все как-то не получалось…

— На родину тянет всех, — говорит Михаил, — всегда хочется вернуться туда, где ты родился, как бы плохо или хорошо там ни было. Детство есть детство, юность есть юность, первая любовь есть первая любовь. В общем, существует много компонентов, которые, как магнитом, тянут человека на родину. Кто-то ездит на родину каждый год, кто-то раз в пять лет. Я давно собирался приехать в Кировоград, но, увы, очень много работы. Когда же получается выкроить из рабочего графика пару недель отпуска, я лучше все-таки отвезу семью и детей к морю, чем буду эгоистически использовать отпуск для своих планов. Тем более, после того, как появились всевозможные социальные сети, «нашлись» многие старые знакомые детства и юности. Мы можем регулярно общаться, вне зависимости от того, кто и где сейчас находится: в Америке, в Германии, в Австралии или в Кировограде. Интернет дает возможность общения и уменьшает «оторванность» от родины.

— Михаил, возвращаясь к теме концерта, скажите, какие ваши любимые песни в исполнении Дио?

— Это три вещи из дебютного альбома Rainbow, вышедшего в 1975 году: Catch the Rainbow, Man on the Silver Mountain, Sixteenth Century Greensleeves. Вообще же любимые песни — это как первая любовь. Потом их будет много, но первая — это первая. Это святое. Песни, которые я назвал, обязательно будут звучать в рамках нашего проекта памяти Дио.

Кроме этого, я рассчитываю спеть несколько песен из альбома «Прометей» группы «Тайм аут». По тем временам «Тайм аут» играла прогрессивную музыку, но группа просуществовала фактически две гастрольных поездки. Тогда менеджеры советских групп очень часто к музыкантам относились, как к обезьянкам, а сами считали себя крутыми, делали на музыкантах деньги, «тасовали» билеты и т.д. Мы же не захотели быть обезьянками, поссорились с менеджером и разошлись (он под имя группы взял новый состав, который работает до сих пор). Так вот, свой первый и единственный альбом «Прометей» начальный состав группы «Тайм аут» записал на телевидении, в Останкинской студии, за шесть часов: с двенадцати ночи до шести утра. Несколько вещей из альбома «Прометей» стали хитами рок-музыки. Например, песня «Памяти музыканта». Она была написана под собирательный образ музыканта: и о Джоне Ленноне, и о Владимире Высоцком. Я думаю, на концерте памяти Дио эта песня тоже будет уместна…

— Планируется, что в концерте будут принимать участие современные кировоградские рок-группы…

— Когда обсуждалась идея проекта, мы решили задействовать молодые кировоградские группы. Почему? Я сам прекрасно знаю, что такое вырываться из провинции на большую сцену. Таких «кировоградов» на территории Украины, России, всего мира — тысячи. Музыкальных групп много, и получается так, что молодые команды мало кому известны.

Кто может прийти на наш концерт памяти Дио? Придет молодежь, которая ходит в клубы слушать каверы зарубежных рок-групп, но которые могут не знать, кто такие Дио, Rainbow. Также придут люди старших поколений…

Одна из основных идей нашего проекта заключается как раз в том, чтобы в одном зрительском зале «смешать» любителей музыки разного возраста, протянуть связующую нить между поколениями меломанов. Чтобы молодые и немолодые зрители смогли получить удовольствие от одной и той же музыки, чтобы они контактировали между собой именно в музыке, которая для всех дорога и приятна.

Обещали приехать на концерт и «тряхнуть стариной» Костя Пилипюк, Володя Олейник, Леша Омельяненко, Саша «Блэк» Царюк. Новое поколение кировоградских рок-музыкантов должны будут представлять Espada, «Гучні думки»…

Мало кто знает, что в 2008 году на 15-м международном молодежном фестивале живой рок-музыки «Арт-платформа» в Москве, в котором участвовало множество групп со всего СНГ, кировоградская Espada заняла третье место. «Гучні думки» — ребята во втором поколении музыканты и, как мне кажется, перспективные. Они играют прогрессивный рок, в Европе самая большая сцена этого стиля сейчас находится в Германии.

Я не могу говорить обо всех кировоградских командах, но эти две группы я слышал и представляю, на что они способны. Ведь на концерте памяти Дио музыкальные исполнители должны соответствовать уровню программы, они должны «выгребать» материал. Дио — вокалист, но в песнях, кроме вокала, есть еще и музыка. Чтобы исполнять вещи Rainbow, написанные Ричи Блэкмором, нужно уметь играть и быть гитаристом…

Я этот проект воспринимаю уже не как отдельный концерт, а как сейшн музыкантов разных поколений, — говорит Михаил Пахманов, — как вечер встречи всех, кто имеет отношение к року. Вот главная идея нашего концерта.

Был такой печальный период в истории культурной жизни Елисаветграда — Кировограда, когда казалось, что искусства в городе больше, чем интересующихся им. Пустой зал филармонии на концертах классики со стайкой студентов музучилища, пришедших послушать других студентов музучилища. Редкие выставки живописи со всеми пятью-шестью ценителями. Монументальное искусство свелось к открытию раз в три года памятной доски на каком-то доме… Все это было. И, к счастью, в прошлом. Сегодняшняя ситуация кардинально иная. Культурная жизнь пусть не бьет ключом, но уже бурлит.

Известный кировоградский предприниматель Николай Цуканов открыл в областном центре художественную галерею «Елисаветград». Событие беспрецедентное. На карте города появился не новый супермаркет, «бутик», кальянный клуб или кабак — а храм искусств, простите за термин, опошленный десятилетиями, но смысл дела передающий.

Галерея расположена в самом правильном месте, чем Цуканов отдельно и по делу гордится. Неподалеку исторические дом Барского (краеведческий музей), дом композитора Мейтуса (музыкальная школа), синагога, лечебница Гольденберга (3-я больница). Адрес галереи «Елисаветград» — Пашутинская, 36. Тоже место с историей — этот дом в конце XIX века построил известный елисаветградский пекарь Алексеенко.

Цуканову устройство здесь галереи обошлось в пять лет жизни и, вероятно, в весьма немалую сумму денег. Это жилой дом, и расселить его было непросто, с учетом центрового места. Теперь здесь три приличных выставочных зала. В двух будут выставляться картины на продажу, еще в одном будет меняющаяся экспозиция.

Новая галерея патриотична донельзя. Все картины только кировоградских художников, как минимум, имеющих отношение к нашему краю (и перебравшихся после в Киев, Одессу, Харьков, Москву). Имена сплошь широко известные: Оссовский, братья Шаповаловы, Винтенко, Перепичай, Федоров, Надеждин, Калашник, Добролежа, Волохов…

В галерее созданы все условия — пол с подогревом, соблюдается особый режим влажности, видеонаблюдение, охрана. Но, к примеру, провести выставку картин из коллекции другого именитого кировоградского собирателя Александра Табалова Николай Цуканов не готов. Вероятно, по нашему мнению, потому, что у Табалова (по слухам) есть работы Шишкина, Петрова-Водкина и других авторов с мировым именем, и о их суммарной стоимости лучше просто не знать, чтобы спать спокойно. Выставка таких работ требует особых условий охраны, и, скорее всего, ни один филиал страховой компании в Кировограде не взялся бы застраховать это мероприятие.

План работы только открытой галереи уже расписан до сентября этого года! Со всей Украины люди хотят побывать, посмотреть, выставиться самим. На следующий день после презентации для прессы (в прошлый четверг) в галерее ожидалась делегация коллекционеров и художников из Сум. Еще через день — из Ужгорода, кажется. Дело пошло, и даже сам его создатель поражен обрушившимся на него интересом, спросом и славой.

О Цуканове, кстати, не скажешь, что лавры местного Виктора Пинчука с его столичным PinchukArtCentre не дают ему покоя. Тут нечто другое. Тут любовь с глубиною. Чувствуется, что человек увлекся абсолютно всерьез, тут не мимолетное, это зрелое чувство. Вот и хорошо, и порадуемся, что Кировограду повезло с таким увлечением одного из его жителей. Ведь это не у Николая Цуканова прибавилось недвижимости и антиквариата. Это весь город стал привлекательнее, цивилизованнее, историчнее, глубже, тоньше.

Добро пожаловать в галерею «Елисаветград», господа елисаветградцы.

Приход новой команды в кировоградскую областную телерадиокомпанию, в частности, на канал «Кировоград», ассоциируется не только с ее «генералами» – директором Вадимом Мурованым и продюсером Андреем Богдановичем. «День за днем» теперь невозможно представить без сдержанного Ивана Костробы, а «Ранкову каву» – без очаровательной Светланы Катренко. Итак, на нашем телевидении появились и задержались молодые свежие лица, которых мы сегодня, пусть и с небольшим опозданием, вам представим.

Иван Костроба

– Давай начнем наше интервью с автопортрета. Как бы ты сам смог себя охарактеризовать?

– Перспективный, интересующийся, надежный, в меру серьезный, в меру «розбишака», коммуникабельный.

– Оказывается, ты – очень разный: в жизни довольно раскованный, а на экране – «застегнутый». Какой Иван Костроба настоящий?

– Смотри, меня такие переключения очень спасают. Если бы я все время был эдаким «пиджачником» в галстуке, серьезным сухарем, то было бы скучно жить. Я совершенно другой в жизни, чем на экране. Мне на самом деле знакомые часто говорят, что видят двух разных людей. В общении с ними я могу и похохотать, и крепкое словцо вставить, и «прикольнуться», и похулиганить даже .

Но я не согласен, что я уж настолько сухой со своими респондентами. Я сажусь и начинаю изучать человека, смотрю, как его «раскрутить»: или с первых вопросов, или он потенциально сам «раскочегарится» под конец. Некоторые очень агрессивно реагируют на какую-то провокацию, некоторые, как большинство чиновников, начинают уходить в сторону, говорить о чем-то другом. Иногда надо со старта брать собеседника напором, прессингом, иногда, наоборот, начать с шутки, общаться мягко. Я всегда пытаюсь подстроиться под человека, мне кажется, это правильно.

– Словом, быть тележурналистом довольно сложно?

– Работа любого журналиста – тяжелая, серьезная, часто неприятная. К сожалению, большинство обычных людей, мне кажется, относится к журналистам негативно. Есть и противоположное моему мнение – мнение моей жены. Она сама журналист, телеведущая, работала на «5 канале», на «Интере», на ICTV и оценивает нашу профессию по-другому.

Я и сам писал когда-то статьи и брал интервью у знаменитостей всяких для печатных СМИ, но, если бы предложили снова, то, думаю, туда бы не вернулся.

– Почему?

– Потому что телевидение – это «здесь» и «сейчас». Сиюминутная эмоция, порыв. Конечно, не так, как в театре. Я-то сам по себе человек театральный. По первому образованию историк-археолог, закончил Таврийский национальный университет, а по второму – режиссер драматического театра, учился в театральном институте им.Карпенко-Карого в Киеве. Наверное, оттуда весь этот драйв, умение переключаться с работы на работу.

– Зато человек в «кадре» сразу же становится известным и публичным.

– Скажу тебе честно: я никогда не стремился быть «в телевизоре», это не было и не является самоцелью. Я люблю расти, развиваться.

Вот к нам на кастинг (в проект «Зроби собі шоу». – Авт.) приходят толпы молодых людей, для которых появиться в кадре – предел мечтаний. Что я могу им сказать? Разве что улыбнуться и предупредить, чтобы они боялись своих желаний, – те, как известно, имеют свойство сбываться. Да, ты ведущий. Ну и? Да, ты на верхушке. И что? Куда идти дальше? Люди не понимают, что это не сладкая профессия, надо постоянно сидеть, готовиться, тренировать речь…

– Кстати, о речи. Ты скороговорки часто повторяешь?

– Постоянно. У меня в Киеве живет мама, она была заведующей кафедрой в цирковой академии, сейчас преподает также и в театральном институте, занимается сценической речью: произношением, дыханием. И, конечно же, когда я поступал в театральный, то постоянно пользовался ее наработками, повторял скороговорки.

– Можешь с ходу сказать самую длинную и сложную?

– Длинную… не знаю (задумался. – Авт.). А вот попробуй повторить вот эту, одну из самых простых, сказать 5 раз «Пароль-Орел, Орел-Пароль». У меня всегда с собой книжечка с мамиными упражнениями на все виды звуко-буквенных сочетаний, я их часто ксерокопирую и даю молодым коллегам, чтоб тренировались.

– Как получилось, что с такой мамой ты сразу не пошел по театральной стезе, а в серьезную науку решил после школы удариться?

– Мне просто очень нравилась история, нравилось читать умные книжки. Я вырос в театре, был типичным театральным ребенком, все свое детство провел на гастролях, за кулисами, знал всех актеров, постоянно играл с реквизитом, даже участвовал в некоторых спектаклях. И потом, когда стал учиться на истфаке, все сразу заметили мои наклонности – я был капитаном команды КВН, участвовал во всех развлекательных мероприятиях, их режиссировал. Вот мама как-то и говорит: «У тебя же получается, давай попробуем на режиссуру поступить». И мы попробовали…

– И ты сам поступил, без маминого протеже?

– Сам. Просто мама меня профессионально подготовила, она была моим домашним репетитором. Это был огромный плюс, я при такой подготовке просто не мог не поступить: это и техника речи, и начитанность, и знание украинского языка. Единственное, что я на нем тогда не разговаривал так свободно, как сейчас.

– А как выучил?

– Мои родители родом из Западной Украины. И летом, когда они уезжали на гастроли, я был у бабушки, а там же один украинский. Я его в принципе еще с детства впитал, и никакой сложности переходить, особенно сейчас, с одного языка на другой нет. Мозг и речевой аппарат для этого подготовлены.

– Но западноукраинский язык – он же не классический. Это не мешало?

– У меня почему-то очень чистая речь. Непонятно, откуда она взялась (смеется. – Авт.). Но словарный запас украинского, тем не менее, немного меньше, чем русского. Я не думаю по-украински, но, когда провожу какое-то время в украиноговорящей среде, начинаю мыслить уже теми словами, которые слышу.

– Ты обмолвился, что жена тоже журналистка. Как и где вы познакомились?

– Вместе мы уже 12 лет, у нас есть сын, которому 11 лет, и годовалая дочка. А познакомились мы очень красиво – в театре. Я был студентом режиссерского факультета, она – вольной слушательницей, так как в тот год не поступила. И нас преподаватели часто отправляли на репетиции, на спектакли, на театральные фестивали. Кстати, я как-то подсчитал, что в год мы просматривали около 300 спектаклей.

Ну и вот я на нее обратил внимание – жена была довольно неприступной барышней, всегда модно одетой, не подойдешь. А я тогда хипповал: длинные волосы, рваный свитер, штаны-клеш, грубые ботинки. Мы один раз на спектакле совершенно случайно встретились, рядом сели, потом второй, третий. Стали общаться, нам было о чем друг с другом поговорить, нашлись общие интересы, мы делились эмоциями, впечатлениями от увиденного. Так и оказались вместе.

– А когда волосы подстриг?

– Перед своей первой работой на телевидении – я вел погоду на Первом национальном. Отец был рад, а то раньше все время мне выговаривал: «Как это так, ты парень – и длинные волосы!» А я ж археолог, раскопки, горы… То обруч надену, то косички заплету. В общем, дурковал…

– Кто здесь, на канале «Кировоград», занимается твоим образом? Ты часто такие яркие галстуки надеваешь специально?

– Просто мне хочется чего-то необычного, дурацкого, что ли. Раньше этим занимались специальные люди, которые сейчас куда-то пропали, поэтому я сам прихожу в салон-магазин «Воронин» и подбираю галстуки и пиджаки, какие мне нравятся.

– А как ты вообще решил приехать к нам в провинцию из столицы?

– Знакомые ребята еще со времен «Интера» меня позвали. Знаешь, очень мне Кировоград понравился, здесь очень милая, добрая атмосфера. Я работал до этого в разных местах, бизнесом занимался, был соучредителем и директором трех фирм… Просто понял, что для меня важен коллектив. Если комфортно, интересно, душевно – то расстояние не является препятствием. К тому же это даже плюс. У меня в Кировограде нет никаких «зацепок» и связей – могу говорить то, что думаю, никто из моих близких от этого не пострадает.

– В телевизионной среде существует понятие дружбы или все норовят «подсидеть» друг друга?

– Вообще отношения в журналисткой среде – это «жестяк». Но и на «Интере», и здесь мне приятно работать с Сергеем Мамаевым, Андреем Богдановичем. Когда я, совсем молодой, на «Интер» пришел сразу на роль ведущего, я не заметил негатива. Обычно же начинают уничтожать, шушукаться за спиной. Здесь ничего этого не было, что меня искренне поразило. На канале «Кировоград» все очень хорошо, по крайней мере, я ни в какие подводные течения не влезаю.

– Перед нашим интервью я услышала твою фразу: «в Кировограде типичные лица». Это какие?

– Если говорить о девочках, то это очень простой, очень милый образ: открытые глаза, распущенные волосы, то есть естественный образ, который притягивает к себе. С ними хочется общаться, их внутренний мир познавать приятно. Бывает, барышни, такие, знаешь, звезды прямо, но когда начинаешь с ней говорить, по каким-то нюансам понимаешь – не надо… неприятно. А в Кировограде все не так. Вообще очень хороший добрый город.

Изначально я думал, что поработаю здесь немного, поднимем мы уровень местного телевидения, да и уеду. А потом ребята говорят: «Может, останешься?» Я посоветовался с женой и решил: почему бы и нет? Если смогу быть полезным, я только «за».

– Были курьезные случаи в эфире?

– В последнее время нет. Это обычно происходит в начале – мне наши видеоинженеры даже целую подборку таких приколов сделали. Например, рассказывал я долго о какой-то области и в конце брякнул – «До свидания. С вами был Иван… Погода». Все пришлось заново переписывать.

Сейчас уже суфлеры есть, проще работать. Единственное, что хочу посоветовать молодым ведущим, – пишите свои тексты сами. Если не будешь понимать, что читаешь, будешь просто красивой правильной «говорящей головой».

Мне вообще кажется, что внешность на экране, конечно, играет роль, но она вторична. Если есть внутренний стержень, харизма – то ты займешь свою нишу. Будьте собой – и все у вас получится.

Светлана Катренко

– Вопрос, конечно, не самый корректный, но сколько тебе лет?

– 27 лет. Я специально обманываю людей – вначале своей юностью, потом своей проницательностью.

– Ты сейчас живешь между Киевом и Кировоградом. Где все-таки дом?

– В Киеве, я там живу и считаю этот город своим домом. Кировоград – это город родителей, он был родительским, родительским навсегда и останется. Я считаю, что дети, когда вырастут, должны уезжать и строить свою жизнь самостоятельно. Работаю сейчас действительно неделю тут, неделю там. Я и раньше так жила на самом деле.

– Чем в столице занимаешься?

– Не хотела бы сейчас об этом говорить. Если проект «выгорит», вы все увидите, если нет – тоже. У нас сфера деятельности такая – быть всегда на виду. Так что вместе посмотрим.

– Света, а как ты попала «в телевизор»?

– В журналистике работаю с 17 лет. 5 лет – на АБ-радио. Но то, что хочу переместиться «в телевизор», было понятно с самого начала.

– Начинать работать в прямом эфире было сложно?

– Нет. На самом деле прямой эфир для меня не новость – сколько их было на радио! Единственное отличие между сидением за пультом и телекамерой – это то, что здесь тебя видно. То есть надо работать не только языком, но еще и лицом и телом. А на радио – все то же самое, только во время разговора со слушателями ты можешь сутулиться, морщиться или даже кривляться…

– Критики в свой адрес много приходилось слышать? Не то сказала, прическа плохая или платье никуда не годится…

– Я постоянно ищу критику, правда! Считаю, что люди, которые хотят, чтобы я развивалась, меня критикуют. А те, кто хочет досадить, – придираются. Пусть придираются себе на здоровье, мне это неинтересно.

– Чем занимаешься в свободное от «телевизора» время?

– Ой, чем только не занимаюсь! Я рисую. Где угодно: на людях (боди-арт), на стенах, на холсте. Дома есть несколько картин. Еще люблю играть на африканских барабанах. Мы с музыкантами собираемся, играем. Понимаешь, творческому человеку все равно где творить. Одно попробовал – получилось, второе – не получилось. Что-то свое все равно выбираешь.

– Любишь ночные тусовки? Или за день так устаешь от общения, что хочется закрыться дома и тихо лежать на диване?

– Что ты? Я совсем не домашний человек, это факт. Мне кажется, что профессия накладывает свой отпечаток: публичному человеку надо и хочется быть на виду. Но есть часть жизни, которая для посторонних крепко закрыта.

– Это ты про «твой дом – твоя крепость»?

– Нет, речь идет не столько о доме. Человек может регулярно приходить ко мне в гости, но ни разу не попасть в душу. Просто при всей моей коммуникабельности, дружелюбности и открытости есть какие-то моменты, куда не хочется пускать посторонних.

– Раньше вы с Женей (Манженко, ведущим «Ранковой кави») говорили в спокойных тонах, а в последнее время заметно, что вы начали строить диалог в эфире на конфликтах. Оно тебе надо?

– Женя, и это ни для кого не секрет, человек на телевидении новый. Спорить в эфире на начальных порах было бы не оправданно. Но сценарий, в котором предусмотрен конфликт типичных мужских и женских интересов, сам по себе интереснее зрителям, он их больше захватывает, увлекает, они нервничают, злятся, пишут эсэмэски, кто на чьей стороне: на моей или на Жениной, и главное – в результате проявляют эмоции. А это всегда лучше, чем безразличие, мы видим их ответную реакцию, чего и добивались. Но для розыгрыша конфликтной ситуации надо быть полностью уверенным в своем партнере: что ты его не спугнешь, он не обидится, не закроется, не уйдет в себя. Я сейчас в Жене уверена – и вы сами это можете видеть.

– Вы с партнером по эфиру в жизни приятели?

– Мы друзья. Очень сложно работать вместе, если человека не воспринимаешь, если с ним по-настоящему не дружишь. Наверное, даже не сложно, а неинтересно. Телевидение – это не бухгалтерия, где ты можешь днями сидеть и словом с коллегами не перемолвиться. Мне лично очень нужна поддержка партнера.

– А как тебе вторая пара ведущих «Кави»?

– Я скажу так: они адекватны периоду, в котором находятся. Я искренне желаю им удачи – они сейчас в начале большого и интересного пути.

– Кстати, Света, в титрах ты изменила фамилию. С какими событиями в жизни это связано?

– Да, кое-что изменилось. Меня можно поздравить, но точно не со свадьбой. Катренко – это моя девичья фамилия, и я к ней вернулась. Я была замужем за хорошим человеком, а с хорошим человеком и развестись не стыдно…

Пожалуй, в этих словах и заключена главная идея музыкального спектакля «Долаючи смерть», премьера которого состоялась в минувший вторник в переполненном зале Кировоградской областной филармонии. Подобного шоу в нашем городе еще не было. Нет, конечно, мы видели мюзиклы с участием приезжих звезд, но чтобы замахнуться на классику жанра собственными силами – это, согласитесь, смело. А студенты и преподаватели факультета искусств КГПУ им.В.Винниченко решили рискнуть, и у них все получилось.

Художественный проект хора-студии «Акватория» «Долаючи смерть …», созданный по мотивам французского мюзикла Ж. Пресгурвика по одноименной трагедии В. Шекспира «Ромео и Джульетта» действительно объединил усилия трех отделений факультета искусств: музыкального, хореографического и художественно-графического и продемонстрировал способность реализовать творческие амбиции не только на университетской сцене, но и на профессиональной. В проекте задействовано более 60 человек, все они — студенты факультета искусств. По словам руководителя «Акватории», главного вдохновителя и режиссера-постановщика спектакля Ларисы Гайдай, идея замахнуться на мюзикл «Ромео и Джульетта» была у нее давно, но только сейчас, благодаря всеобщему желанию, удалось воплотить мечту в жизнь. А ведь нужно было перевести тексты песен на украинский язык, с чем, кстати, отлично справилась член областного литературного объединения «Степ» Антонина Царук, написать оригинальные диалоги, что сделал выпускник музыкального отделения Евгений Скрипник, а стихи для совершенно нового образа Автора сочинил и исполнил Владимир Живицкий. Прошло долгих три года от первой репетиции до такой широкомасштабной премьеры.

Хотя впервые эта работа была вынесена на суд зрителей 27 мая прошлого года — на сцене актового зала КГПУ им. В.Винниченко. Именно тогда с легкой руки профессора Анатолия Короткова была озвучена идея: перенести действо на сцену областной филармонии. Конечно, многие восприняли это предложение с определенной долей скептицизма, а вот создатели шоу верили в собственные силы и чувствовали поддержку со стороны координатора проекта, декана факультета искусств Леонида Бабенко и недавно трагически ушедшего из жизни ректора КГПУ Виталия Завины. Виталий Иванович сам был личностью творческой и прекрасно понимал, что значит для студентов такая невероятно интересная работа. Не случайно создатели мюзикла посвятили спектакль светлой памяти Виталия Завины. Наверное, и это трагическое обстоятельство сподвигло директора филармонии Николая Кравченко рискнуть и предоставить сцену, по большому счету, актерам и режиссерам-любителям. В результате действительно победила любовь — к искусству, к творчеству, а ожидания зрителей не оказались напрасными. Даже несмотря на то, что создатели спектакля взяли на себя смелость отойти от оригинального варианта концовки бессмертной трагедии Шекспира и мюзикла Пресгурвика, придумав и воплотив в жизнь собственный финал, где смерти нет места, а миром правит любовь.

Нет смысла пересказывать то, что лучше увидеть и услышать. Тем более что у кировоградцев еще будет такая возможность 17 марта, в 14-30, в рамках детской филармонии. Но все же отметим прекрасные вокальные партии всех без исключения актеров, в чем есть немалая заслуга аранжировщика и звукорежиссера Сергея Колчина. Отлично дополняют общую картину и хореографические композиции, поставленные хореографом-постановщиком Игорем Шутем и исполненные танцорами хореографической студии Dance Team. Эффектно смотрятся костюмы, изготовленные дизайнерами студии «Меланж» Юлией Рыбалко, Русланой Рубан, Александрой Беляевой и выпускницей физико-математического факультета Натальей Виноградовой, ну а декорации, сотворенные Юлией Малежик и студией декора «Арт Палитра», переносят нас в прекрасную и зловещую Верону, где правит герцог, роль которого великолепно исполнил заслуженный артист Украины Сергей Демин.

Для того, чтобы дополнить общую картину спектакля, мы попросили высказать свое мнение о нем зрителей, среди которых был и глава облгосадминистрации Сергей Ларин. Сергей Николаевич с удовольствием поделился своими впечатлениями: «Я рад, что успел вернуться из командировки и попасть на мюзикл. Мне очень понравилось. Представление смотрелось на одном дыхании, а голоса исполнителей просто завораживали. Знаете, прекрасно, что здесь нет трагической концовки и у зрителей по окончании мюзикла нет повода горевать. И еще впечатляет энтузиазм создателей, сотворивших такое прекрасное действо за счет собственных усилий. Это делает проект еще значимей. Теперь этим талантливым ребятам и педагогам нужна только поддержка, и они будут дальше развиваться. И областная власть готова такую поддержку предоставить!»

Среди благодарных зрителей был и секретарь городского совета Игорь Волков, который сказал, что испытал гордость за альма-матер, ведь родной педуниверситет всегда был щедр на разнообразные таланты. Поразило же то, что, оказывается, можно силами студентов практически одного факультета подготовить столь профессиональное зрелище. С таким спектаклем, по мнению Игоря Викторовича, можно смело гастролировать и собирать неизменные аншлаги.

Как всегда эмоционально и восторженно высказалась генеральный директор рекламного агентства «Антураж А» Ирина Саенко: «Ничего подобного я не ожидала увидеть. Ведь нас в последнее время щедро потчуют различными шоу, но это было нечто особенное. На сцене блистали еще очень молодые, но удивительно талантливые ребята и девушки. Честь и хвала безмерно влюбленной в творчество Ларисе Гайдай! Особенно мне понравились исполнители ролей Ромео и Джульетты Игорь Илючек и Татьяна Яковенко. Неповторим и интересен в образе Автора был и Владимир Живицкий. Такое впечатление, что эти, да и другие исполнители, выходили на профессиональную сцену уже не один раз. Это настоящее искусство, на котором можно воспитывать прекрасные чувства у нашей молодежи, и думаю, что у этого спектакля будет долгая жизнь. А всем создателям мюзикла я желаю не останавливаться на достигнутом, а продолжать расти в творческом плане».

Одним из самых внимательных и заинтересованных зрителей был народный артист Украины, профессор Анатолий Коротков, ведь большинство актеров, игравших в этот вечер на сцене, — его ученики. Да и сам Анатолий Егорович приложил руку, чтобы этот проект был показан на сцене областной филармонии. Поэтому Маэстро оценивал увиденное и с профессиональной точки зрения:

— Безусловно, нужно учитывать, что это студенческая работа. На факультете искусств и в прошлом были очень интересные и самобытные коллективы, работавшие в отдельных жанрах. Но студии «Акватория» под руководством Ларисы Гайдай удалось соединить в своей работе сразу несколько жанров – музыкальный, вокальный, хореографический и художественно-декоративный — и честь им за это и хвала. Конечно, нужно отдать должное декану факультета Леониду Бабенко и, светлая ему память, ректору Виталию Завине за то, что не только поддержали это начинание, но и оказали всяческую помощь.

Первая проба пера на сцене актового зала КГПУ оказалась удачной, хотя там и не хватало сценического оформления, и было много других нюансов. Но видна была перспектива. Поэтому я, не сомневаясь в успехе, предложил попробовать перенести спектакль на сцену областной филармонии. Конечно, пришлось серьезно поработать, расширить рамки действия, пригласить на роль герцога Сергея Демина, который, безусловно, придал мюзиклу больше профессионализма и всегда мог помочь студентам дельным советом. Честно признаюсь, что у нас в университете в день премьеры царил настоящий ажиотаж. Да вы сами видели, что в зале яблоку негде было упасть, а спектакль посетили не только руководители университета, преподаватели и студенты, но и первые лица Кировограда и области. Радует, что по окончании действа люди выходили из зрительного зала полными восторга, а это значит – многое создателям удалось.

Спектакль действительно получился зрелищным, с высоким уровнем исполнения, хорошим сценическим оформлением и, что меня особенно радует, с отличной хореографией, которая не нуждается в коррективах. Ребята работают с задором, есть сквозное действие, и все отлично соединено воедино. Это уже далеко не любительский уровень. Понятно, что актерам не хватает опыта работы, но он приходит при постоянной практике, которую нужно постараться обеспечить. Ведь одними репетициями сыт не будешь. Нужно работать на зрителя как можно больше, и тогда актеры будут в постоянном тонусе. Конечно, я заметил детали, которые требуют доработки и совершенствования, я бы еще поработал и над костюмами. Впрочем, мы уже договорились с деканом факультета и с режиссером-постановщиком о том, что встретимся и все обсудим. Общее же впечатление у меня осталось очень хорошее, и нужно признать, что для Кировограда – это культурный прорыв. А молодым актерам ни в коем случае нельзя почивать на лаврах. Ведь перед ними открываются неплохие перспективы. Может, это громко сказано, но ведь театр Олега Табакова родился из студентов одного курса. Так почему бы «Акватории» не выйти за рамки хора-студии и не стать музыкальным молодежным театром? Пока же нужно учесть ошибки, внимательно выслушать советы и помнить, что совершенству нет предела…

Без малого восемь лет прошло со времени жестокого убийства Василия Михалкова, 40-летнего жителя Марьевки Компанеевского района Кировоградской области. По свежим следам о преступлении писали «Народное слово» и «Украина-Центр». Но и по сей день виновные в убийстве остаются безнаказанными. Если точнее — их… нет: нет человека — и виновных нет! Кировоградский юрист Игорь Погасий довел дело до Европейского суда по правам человека и выиграл в высшей судебной инстанции Европы (и это далеко не первый его выигрыш на столь высоком судебном уровне). Но все ли вопросы закрыты в результате?

В январе этого года суд в Страсбурге (не в Компанеевке, не в Кировограде, не в Киеве — во Франции!) вынес наконец свой вердикт по делу «Михалкова и другие против Украины». Как и следовало ожидать — не в пользу Украины. Государству было нечего противопоставить доводам кировоградского юриста. И теперь за свое бездействие оно выплатит денежную компенсацию Михалковой (матери убитого) и другим его родственникам. Но… не вернут эти деньги жизнь их сыну и брату. И — в очередной раз! — возникает повод для горького вопроса: а за державу не обидно, если ее граждане становятся жертвами милицейского, прокурорского и судебного произвола, а она, держава, не способна защитить их права и законные интересы, и защиту приходится искать за тридевять земель?..

Напомним то, что рассказала Ольга Кузьминична Михалкова, мать Василия, кировоградским журналистам еще в 2003 году, после гибели сына. Сегодня практически весь этот фактаж отражен в постановлении Европейского суда.

Не был ее сын ни преступником, ни социально опасным типом. Армейскую срочную службу отслужил на Севере, в Архангельске, там женился — а потом что-то не сложилось, с женой разошелся, вернулся домой, к матери.

С работой тоже не заладилось… Делал что-то по дому, даже помогал матери на ферме, где она работала до ухода на пенсию. За несколько лет до трагической гибели попал в мотоциклетную аварию — врачи ему после нее череп по кусочкам собирали, но спасли. А время от времени срывался, искал забвения в алкоголе — и тогда уносил что-нибудь из дому, чтобы обменять на самогон. И все же оставался для матери сыном — пусть непутевым, но верила она, что не пропащим (из публикации в «УЦ» «Из райотдела — в рай»).

Ольга Кузьминична не скрывала: порой ей было трудно ладить с сыном — но только когда пил:

— Зла он никому не делал, нигде пьяный не валялся по улицам. Как выпьет — придет домой, ляжет… Но ссорилась с ним, потому что он то одно из дому возьмет, то другое. Просила, чтобы на лечение отправили… Перед Новым годом (2003-м, после очередного обращения матери к местной власти за помощью. — Авт.) дали ему пятнадцать суток — отсидел, пришел — смотрю, тут у него синяки и тут… А потом после Нового года… он, когда Новый год встречал, вот так фотографию жены поставил и сына, один поужинал — и перестал пить. Три месяца не пил — ничего! И наварит, у меня как раз воспаление легких было, и за коровой смотрит — ну все хорошо было… А в апреле выпил. Сначала за день рождения среднего брата, а потом Пасха пришла — и снова. Взял полмешка пшеницы — я стала с ним ссориться: говорю, сегодня нельзя ничего выносить — как раз корова растелилась у нас в тот день…

В этом месте своего рассказа Ольга Кузьминична горько расплакалась…

Понятно, в тот день вновь мать попыталась найти помощь у власти… О том, что последовало, она подробно рассказала кировоградскому журналисту Виктору Крупскому («Народное слово» от 13 мая 2003 года, публикация «Могила від дільничного інспектора»): «Неймовірну, але, здається, правдиву історію повідала нам днями жителька села Мар’ївки Компанiївського району Ольга Михалкова. Її нещодавно спіткало велике горе — загинув син, i, за словами матері, вона зобов’язана цим дільничному інспектору міліції та його помічникові, які тяжко, у неї на очах, побили Василя. Це сталося 29 квітня».

И далее (там же):

— I відразу потягли Василя на вулицю, — згадує Михалкова. — А витягнувши його з двору, заходилися бити. Лупцювали лежачого ногами. Я підбігла, просила, щоб припинили, але міліціонери тільки посміхалися. Хоча на деякий час припинили товкти Василя. Дільничний сів на нього i виламував йому руку. Кажу, мовляв, що ж ви робите, Васильовичу. А синові, бачу, погано. Збігала у двір, принесла води. Дільничний ту воду вилив, а кухля пожбурив геть. Потім Василя тягли знову у бік дороги. Так тягли, аж штани з нього спали. Десь метрів двадцять-тридцять його волочили, а що я їх благала припинити знущатися — сміялися. Близько години все це тривало, поки не приїхала машина, куди Василя кинули. Повезли його в Компанiївку, в райвідділ.

А наутро, 30 апреля, мать поехала проведать сына в Компанеевку, в райотдел. Повезла ему пасху, яйца… и услышала, что он умер…

«УЦ» в публикации 2003 года процитировала и заключение судмедэксперта: «Свидетельствую, что на основе вскрытия мною определена последовательность патологических процессов (состояний), которые привели к смерти, и установлена следующая причина смерти:

а) острая кровопотеря;

б) закрытая тупая травма живота с разрывом брыжейки тонкого кишечника;

… дата травмы — год 2003, месяц 04, число 29;

… смерть наступила: в […] Компанеевка, РОВД» («УЦ» от 29.08.2003).

А в одной из последующих экспертиз (сведения об этом содержатся в документе Европейского суда) был сделан вывод, что полученная В.Михалковым травма не могла быть результатом обычного падения на плоскую или выпуклую поверхность, но могла быть следствием удара, возможно ногой, причем удар наносился в живот под острым углом.

То есть Василий Михалков умер в стенах РОВД (!) от внутреннего кровотечения. Хотя, если бы своевременно получил медицинскую помощь, мог остаться в живых…

А затем… Затем началось «хождение по мукам»…

Уголовное дело в связи со смертью Василия Михалкова в РОВД то возбуждали, то закрывали, то возбуждали вновь. Но не в отношении конкретных лиц, а по факту. На пути к Европейскому суду по правам человека юрист Игорь Погасий, добиваясь справедливости, прошел через все прокурорские и судебные инстанции от Компанеевки до Киева и… убедился: возможность добиться справедливости в национальной судебной процедуре исчерпана полностью. Еще в 2003-м он высказал опасение, что дело, возбужденное «по факту», останется «висяком», хотя Прокуратура Кировоградской области и сообщала, что «дело взято под контроль».

Опасение Игоря Петровича сбылось. Когда в конце 2009 года Европейский суд, готовясь к рассмотрению дела «Михалкова и другие против Украины» по сути, запросил от заявителей и государства информацию о состоянии расследования убийства Василия, заявителям было нечего сообщить Европе: никаких признаков движения по уголовному делу они не наблюдали. Скорее наоборот. Люди в погонах, которые забирали Василия из Марьевки, оформляли в райотдел, находились на дежурстве, когда в «обезьяннике» умирал Василий, и т.д., росли в должностях и званиях (один из них вырос до должности начальника угро района), словом, продолжали жить… И работать в органах МВД.

Зато государство представило в суд весьма обширную справку (слишком обширную для цитирования). Однако по ней невооруженным глазом видно, что пик активности по делу, возбужденному в 2003 году, пришелся на… 2010-й — после запроса Европейского суда. И завершилась эта «активность» тем же, чем завершилась в 2003-м. То есть… ничем…

Разумеется, доводы государства были признаны в Страсбурге несостоятельными. Суд пришел к мнению об ответственности ГОСУДАРСТВА за жестокое обращение и смерть Василия Михалкова, а также о неспособности власти эффективно расследовать смерть Василия Михалкова — то есть, опять-таки, о ее несостоятельности. Нравится вам, читатель, такая формулировка? Испытываете вы гордость за то, какой имидж создает себе Украина в Европе?

За что теперь, как уже было сказано, и выплатит Украина материальную компенсацию родным убитого. Ее общая сумма, не считая судебных издержек, составит 70 тысяч евро.

Государство — понятие очень высокое. Но ведь нерадивые чиновники, которым плевать на справедливость — неважно, прокурорские или судейские, — тоже олицетворяют государство? Почему мы не знаем ни одного примера, чтобы после проигрышей Украине в Страсбурге они расплатились бы за это своими должностями? Почему, наконец — и этот вопрос «УЦ» задает тоже не впервые, — не из их кармана выплачиваются денежные компенсации?..

Но вот какую информацию удалось найти в Интернете. То, что Украина по числу обращений в Европейский суд по правам человека занимает одно из лидирующих мест, — давно не секрет. Но сразу в нескольких источниках приводятся со ссылкой на минюст данные о суммах выплат по решениям Европейского суда в 2007-2009 гг. Это более чем три четверти миллиона (и не гривен!) — 789 тысяч 198 евро. На протяжении 2008-2009 гг., сообщает, в частности «Обозреватель», в бюджете Украины было заложено на эти цели по 20 миллионов (!) гривен в год. Даже по сегодняшнему курсу — это около 2 млн евро ежегодно.

Государственный бюджет трещит по швам, Украина берет иностранные займы, обещают повысить пенсионный возраст и урезать пенсии, но нерадивым, безответственным и просто бездушным чиновникам заранее дана индульгенция — из кармана налогоплательщика, то есть каждого из нас!

Проигрыш в Европейском суде, сообщил также И. Погасий, обязывает государство одновременно устранить все те причины, которые вынудили заявителей дойти до Европейского суда. То есть пересмотреть ранее принятые незаконные судебные решения, возобновить не доведенные до логического конца юридические процедуры и т.д.

Но вы верите, что это будет сделано? Что нерадивые чиновники враз «исправятся» и начнут свято блюсти интересы государства и его граждан? Индульгенция выдана. И, значит, по-прежнему для отчаявшихся и изверившихся последней надеждой останется только обращение в Европейский суд? Чтобы получить если не справедливость, то хотя бы деньги?..

Следуя уже устоявшейся в стране и области традиции, подвел итоги своей стодневной работы на посту городского головы Александрии Степан Цапюк. Чем запомнятся эти дни второму городу Кировоградщины, что уже сделано, какие планы на будущее — об этом и рассказал на пресс-конференции Степан Кириллович.

– Резерв ста дней использован эффективно, – начал свой отчет Цапюк. И привел множество цифровых и фактических тому доказательств. – Что способствовало эффективной работе? Учет в повседневной работе главных положений программы «Центральный регион — 2015». А также выработка плана выполнения взятых перед александрийцами в ходе избирательной кампании обязательств. Сформирована команда менеджеров-новаторов, которой по плечу любые задачи. Но основное – это доверие жителей города. Имеем и поддержку на уровне области и столицы.

В городском совете создано четыре эффективно работающих фракции и группы. Они внесли уже 99 предложений по улучшению жизнедеятельности города. На сессиях уже принято немало решений, которые имеют большую хорошую перспективу. В предыдущем созыве не было согласия, и часто сессии просто срывались.

Мы проводим административную реформу. Утверждена оптимальная схема управления. Уже с 1 марта численность аппарата горсовета будет сокращена на 32 единицы. Останется 164 штатных сотрудника. Когда я впервые пришел на должность городского головы в 1998-м, было 195 человек, я сразу сократил на 20%, до 165-ти. Но потом штат опять раздули.

Восстановлена деятельность Совета директоров города, для совместного решения экономических и социальных проблем. Подписываются договора о социальном партнерстве, о шефстве предприятий над социальными объектами города.

Мы определились с комплексом первоочередных проблем, которые будем решать, с направлением главного удара, так сказать. Это городские социальные проекты, развитие промышленного производства, инвестиции в инфраструктуру города, реорганизация ЖКХ, совершенствование системы управления городским хозяйством.

Оптимизируем бюджетную работу. К примеру, сначала предполагалось, что за счет бюджета мы сможем лечить в больницах только ветеранов войны и детей, но мы посчитали и нашли возможным дополнить этот перечень еще и беременными. А это где-то полторы тысячи женщин. Причем мы сопровождаем их от начала до конца и на 100% — никаких стиральных порошков, марли, бумаги или благотворительных взносов с них никто не потребует.

Обратили пристальное внимание на перевозки. Контроль и анализ показали резервы, которые позволят льготникам ездить бесплатно на абсолютно всех маршрутах в любое время. Мной отменен перечень маршрутов для льготников, теперь льготные – все!

Увеличиваем отдачу коммунальных предприятий города, их у нас 11. После детального анализа и помощи коммунальным предприятиям резко выросла их прибыль и в четвертом квартале 2010-го, и за начало 2011-го. Ищем дополнительные источники бюджетных поступлений. Инвентаризовали коммунальную собственность и предприняли шаги для эффективного управления ею. Вернули в собственность города Александрийскую оптовую базу, которая даст в этом году дополнительно 125 тысяч прибыли.

Пересмотрели практику использования земельных ресурсов. Получим по итогам года более 8 миллионов налога на землю. За 100 дней выиграли 17 исков по земле в судах, это вообще впервые, раньше никто во власти даже и не думал судиться за свое же.

Впервые установлен контроль за пунктами приема металлолома. Я побывал на одном таком и был шокирован объемами. Гектары земли, десятки тонн. Я подал все документы, чтобы лишить два предприятия лицензий. За три года работы в Александрии они не заплатили ни копейки налога на землю и даже не имели договоров аренды!

За первые сто дней работы нашей команды уже создано 459 рабочих мест за счет создания нового КП «Житлогосп» и других. Легализовано 42 рабочих места, с которых не платилось ранее ни копейки. Особенное внимание уделяем поступлению в полном объеме средств с КП «Центральный рынок». После того как занялись нормальной работой и контролем, поступления выросли на 120%.

Вводим современные методы работы. Внедрение на автотранспорте бюджетной сферы контроля с помощью устройств GPS сразу дало экономию расхода ГСМ на 45%, в некоторых случаях и больше. В год это экономия порядка 300 тысяч гривен! И «скорая помощь» начала работать гораздо эффективнее с таким контролем.

В социальной сфере тоже много нововведений. Впервые введен паритет оплаты за питание в детсадах – 50 на 50 родители и власть. Раньше только родители платили. В селах Звенигородка и Марто-Ивановка открыты дошкольные группы на базе школы, где не хватало учеников, – мы нашли такой выход, чтобы не закрывать школу и использовать эффективнее, и показали пример всей области, как загрузить пустующие школы. Начато строительство современной котельной в садике №21. До конца года хотим купить и поставить в городе 5 больших детских площадок, одна такая уже установлена при поддержке Сергея Николаевича Ларина.

По просьбе горожан нормализовали работу по сбору и использованию благотворительных взносов в больницах и школах. Теперь их платят, при желании, строжайше через кассу, и только так. И расходовать их может только Наблюдательный совет учреждения. И как результат – таких взносов за 20 дней февраля собрано 41 тысяча, притом, что за весь прошлый год – 180 тысяч.

В этом году мы приобретем для города новейший аппарат УЗИ, за миллион гривен. Другого оборудования предварительно на сотни тысяч закупим.

Выделили 17 точек для торговли местными товарами в рамках инициативы губернатора Сергея Ларина «Купуй кіровоградське».

Добились, чтобы наше новое крупное производство «Екатеринославские мебельные мастерские» платило налоги именно в Александрии. А у них объем производства 140 миллионов гривен, это существенная прибавка к городскому бюджету.

Впервые в истории НПО «Этал» сделало для нас 500 новых энергосберегающих светильников, мы их сейчас устанавливаем. Причем нам они обошлись по себестоимости, меньше 100 гривен. А дальше эти светильники будут продаваться по всей Украине, вырастет и производство.

Пусть это не понравится Знаменке и Кировограду, но мы будем обязательно переходить на альтернативную систему водоснабжения города, не зависящую от водовода «Днепр – Кировоград». Будем брать воду с Константиновского разреза, бурить скважины, вести ветки. Хоть это и дорого, но это крайне необходимо, мы не будем ни от кого зависеть, и удешевим тарифы на воду. Нужны 6 миллионов, есть договор, что государство дает 3.

Есть потенциальный инвестор и в буроугольную отрасль. Но нас сам проект не очень устраивает – добывать у нас, а сжигать в Комсомольске Полтавской области. То есть мы – как сырьевая база, а хотим и перерабатывать, чтобы получать добавленную стоимость. В общем, работаем над вопросом…

– Степан Кириллович, о ваших реформах в коммунальной сфере наслышаны и в Кировограде.

– Работа по ЖКХ – самая неблагодарная… Четыре года никто даже не проводил совещаний по подготовке к зиме. Я ужаснулся тому, что нам досталось, еще будучи первым замом головы! Раньше коммунальная сфера была частично в приватных руках, а разве частника волнуют проблемы горожан – их волнует только прибыль. И невозможно контролировать их деятельность. Мы вернули все в коммунальную собственность громады. Хотя сопротивление было сумасшедшее, бывших начальников ЖЭКов и других.

На сегодня проплата за коммунальные услуги составляет 40%. А была 20%. Тем не менее, впервые в истории мы закупили новую технику для уборки города, которая убирает и тротуары – мы с них начинаем уборку снега, потом — дороги. Еще моя мечта – поднять статус дворника до такого, каким он был когда-то, когда у него была не только метла, но даже и власть. Работаем над этим, дворники скоро смогут штрафовать нерадивых за грязь, за мусор в неположенных местах, за машину, припаркованную на газоне, – составлять протоколы, мы их оформляем как внештатных экологов. Закупили новую форму, обеспечиваем телефонами. Повышаем зарплату, раньше было 400 гривен, сейчас уже больше тысячи (и это не предел), плюс полный социальный пакет, вдруг заболеет, будем лечить бесплатно. На территории должен быть хозяин! Без хозяина никакая коммунальная реформа не сработает! Скоро у нас выстроится очередь, чтобы устроиться дворником…