В одном из номеров «УЦ» мы рассказывали об успехе украинских спортсменов-инвалидов на Паралимпиаде в Сочи. Тогда президент Паралимпийского комитета Украины Валерий Сушкевич выразил обеспокоенность будущим одной из лучших в мире базы паралимпийской и дефлимпийской подготовки и реабилитации инвалидов «Украина», расположенной в Евпатории. И свою тревогу Валерий Михайлович выказал лично президенту России Владимиру Путину.
Та сочинская встреча принесла свои плоды. Украинские спортсмены получили возможность готовиться к ответственным международным стартам на своей родной базе, которая за 10 лет стала для них вторым домом. Об этом, а также о своих крымских впечатлениях нам рассказал заслуженный тренер Украины Олег Соколовский, который совсем недавно вместе со своими подопечными вернулся с двухнедельного учебно-тренировочного сбора на базе в Евпатории.
— Несмотря на всем известные крымские события, у нас оставалась надежда на то, что база в Евпатории останется в распоряжении украинских спортсменов. Мы с нетерпением ждали разрешения этой ситуации, а наш выезд на сборы несколько раз переносился. Когда же вопрос был окончательно решен, мы, конечно, обрадовались. Но, в отличие от предыдущих лет, решили ехать в Евпаторию не на автомобиле, а поездом. Ведь имелись свидетельства моих знакомых, которые лишились собственных машин. Проще говоря, автомобили у них в Крыму без особого объяснения причин отобрали. Правда, когда мы уже закончили сбор, нам на смену наши коллеги тренеры, а также спортсмены- пловцы и легкоатлеты с проблемами слуха приехали в Евпаторию на собственных машинах. Но таможню проходили около пяти часов.
Были определенные сложности с приобретением билетов до Симферополя. На это пришлось потратить неделю. Билетов в кассе просто не было, поскольку на Крым шли полные составы. Наш купейный вагон, где я ехал с тремя спортсменками, был забит под завязку. В основном это были пассажиры, которые направлялись в Крым по работе или по личным делам, а также студенты. Некоторые ехали за подтверждающими документами на оформление пенсии или к родственникам. Но людей, которые бы целенаправленно ехали на отдых, нам встретить не довелось.
Конечно, непривычно было проходить таможенный и пограничный контроль. На пути в Крым пересекали границу где-то с 1 часа до 3-х часов ночи. При этом российские таможенники внимательно досматривали наши вещи. Но никакого неприятия и враждебного отношения к нам не было. Хотя некоторых пассажиров, к примеру, тех, у кого не было своевременно вклеено фото в паспорт, с поезда снимали. Причем это делали не только на российской, но и на украинской границе. К счастью, у нас все было в порядке, и до Симферополя добрались нормально.
На вокзале сразу же бросилось в глаза, что у каждого вагона приезжающих встречали не слишком опрятные люди в камуфляже. Они внимательно всматривались в лица пассажиров и высматривали подозрительных элементов. Те, кто им не нравился, отводились в сторону и подвергались обыску, проверке документов и тщательному досмотру. Хотя люди только что прошли пограничный и паспортный контроль. Но это местных так называемых стражей порядка не особо волновало. Удивило, что эти «правоохранители» выглядели уж очень неприглядно. Такое впечатление, что они только что сидели и пили пиво, а по приходе очередного поезда бросались выполнять свои не слишком понятные обязанности. Как мне кажется, это не нормально, когда такие вот служаки с дубинками получают возможность распоряжаться человеческими судьбами. А вот людей с оружием мы не видели.
Честно скажу, ощущения были не слишком приятными. Вроде бы это наша украинская территория, а к нам относятся здесь как к иностранцам. При этом большинство дорожных знаков, указателей и названий улиц так и остались на украинском языке. Хотя на вокзале в Симферополе, как и на государственных учреждениях, висят российский триколор и флаг самопровозглашенной Крымской республики. А вот на частных домах российских флагов мы не увидели. Украинских же флагов не было вообще нигде. Флаги крымских татар встречались редко и только на автомобилях.
Возвращение на нашу базу было трогательным и волнительным. База не работала пять месяцев, и нас здесь встретили очень радушно. Ведь люди вернулись на свои рабочие места и получили возможность снова получать заработную плату. Наш приезд стал символичным, поскольку в мае этого года исполнилось ровно десять лет, как база впервые распахнула свои двери. А легкоатлетическая сборная спортсменов с проблемами опорно-двигательного аппарата и умственного развития стала первой, кто приехал сюда после известных событий. Насколько я понял, попыток захватить этот комплекс и прибрать его к чужим рукам не осуществлялось. Правда, вначале оттуда нашей стороной была вывезена часть оборудования. Но сейчас все это возвращается на свои места.
Приведу любопытный случай. Последней в феврале нашу базу покидала сборная Украины по пауэрлифтингу. Наставник этой команды позвонил мне и спросил: забирать ли с собой нарды, которые я завез туда несколько лет назад? Все любители этой игры, находившиеся на сборах, имели возможность поиграть в свободное время. Так вот, когда мне позвонили, то я ответил, что пусть нарды остаются, ведь мы можем туда еще вернуться. И вот мы возвратились и снова играем в свое удовольствие. Так что нарды оказались фартовыми.
Саму же базу за время простоя немножечко привели в порядок. Мы были приятно удивлены, когда увидели состояние метательного стадиона (Олег Соколовский — старший тренер паралимпийской легкоатлетической сборной Украины по группе метаний. — Ю.И.), где засеяли траву. Теперь там тренироваться — одно удовольствие. А еще на базе запустили в эксплуатацию уже второй 50-метровый бассейн. Так что спортивная инфраструктура здесь постепенно совершенствуется и развивается.
А еще, как и прежде, на наш спортивный комплекс приезжают юные российские спортсмены. В этот раз здесь укрепляли здоровье и проводили учебно-тренировочные занятия группа спортсменов-инвалидов из Волгограда. И мы с ними прекрасно вместе тренировались и помогали им провести соревновательную прикидку. Весь этот конфликт придуман и насаждается политиками, а мы, простые люди, как и прежде, остаемся в добрых и хороших отношениях. Я скажу вам больше, в феврале, после окончания чемпионата мира во Франции, когда крымские события были в разгаре, к нам подходили российские коллеги и говорили, что просто ошарашены тем, что происходит. Впрочем, с тех пор уже много воды утекло, и ситуация еще больше накалилась. Вот снова встретимся в ближайшее время с россиянами на чемпионате Европы и узнаем: изменилась ли их позиция?
Если же вернуться к нынешней ситуации в Крыму, то рядом с нашей базой расположены где-то десятка три пансионатов, которые все закрыты. Только в одном из пансионатов отдыхали дети. Не могу сказать, из какой страны, поскольку специально не интересовался. Отдыхающих же на пляжах сейчас где-то 10 процентов от того, что было в предыдущие годы. Любопытно, что в некоторых пансионатах убрали уходящие в море заградительные заборы, которые были установлены украинскими хозяевами жизни.
Сама Евпатория, на мой взгляд, стала менее ухоженной, что ли. Может, руки у новых хозяев не доходят, или они считают это в порядке вещей, но клумбы не такие цветущие, новые цветы не высаживаются, а город не столь тщательно убирается. Могу судить, поскольку езжу в Евпаторию уже на протяжении последних 10 лет. В магазинах пустых прилавков не видел, но ассортимент товаров стал значительно меньше. Торгуют там в основном украинскими и белорусскими продуктами питания.
Интересный случай произошел в супермаркете «Фуршет». Я набросал в тележку все, что заказывали коллеги и что хотел приобрести сам. Думал, возьму чек и расскажу ребятам, что и сколько стоит. Но каково же было мое удивление, когда в чеке, распечатанном на украинском языке, просто индексировали на российские рубли общую сумму. Посетил и шашлычный дворик, где любили с друзьями и коллегами бывать ранее. Так вот, бросилось в глаза, что требования к персоналу значительно снизились. Официанты выходят в грязных халатах и ведут себя небрежно. А ведь цены там немалые, чашка кофе стоит 30 гривен.
Гривня же в Крыму совсем не ходит. Обменять, впрочем, наши деньги в многочисленных обменных пунктах можно достаточно спокойно. Правда, никто чека не дает, а курс устанавливают по собственному усмотрению — от 29 до 33 рублей за гривню. На рынках также все стало беднее, поскольку перестали возить овощи и фрукты из Херсона и других близлежащих регионов Украины. Цены в пересчете на украинскую гривню дороже где-то в два-три раза. К примеру, клубника у нас на то время стоила 15-18 гривен, а в Евпатории — 25-28 гривен.
Что касается простых людей, то у них отношение к нам абсолютно не враждебное, а к произошедшему — разное. Многие говорят, что всегда считали себя русскими, а Крым должен принадлежать России. При этом они не скрывают, что сейчас им тяжело, но надеются, что их не бросят и помогут наладить хорошую жизнь. Есть и такие крымчане, которые не особо верят, что все будет нормально. Хотя в открытую высказывать свою позицию эти люди опасаются, поскольку телефоны прослушиваются, и контроль за свободными мыслями уже ощущается приличный.
Довелось мне пообщаться и с коллегами из наших самых проблемных регионов — Донецка и Славянска, от которого, по их словам, осталось процентов двадцать пять. Перестрелки из стрелкового оружия идут в Славянске постоянно, а вот артиллерийский и минометный обстрел продолжается с 4-х до 8-ми утра. Затем канонада прекращается, и люди на маршрутках едут на работу. Возобновляется же стрельба из тяжелых видов оружия с 16.00. И в таком режиме люди живут постоянно в последнее время. При этом они по-разному отзываются о трагической ситуации. Но все без исключения хотят, чтобы эта война поскорее закончилась. Правда, разрешение конфликта каждый видит по-своему. Те, кто поддерживает сепаратистов, считают, что их регионы ущемляют в правах и политика киевской властью ведется неправильная. В Россию они не стремятся, но требуют к себе особого отношения и больших привилегий, вплоть до федерализации. Хотя объяснить, что это такое, они, по большому счету, не могут. Признаются они, что на стороне протестующих, как они называют сепаратистов, воюют чеченцы и россияне, а местным жителям с криминальным прошлым оружие стараются не выдавать. Хотя я этому особо не верю, глядя на то, как разграбили в Донецке супермаркет «Метро». Кстати, никто из нас никого не переубеждал, поскольку все взрослые люди и вправе думать и делать так, как считают нужным.
Если вернуться в Крым, то мы с моими девчонками (в группу Олега Соколовского входят кировоградские спортсменки: паралимпийская чемпионка Алла Мальчик, серебряный призер Паралимпийских игр Анастасия Мыснык и Светлана Куделя, которая на последней Паралимпиаде заняла 3-е место. — Ю.И.) прекрасно поработали на сборах, сделали тренировочные прикидки и могли с чувством выполненного долга возвращаться домой. А база будет продолжать служить другим нашим спортсменам, поскольку сборы здесь расписаны до сентября. Мы же в июле снова приедем в Евпаторию на заключительный сбор перед чемпионатом Европы.
Обратно возвращались без особых эксцессов. Но от дороги осталось двоякое впечатление. Ведь в этот раз пришлось ехать днем. И за окном на контролируемой россиянами территории стоят закопанные БМП и пулеметные точки с постоянно дежурящими там бойцами. Когда же въехали на материковую украинскую территорию, то увидели танки, пушки, пулеметные гнезда с нашими военными. Все это вызвало чувство абсурдности происходящего и горечи от того, что все это происходит с нами сегодня и сейчас…
Юрий Илючек, «УЦ».
