Автор: Админ

Одним из самых ярких предвыборных обещаний Петра Порошенко была децентрализация власти. Став Президентом, Порошенко предложил Верховной Раде внести изменения в Основной Закон и заверил, что после их принятия «в корне изменятся принципы организации местной власти». Президент отметил, что полномочия и функции госадминистраций, которые будут ликвидированы, перейдут к исполнительным комитетам районных и областных советов.

Планируется, что субъектами административно-территориального устройства страны вместо областей, районов, городов, поселков и т. п. должны стать лишь три единицы – регионы, районы, общины. Термин «регионы» должен заменить «области». Количество и названия регионов остаются неизменными и соответствуют количеству и названиям областей. Предложенными изменениями предусматривается полная ликвидация вертикали государственных администраций. Соответственно, отменяются должности губернаторов и глав госадминистраций. Зато должен появиться новый институт – представители президента Украины, которые будут назначаться в регионах и районах.

Чем это чревато? И вообще, своевременно ли изменение Конституции? Мы определили для себя экспертов и поинтересовались их мнением. Эдуард Зейналов, в прошлом глава Кировоградской облгосадминистрации:

– Еще в 2005 году мы говорили, что надо устраивать систему власти на местах по польскому варианту. Поляки долго мучились с этой реформой, но в итоге выработали, по моему мнению, наиболее оптимальный вариант и для нашей страны в том числе.

Как у нас было? Де-факто и де-юре все полномочия главы администрации были делегированы ему областным советом. Кроме того, губернатор не имел права вмешиваться в деятельность правоохранительных органов, в работу областных советов касаемо принятия бюджетных решений. Но при этом нес полную ответственность за выполнение такого рода решений. И все функции по исполнению ему были делегированы тем же областным советом. При Кучме такая перекошенная вертикаль работала путем обыкновенного телефонного права: губернатор, если с ним не хотели общаться министры, звонил президенту. Тот, в свою очередь, «давал всем в ухо»…

Польский же вариант предусматривает следующее: исполнительные функции имеют люди, которых избрал регион. Маршалов избирают прямым голосованием. По сути это глава областного совета. Он несет ответственность за решения, которые принимаются региональным сеймом. Есть в Польше и воеводы. Их функции сводятся к тому, чтобы надзирать, следить. Следит он, например, за правильностью проведения выборов, за соблюдением законодательных норм и так далее. Ему в какой-то мере подчинены правоохранительные органы. В определенных ситуациях, выписанных законом, он даже может привлекать армию. Но основная его функция заключается в том, что, если сейм принимает, по его мнению, неправомерное решение, он может его оспорить. И после того, как он наберет десять подобных эпизодов, может отправить в отставку маршала и назначить новые выборы. Самостоятельно, без решения президента.

Польская система долго не могла сбалансироваться. Но сейчас она нормально работает, потому что нет пересечения функций, каждый занимается своим делом. Возможно, они друг друга не любят, пристально друг за другом наблюдают, но, тем не менее, каждый работает в своем поле. Нет понятия делегированных полномочий, которые у нас областной совет передает, но не понимает, как их выполнять, какими силами и возможностями, потому что есть еще министерства, в свою очередь дающие полномочия региональным представительствам. И вся эта каша неизбежно приводит к конфликту.

В 2005 году мы ездили в Польшу, после чего пытались их систему власти продвинуть у нас. Помните, Бессмертный пытался реализовать административную реформу? Но, как это бывает у нас, многие дела умирают, не родившись.

То, что предлагает Порошенко, очень похоже на польскую административную реформу. Если это так, то это правильный путь для Украины, с моей точки зрения. Единственное настораживает: что уж очень много полномочий дается представителю президента. Он должен только наблюдать и вмешиваться в процессы лишь в случае нарушения законности. В Польше, если, условно говоря, плохо работает начальник милиции, воевода может его уволить. Не маршал, а воевода! Он даже может заставить прокурора пересмотреть какое-то решение – есть у него такие полномочия. А в работу исполнительной власти он вообще не вмешивается, не указывает, как разделить землю или перераспределить бюджетные средства и так далее.

В Украине сейчас такая ситуация, что любого человека можно сделать преступником, любой может сказать, что он ни за что не отвечает. Однозначно нужно менять систему.

Николай Цуканов, в прошлом секретарь горсовета и заместитель городского головы:

– Мне кажется, что сегодня не то время, когда нужно кардинально менять систему. Мы наплодили очень много местечковых князьков, которые не привыкли работать в рамках закона. В первую очередь нам надо активизировать работу правоохранительных органов. Я имею в виду людей, призванных наблюдать за исполнением законов. А иначе какие-либо изменения приведут к хаосу. Мне кажется, что снова придут князьки, которые на местах будут выстраивать систему под себя.

Сначала нужно провести судебную реформу, изменить работу милиции, а затем уже перейти к реформированию власти на местах. Возьмем Кировоградскую область. Кому-то не хватает полномочий? Хватает всем. А траву косить некому. И когда говорят, что на это нет денег, это профанация.

В нашем областном центре порядка семисот чиновников. Я считаю, что сегодня нужно сокращать затраты на содержание аппаратов, довести до самого минимума административные функции и количество работающих в этой системе людей. У нас же на самом деле очень мало чиновников, занимающихся действительно необходимой городу работой.

Мы имеем прекрасный закон о местном самоуправлении. Там выписаны такие полномочия! Городской голова – наивысшее должностное лицо в городе. Что еще надо? Другое дело, что каждый пытается вести свою личную игру. Нам нужно не Конституцию менять, а уделять больше внимания жизнедеятельности населенных пунктов. Никого не хочу обижать, но почему при полном отсутствии денег никто не уволился из ЖЭКов? Я считаю, что каждый ЖЭК или КРЭП – это своеобразный исполнительный комитет на определенной территории. Упрекать Киев, что нам не хватает полномочий… В головах чего-то не хватает.

При сложившейся в стране ситуации нужно усилить вертикаль власти и ответственность. Я в исполкоме попросил номер телефона, по которому мне и другим людям смогут ответить на интересующие вопросы. Это же так просто: посадить на телефон человека, который будет принимать звонки с вопросами, а через час перезванивать и давать ответ. Нет у нас такой службы.

Нужно в органах власти организовать работу так, как на частном предприятии. Там же нет секретарши, раскладывающей пасьянс на компьютере в рабочее время. Нет подразделений, мешающих друг другу работать. Это болезнь не только Кировограда, но и всей страны. А Кировограду вполне хватило бы пятидесяти-шестидесяти чиновников. Кому нужны тридцать человек в финансовом управлении? Что они считают? У нас много лишних уровней, которые нужно ликвидировать. Предприятие на хозрасчете не может позволить себе лишних людей, потому что зарплата там не падает с неба. А в исполкоме она падает с неба. Пусть на меня не обижаются, но я там работал, был чиновником и бюрократом, знаю ситуацию и изнутри, и со стороны.

Не надо бояться сокращений. Есть много пенсионеров, есть люди, которые найдут себе работу. Другим надо помогать трудоустроиться. Я люблю свой город, свою область. У нас менялись губернаторы, а жизнь не менялась. Мы сами должны измениться. Когда мы говорим о местном самоуправлении, не должны ждать, пока кто-то что-то нам предложит или изменит нашу жизнь. Начнем с себя. Ни президент, ни губернатор не наведут порядок у нас в подъездах и во дворах. Когда каждый гражданин сделает все от него зависящее, тогда он будет иметь право требовать чего-то от власти…

Конституция Украины когда-то признавалась самой лучшей в мире. Может, надо менять не ее, а отношение к ней? Сознание людей, стремящихся жить в правовом государстве? А тем временем в Венецианской комиссии готовы уже в ближайшее время рассмотреть вариант президентских изменений в Основной Закон Украины и предоставить предварительные выводы.

Елена Никитина, «УЦ».

Новомодное слово «люстрация» звучит сегодня даже из внезапно открытой микроволновки. Проводить, внедрять, распространять и просто участвовать готовы все кому не лень. Кировоград не остался в стороне. Недавно местная Самооборона и другие активные участники Евромайдана выступили против того, чтобы Кировоградскую ОГА возглавлял Александр Петик.

«Мы пришли к выводу, что Александр Петик не имеет морального права быть руководителем области. Я, соответственно, взял на себя ответственность сказать, что военные, которые несут службу на востоке, не имеют материально-технического обеспечения, хотя господин Петик отчитывался перед родственниками, перед женами, что они всем обеспечены, но это неправда», – заявил на специально собранной пресс-конференции один из руководителей Самообороны Николай Джоган. И это было не единственное обвинение. Нынешний глава ОГА, как оказалось, виновен в том, что он не местный, что долгое время не росли цветы вокруг постамента бывшего памятника Кирову, что в городе и области не ремонтируются дороги, что не согласовывает назначения на должности с Самообороной, и т.д., и т. п. Но самым серьезным обвинением было то, что Александр Петик подозревается в продолжении коррупционных схем, присущих предыдущей власти. Причем, по заявлению обвиняющей стороны, доказательства есть, но озвучить их нельзя, чтобы «не спугнуть». Довольно странное заявление на пресс-конференции для журналистов. Во время выступлений слово «люстрация» прозвучало неисчислимое множество раз. Потом был полуживой митинг у стен администрации с участием «обвиняемого», где было решено провести прямой телевизионный эфир, во время которого и будут предоставлены доказательства…

Второй люстрационный аккорд прозвучал во время презентации проекта «Люстрація. Кіровоградщина». Этот интернет-проект призван формировать и учитывать мнение пользователей Интернета о чиновниках всех рангов. А в идеале – с помощью общественности очистить власть от коррупционеров, реализуя механизм системного общественного контроля на базе электронного сайта. Для этого, оказывается, нужна самая малость: просто подписать договор о сотрудничестве между этой общественной инициативой и представителями власти.

Сама идея, может, и хороша, однако вызывает слишком много вопросов. Законопроект о люстрации пылится в недрах Верховной Рады, и любой договор, основанный на отсутствующем законе, остаётся простой бумажкой. Гражданская инициатива ставит перед собой задачу «определять уровень доверия к чиновникам и кандидатам на должности», для этого второй подписант обязуется «предоставлять необходимые материалы по кандидатурам на должность чиновников (биографические данные, фотографии и декларации о доходах и имуществе), в соответствии с Законом Украины “О защите персональных данных”». Это, конечно, интересно, но Конституционный суд ещё в 2012 году принял решение: «сбор, хранение, использование и распространение конфиденциальной информации о лице без его согласия государством, органами местного самоуправления, юридическими или физическими лицами является вмешательством в его личную и семейную жизнь. Такое вмешательство допускается исключительно в случаях, определенных законом, и только в интересах национальной безопасности».

Ну да ладно с законами, с решениями КС, а вот как уволить сотрудника любого управления любого органа власти в соответствии с действующим Кодексом законов о труде, если этот самый кодекс ни разу (!) не упоминает страшное словом «люстрация»?!

Ну и напоследок ещё несколько иллюстраций по поводу люстрации: сразу после выборов президента Александр Петик написал заявление об уходе с должности. В своем недавнем выступлении Петр Порошенко объявил о планах внесения изменений в Конституцию и ликвидации должностей глав областных и районных администраций. А единственный подписант договора с проектом «Люстрація. Кіровоградщина» Александр Черноиваненко на момент проведения презентации проекта не удосужился предоставить сайту собственную декларацию о доходах. Да здравствует люстрация!

Алексей Гора, фото Елены Карпенко, «УЦ».

27 июня кировоградский областной театр имени Кропивницкого закрыл очередной театральный сезон. Закрыл, надо сказать, самым настоящим фейерверком – премьерой спектакля «Назар Стодоля» по Тарасу Шевченко. Это ещё одна постановка театра, приуроченная к юбилейному году великого Кобзаря. В то же время, как отметил в своём коротком выступлении перед началом спектакля главный режиссёр театра (и режиссёр-постановщик) Евгений Курман, новая работа посвящена землякам-кировоградцам, погибшим за долю Украины. И это явно не формальное посвящение: и сам Тарас Шевченко, и сценическое решение его произведения дают для этого основания…

Непритязательная и почти банальная история о том, как девушку сначала обманом, а потом силой хотят выдать не за того, кого она любит и кому обещана, примечательна, естественно, тем, что к ней прикоснулась рука самого Шевченко. А потому и говорить нужно не о сюжете. Самое главное – это КАК прочитана бытовая мелодрама (с подзаголовком «Малороссийская дия») самим Тарасом Григорьевичем, а затем и кировоградским театром.

По оценке литературоведов, пьеса «Назар Стодоля» заняла важное место в истории украинской драматургии. В ней Шевченко творчески развивает традиции своих предшественников – Котляревского, Квитки-Основьяненко, Костомарова. Действие происходит в XVІІ веке, а положительным идеалом являются герои Национально-освободительной войны украинского народа 1648–1657 гг. под предводительством Богдана Хмельницкого. Столкновение разнополярных характеров и моральных принципов создаёт сюжетное напряжение от первой до последней сцены.

Новаторством же стало создание образов мужественных, волевых натур, способных бороться за свои права и человеческое достоинство. Пьеса насыщена колоритными деталями украинского быта, народных обычаев, элементами фольклора, но не чужда и тенденций европейской драмы, проявляющихся, в частности, в типологии характеров-персонажей: герой, злодей, слуга двух господ. Как известно, пьеса первоначально была написана на русском языке для Александринского театра в Санкт-Петербурге, а адаптирована для украинского театра уже в советское время.

В этом русле, заданном автором, идёт и кировоградский театр. Но!.. Множество режиссерских и актёрских находок вдруг превращают спектакль в зрелище-фейерверк – с музыкой (заметим, звучит не фонограмма – вживую работает оркестр театра), танцами, пением и почти акробатическими трюками. Неторопливое начало спектакля, решённое в стиле традиционной украинской театральной классики, очень скоро переходит в живое, многокрасочное, в лучшем смысле слова народное действо, и зритель следит за ним, не отрываясь, приветствуя аплодисментами каждую сыгранную сцену.

Долгие годы было принято критиковать кировоградский театр за блёклость и аморфность его массовок, но в «Назаре» выразительны и красочны и массовки. Когда Назар (артист Александр Ярошенко) узнаёт, что Хома Кичатый (арт. Анатолий Литвиненко), которому он верил как самому себе, преследуя своекорыстные цели, готов пожертвовать счастьем дочери и выдать её за другого, напряжение, возникающее на сцене и перетекающее в зрительный зал, создаёт и массовка.

Разумеется, отдельных добрых слов заслуживают и исполнители главных ролей. Очень интересен Гнат Карый, друг Назара (арт. Антон Адаменко). Подвижный и пластичный, он во втором действии становится самой настоящей пружиной интриги, эффектно подчёркивая это и внешними выразительными средствами. Колоритна Валентина Литвиненко в роли хозяйки на вечерницах: события спектакля разворачиваются в ночь на Рождество, и театр с удовольствием воспроизводит праздничную атмосферу во всей её полноте. Стеха (арт. Инна Дорошенко), молодая ключница у Кичатого, одновременно и обаятельна, и коварна (типаж служанки двух господ). Трогательна, беззащитна и искренна Галя (арт. Олеся Бушмакина), дочь Кичатого, традиционно покоряющая зрителей и своим вокалом. Но у Гали есть и характер – и он постепенно проявляется в предлагаемых обстоятельствах.

Но ведь эти самые «предлагаемые обстоятельства» заданы не только сюжетом. На спектакль работают и сценография (она великолепна – и ярка, и пластична), и музыкальное сопровождение, и хореография. А костюмы!.. Только о костюмах можно было бы написать отдельную главку, для которой не хватило бы газетной площади… А ещё стоило бы видеть, с каким хорошим драйвом игрался спектакль!.. Честно говоря, хочется чуточку и пошутить: наверно, и предотпускным тоже – последний спектакль сезона, а завтра – отпуск!.. Но, если без шуток, драйв премьерных спектаклей – это нормально, ненормально – если премьера играется без драйва.

Своего рода ключ к глубинной идее спектакля – это маленькая притча в исполнении слепого кобзаря. Умер казак, приближается его душа к райским воротам, а вход в них заслоняет толпа чертей: дескать, на земле казак кровь проливал, недостоин он рая. Но вступаются за казака ангелы: кровь казак проливал за свою землю и свой народ, а потому не место ему в аду!.. Так где же душа казака после смерти, если ни черти, ни ангелы между собой договориться не могут?..

Думается, не случайно эта роль отдана Юрию Жеребцову, давно признанному кировоградцами мастеру литературного театра. Рассказывает эту притчу устами слепого кобзаря Жеребцов замечательно – так, что зал замирает и слушает, затаив дыхание… Но, к сожалению, несколько портит впечатление следующая за этим мизансцена: слепой кобзарь возвращается в центр массовки и… играет уже массовку. Странное возникает ощущение: ну, простите за высокий слог, пристало бы Гомеру, прочитав «Воспой же, о муза, Ахилла, Пелеева сына», садиться в общий ряд и вместе со всеми прихлопывать в ладоши и притопывать ногами? Нет, наверно. Сел бы Гомер где-нибудь в уголок да так и сидел бы, великий и отрешённый, остающийся на высоте только что прочитанного текста. Но так же написано в ремарке Шевченко, возможно, возразят мне: «Кобзарь садится на скамейку. Кругом него с шумом и хохотом толпятся в беспорядке казаки и девушки». Отвечу: так – да не так. У Шевченко кобзарь на вечернице читает совсем не эту притчу, а… сказку. И незачем, отступив от текста (и вполне оправданно отступив!) в большем, бояться отступить от него в малом…

Кульминация спектакля – в третьем акте. Предшествует ей трогательная сцена: диалог Назара и Гали… На мгновение режиссёр создаёт самую настоящую лубочную картинку: ведь это же Рождество, а все рождественские истории обязательно имеют счастливый конец! На героев, подчёркнутый светом, мягко падает тёплый рождественский снег, мир и покой воцаряются вокруг, и кажется, все беды и несчастья двух любящих сердец остались позади… Но в одну секунду проникновенная лирическая сцена сменяется массовой сценой кровавого боя! (Как утверждают, это едва ли не первая ТАКАЯ постановка сабельного боя за всю историю нашего театра.)

… И, пожалуй, на этом пора остановиться: о спектакле нужно не читать – его нужно смотреть. А театральные рецензии – это не сам спектакль, а лишь личное отражение того, что было сказано со сцены… «Стоп! – наверняка скажет сейчас внимательный читатель. – А почему это рецензент не назвал имена авторов сценографии (а работали – замечу в скобках – театральные художники Рыдванецкие, весьма именитые в Украине), хореографии и т. д.?» А давайте считать, что рецензент интригует – чтобы внимательный читатель пошёл на спектакль (ну, осенью, понятно, в следующем театральном сезоне), купил театральную программку и прочёл из неё всё, что ему интересно…

Анатолий Юрченко, фото Елены Карпенко, «УЦ».

Кажется, время уже не бежит, а несется стремглав — вот уже и первый летний месяц заканчивается. Правда, события на востоке Украины, за которыми пристально наблюдают не только все украинцы, но и весь мир, по мнению многих, очень затянулись и не дают людям заняться решением обычных мирных проблем. Но все же есть читатели «УЦ», по-прежнему надеющиеся на нашу помощь и доверяющие нам.

Совсем недавно мы вспоминали трагическую дату начала Великой Отечественной войны, поэтому начну с письма, пришедшего в редакцию из г. Каховка Херсонской области. Его автор — Людмила Кузьминична Гирич — по радио услышала часть выступления нашего краеведа Василия Даценко, посвященного его новой книге «Зеленая Брама: возвращение к легенде». Автор письма пишет, что в свое время читала книгу «Зеленая Брама» Евгения Долматовского. Дело в том, что ее отец, Кузьма Васильевич Гирич, в начале войны находился в концлагере Яма, о котором писал Василий Всеволодович, был ранен, а затем отправлен в госпиталь с. Подвысокое. После войны, читая книгу С. Смирнова «Брестская крепость», в списке участников событий он увидел фамилию человека, вместе с которым был в Яме, Владимир Иванович Фурсов. Отец написал ему, и через некоторое время в одном из документальных фильмов увидел Фурсова — доктора биологических наук, почетного члена Советского комитета ветеранов войны, заведующего кафедрой Казахского государственного университета. Думаем, Василий Всеволодович Даценко обязательно заинтересуется судьбами друзей-фронтовиков и свяжется с Людмилой Кузьминичной, чтобы поговорить с ней о событиях того времени и их участниках.

Одна из самых неравнодушных читательниц — кировоградка Л.Легеза. И радостью, и бедами она делится с нами, как с близкими людьми. Вот и в этот раз она посетовала, что у нее, инвалида-колясочника, существует проблема: она хочет приобрести путевку в санаторий «Гусарское урочище», однако ей нужно ехать с сопровождающим, так как многое не может делать самостоятельно. Но для этого нужно заключение ВКК, на которую ей попасть также не совсем просто, пишет она. Уважаемые сотрудники управления соцзащиты Ленинского района, не сочтите за труд помочь Людмиле Афанасьевне с решением этой проблемы, ведь она не первый год болеет, и вы наверняка с ней не раз встречались.

Еще один вопрос, который поднимает в письме Людмила Легеза, — припаркованные во дворах многоэтажек машины. Зачастую водители ставят свои авто буквально впритык ко входу в подъезд. И ладно бы, на пять минут — что-то занести в квартиру, но бывает так, что машина стоит с утра до позднего вечера. О том, что из подъезда выходят люди, не думает никто, главное — приткнуть свой транспорт вплотную к подъезду, чтоб лишний шаг не сделать. А мамочки с колясками, инвалиды, пожилые люди пусть протискиваются… Уверена, что ни эта публикация, ни нравоучения, которые нам иногда приходится читать таким соседям (знаю по себе), не добавят им внутренней культуры. Так, может, сотрудники ГАИ наконец-то начнут пополнять бюджет за счет бездумно и со всеми мыслимыми и немыслимыми нарушениями припаркованных по всему городу машин?

Следующее письмо — на тему, которая интересует многих кировоградцев, — о недавних событиях с крат­ковременным выходом на свободу В. Лозинского. Оно пришло в редакцию по электронной почте, его автор — Николай Олейник, который, по его словам, был понятым при опознании матерью убитого В. Олейника одного из его пистолетов. Он пишет также, что некая женщина рассказала, что «Олійник чи не кожного дня бігав по селу як не з вилами, так з тесаком, часто бив свою матір, і тому його потрібно було вже давно відправити в спецзаклад, де він був би під контролем. /…/ А от в пресі виліпили образ такого собі бідного селянина…» Далее автор письма пишет: «Чому у О. Гори не викликав сумніву той факт, що суд /…/ не прийняв до уваги свідчення тих, хто тоді був в лісі разом з Лозінським?» Далее идет некий политический экскурс в события того времени и вывод: «Для мене зараз ясно одне: як не було при Януковичу у нас ні суду, ні прокуратури, так їх немає і зараз».

Что можно сказать на это? Раз В. Олейник был, как говорят, «не сповна розуму», его что, можно использовать в качестве объекта охоты для нескольких здоровых крепких мужиков? Когда это и какие законы вдруг разрешили убивать человека только за то, что он не соответствует вашему дресс-коду и требованиям к интеллекту? Автор письма, на наш взгляд, пытается представить В. Олейника в роли то ли киллера, то ли шпиона, охотящегося за Лозинским. Не верю, как сказал бы Станиславский. И еще больше не верю, что хотя бы один из участников убийства, соучастник Лозинского, встал бы во время суда и как на духу выложил бы чистосердечное признание в том, как он принимал участие в описываемом преступлении. Тем более с учетом должностей этих соучастников. А вот последняя фраза автора — про наш суд и прокуратуру — кажется ну очень правдоподобной…

Следующее письмо направлено сразу шести адресатам — от нашей редакции и до Председателя Верховной Рады А. Турчинова. Его автор — Н. Злуницина из Кировограда — просит всех оказать ей помощь, так как против нее якобы сфабриковано уголовное дело о побоях соседки (как стало понятно из письма, еще и ее свахи). Автор письма пишет, что ОНА сама воспитывает 4-х детей (5, 7, 12 и 14 лет) и одновременно — то, что сын побитой соседки должен ее дочери 30 тысяч гривен алиментов на двоих детей — 12 и 14 лет. Следовательно, эти двое — внуки автора письма. А остальные дети чьи? Возникает вполне логичный вопрос: а где мама этих детей? Да и еще на несколько вопросов хотелось бы получить ответы. Почему в такое трудное для страны время глава Верховной Рады (то есть его помощники) должен заниматься, так сказать, соседскими склоками? Вы, уважаемая, считаете, что у губернатора тоже нет никаких других дел? Вот прокуратура и милиция — правильные адреса. А если разобраться, проблема решается достижением нормальных отношений с соседкой. Вы пишете, что работаете в школе, правда, не уточнили, кем. Чему вы можете научить детей, в том числе и своих внуков, если не можете уладить отношения с соседкой, дошедшие до возбуждения против вас уголовного дела? Понятно, что каждому человеку его проблема кажется самой главной в мире, но неужели для разрешения элементарного бытового конфликта нужно напрягать такое количество людей?

Еще одно письмо на «правовую» тему прислал нам Б. П. Бабий из Долинской. Еще 2 апреля 2013 года двумя нетрезвыми людьми был избит его сын, инвалид детства. Уже больше года длится следствие, дело никак не передадут в суд, а на его обращения в прокуратуру приходят формальные отписки, заканчивающиеся фразой о том, что, мол, решения, деятельность или бездеятельность следователя обжалуются в судебном порядке. То есть человек ждет, пока дело об избиении его сына наконец-то передадут в суд, а его снова направляют туда же — в суд? Что-то тут не так, уважаемые прокуроры пгт Долинская и Кировоградской области. Вам не кажется, что пора наконец-то вмешаться областному прокурору Сергею Филипповичу Жолонко? Кстати, автор письма упомянул, что нанятый им адвокат деньги взял, но ничем не помог. Интересно, за что он взял деньги, если за 14 месяцев дело не сдвинулось с места?

По поводу следующего письма — о якобы злоупотреблениях начальника и главного инженера Александрийского водоканала — хочется сказать следующее: анонимки мы не рассматриваем. Если вам, уважаемый автор сего послания, есть что сказать и имеются доказательства этого, имейте смелость назваться. По просьбе автора письма мы можем не указывать его фамилию, но привыкли общаться с конкретными Ивановыми, Петровыми или Сидоровыми. Вы же, не назвавшись, излагаете бездоказательные факты, еще и рекомендуете нам «самим раскрутить это дело». Правда, единственная здравая мысль в письме есть: «никто детально не анализировал расходы водоканалов при расчете тарифов на воду», по которым «стоимость воды подымется почти в два раза». Словом, есть что сказать — обращайтесь в редакцию лично.

Позволим себе в обзор писем поместить ответ на несколько телефонных звонков наших читателей, взволнованных тем, что якобы террористы взорвали в Артемовске завод по производству соли и ее теперь не будет. Такая новость вызвала ажиотаж, причем по всей Украине, и наш народ сгрёб с прилавков магазинов ВСЮ ИМЕЮЩУЮСЯ В НАЛИЧИИ соль. За время независимости такая паника возникала несколько раз, и люди скупали соль, спички, свечи, керосин и керосиновые лампы, макароны и крупы, сахар и муку. А потом муку, крупу и макароны так же дружно несли на помойку с молью, жучками и червячками, которые в этих продуктах завелись. Неужели много лишних денег?

Что же касается соли, то вот как прокомментировал ситуацию генеральный директор ГП «Артемсоль» Александр Степаненко: «Мы знаем, что появились такие слухи, но они не имеют никаких предпосылок. Предприятие работает. Проблем с отгрузкой нет, причем продукцию мы отгружаем во все области. Склады загружены и у нас, и у дилеров. Если в начале месяца мы выпускали 25 вагонов, то сейчас отгружаем 125-130 вагонов в сутки». Следовательно, оснований для паники нет, и стратегических запасов делать не нужно.

Е.Иваненко из Кировограда в своем письме поднимает вопрос благоустройства и наведения порядка. «Весь май в городе было слышно, как работают газонокосилки. Выкашивали и обочины дорог, и во дворах, и действительно, бурьяна было меньше. Вот-вот начнется сезон цветения амброзии, а людей с газонокосилками почему-то уже не видно и не слышно. Кое-как вручную пытаются косить дворники, но у них это не очень-то получается. Неужели нельзя обеспечить бесперебойную борьбу с бурьянами и заставить руководителей предприятий и организаций убрать или хотя бы регулярно выкашивать сорняки возле своих предприятий?» Думаем, что решить эту проблему можно. Для этого нужно лишь желание руководителей городских коммунальных служб работать самим и заставить это делать других. Да и специнспекция должна активнее штрафовать тех, кто разводит на своей территории непролазные дебри из амброзии и прочих карантинных, и не только, сорняков. А наши уважаемые читатели также могли бы подключиться к таким мероприятиям, организовав субботники возле своих домов.

Как обычно, в конце обзора нашей почты мы хотим от имени Леонида Ивановича Бойлука из Малой Виски поблагодарить заведующую отделением гематологии областной больницы Ирину Павловну Ермолицкую, врача Евгению Александровну Банькову и всех сотрудников отделения за их чуткое и внимательное отношение к больным и пожелать им мира, добра и благополучия.

Ольга Березина,»УЦ» .

Одна из жительниц пяти­этажного дома по ул. Комарова пожаловалась на местном интернет-форуме: во дворе провалился один из многочисленных погребов. Образовалась довольно глубокая яма, которую никто не желает замечать — ни ЖЭК, ни сами жильцы.

Владелица погреба всячески отнекивается от него — дескать, не мое, не ведаю, у меня вообще никогда погреба не было. Действительно: сие архитектурное строение не имеет никаких документов, и доказать факт владения им практически нереально. Земля под (и над) погребами у многоэтажных домов в подавляющем большинстве случаев осваивалась путем самозахвата, так что практически все эти натыканные по двору «грибочки» являются незаконными. Но в свое время ведь кто-то трудился над ними, выгребая несколько кубометров грунта, укрепляя стены и потолок, устанавливая отдушины. Причем подобная работа не только тяжелая сама по себе — она стоит довольно дорого. И это — фактически под угрозой того, что созданное с такими трудами творение может уничтожить любой чиновник из ближайшей госконторы, ведь документов нет…

Хаотично заставленные металлическими коробками-гаражами и изрытые погребами дворы домов — наследие советского времени. Все просто: при вселении в новопостроенный дом не всем жильцам доставалась заветная ячейка в подвале. А подвал был жизненно необходим — в нем хранились огромные запасы заготовленных на зиму продуктов. Где же еще хранить все эти помидоры и огурцы в банках, салат из баклажанов, кабачковую икру и несколько видов варенья? А еще не нужно забывать оптовые закупки картофеля и морковки с луком, проводившиеся каждую осень. Места в квартире нет, зато есть подвал. Но подвалов в доме иногда хватает не на всех — ими завладевают самые ушлые соседи по подъезду, да и хранить в них овощи не годится. Кроме того, во многих многоэтажках Кировограда в подвалах зачастую стоит устойчивое амбре от постоянно текущей канализации. Остается только одно — рыть землю (то есть погреб). Вот люди и рыли…

Сотрудники ЖЭКов обязаны были пресекать незаконное рытье погребов во дворах, но по факту на это закрывали глаза — у ЖЭКовского работника, скорее всего, тоже был свой небольшой незаконно сооруженный погреб. А как обстоят дела сегодня? Подчас просто комично: когда одна из моих подруг с мужем приобрели собственную квартиру, то и не догадывались, что в нагрузку стали еще и владельцами одного из погребов во дворе. Узнали об этом через два месяца после того, как вселились, от соседа по лестнице.

Сейчас необходимость в погребе исчезла. Выбор продуктов на полках магазинов огромен, картошку по вполне приемлемой цене можно купить в течение всего года, консервированные овощи успешно заменяются свежими тепличными. По инерции люди старшего поколения до сих пор проводят кампании по закупке картошки и, надрываясь, опускают тяжелые мешки в погреб. Молодежь уже не понимает, зачем так над собой издеваться. Но что с этими тысячами бесхозных погребов делать?

Можно обратиться в ЖЭК. Кстати, девушка, пожаловавшаяся на форуме, так и сделала. Но в ЖЭКе ответили, что это — не их проблема и нужно обращаться с письменной жалобой в городское управление ЖКХ. Однако стоит ли? Цена вопроса — грузовик с землей. Неужели жильцы дома не могут собраться и просто засыпать яму? К сожалению, здесь действует еще один пережиток эпохи СССР, такой же живучий, как и погреба: уверенность людей в том, что их проблемы должен решать за них кто-то другой — ЖЭК, управление, горсовет и т.д. Если к многообразию ассортимента в магазинах люди привыкли довольно быстро, то привыкнуть к тому, что теперь твой уровень ответственности за место, где живешь, несколько вырос, оказалось трудно. В любом многоэтажном доме почти все квартиры приватизированы, и ЖЭК за них уже не отвечает. При приватизации квартиры во владение вам достается не только сама квартира. Вы становитесь собственником небольшого кусочка лестничной площадки, внутридомовых сетей, прилегающего к дому двора. А собственник обязан отвечать за свое имущество и заботиться о нем, не правда ли? Теперь, став полноправным хозяином своего жилья, вы просто обязаны следить за его состоянием — за собственный счет. В доме, где приватизированы все квартиры, ЖЭК не имеет практически никаких прав — он стеснен в действиях условиями договора, который подписывает с жильцами. Уже сейчас людям приходится кооперироваться для того, чтобы сделать ремонт в подъезде или починить крышу. Привыкайте — очень скоро такая практика будет неотъемлемой частью вашей жизни.

Но какое отношение ко всему этому имеет погреб во дворе? Самое прямое. Если во дворе есть одиночные аварийные погреба, стоит провести общее собрание жильцов и предложить их владельцам отремонтировать или засыпать. Если их много, ими никто уже давно не пользуется и хозяев найти нереально — засыпать вскладчину и организовать на этом месте детскую или спортивную площадку, зону отдыха, автостоянку. Тем же жильцам, которые используют погреб исключительно для хранения банок с консервированными фруктами и овощами и откажутся от него, нужно отдать в пользование ячейки в подвале дома, которые своим владельцам не нужны (а для этого полезно провести ревизию подвалов).

Все эти планы легко осуществимы. Особенно в том случае, если есть опасность для твоего ребенка провалиться в заброшенный погреб или ты сам, оступившись, хоть раз оказался в яме, вырытой для другого.

Виктория Барбанова, «УЦ».

О том, что СМИ манипулируют нашим сознанием, в последнее время сказано немало. Особенно хорошо это получается у телевидения, просто в силу того, что чтение газеты или поиск новостей в Интернете – процесс сознательный, а телевизор у многих работает круглосуточно, просто как фон ко всей остальной жизни.

О политических ток-шоу и новостных программах и без нас сказано немало, как и в целом о телевидении в прайм-тайм, то есть с 18.30 до 22.30, – считается, что именно в это время телевизор смотрит самое большое количество людей. Однако очень многие люди – домохозяйки, пенсионеры, студенты и школьники на каникулах – практически целый день поглощают информацию, которую им предлагает голубой экран. И это уже совсем другое телевидение. С 9.00 до 18.30 никто не говорит ни о войне, ни о международной политике – мало кто захочет в качестве фона к уборке, готовке или играм с ребенком слушать новости о погибших или споры политиков. Но, пожив пару дней с включенным телевизором (а ведь так живут сотни тысяч людей!), начинаешь физически ощущать, как разрушается мозг.

Посмеяться

Пожалуй, главная задача украинского эфирного телевидения в дневное время – рассмешить зрителя. «Вечерний квартал», «Рассмеши комика», «Країна У», «6 кадров», «Даешь молодежь!», «Файна Юкрайна», КВН – днем показывают программы в основном старые, двух-трех-, а то и семилетней давности, часто просто одни и те же выпуски изо дня в день (этим особенно грешит «ТЕТ»). Среди этих передач есть хорошие и качественные, есть и откровенно плохие, но дело не в этом. Почему в стране, где через день объявляют траур, цель телевидения – смешить любой ценой? Не обязательно слушать только классическую музыку, но зачем этот натужный смех?

В программе телеканала «ТЕТ», например, в будний день юмористические передачи занимают от пяти до шести с половиной часов. «К1» веселит в основном в выходные – в субботней телепрограмме 6,5 часов смеха. На других телеканалах юмористических шоу меньше, но, вовремя нажимая кнопки на пульте, зритель может хохотать целый день без перерыва.

Тем более что, кроме юмористических шоу, есть еще и комедийные ситкомы. В целом мы ничего не имеем против «Ворониных» – вполне себе добрый семейный сериал. Но почему на «Новом канале» ежедневно показывают по десять серий «Ворониных» (3,5 часа) и по семь серий «Счастливы вместе» (еще три часа)? Нет, мы понимаем, что канал, наверное, купил ситкомы за большие деньги и теперь собирается, как минимум, лет пять не париться насчет дневного эфира, показывая серии в произвольном порядке («Ворониных» на сегодня снято 285 серий, а ситкома «Счастливы вместе» – 374) …

Впрочем, ругать «дебильные российские сериалы», снятые по адаптированным западным сценариям, может только тот, кто не видел наш, украинский, продукт – «Витальку». Не хочется обижать нашего земляка Гарика Бирчу (который является не только исполнителем главной роли, но и автором, прости господи, сценария), но это ведь стыдно! Причем стыдно не только снимать, но и смотреть. Во время просмотра «Витальки» все время чувствуешь неловкость за то, что ЭТО вообще можно показывать по телевизору… Хотя, возможно, именно в чувстве стыда и неловкости, которое возникает у зрителя, – секрет популярности сериала. Потому что, кроме желания посмеяться, дневной украинский зритель, очевидно, имеет мазохистские наклонности и включает телевизор специально, чтобы испугаться, расстроиться, испытать боль и…

Поплакать

Тут безусловным лидером является канал «СТБ» с программой «Следствие ведут экстрасенсы», в которой странные люди расследуют кровавые убийства, страшные самоубийства или ищут пропавших детей. Не будем рассуждать об «экстрасенсах» и «следствии», хотя и то, и другое весьма сомнительно. Но главное в этих программах – не сами расследования (кажется, конкретных ответов экстрасенсы в этой программе не дают), а страшные подробности расследуемых историй, откровения и слезы родственников погибших. Людей, которые готовы выворачивать душу на программе, понять можно – они надеются понять, что же произошло на самом деле, и облегчить свою боль. И даже объяснение какой-нибудь пляшущей вокруг костра тетки, что дело, мол, в древнем родовом проклятии, как-то им помогает. Но мы-то почему так любим смотреть на их страдания и слушать, как с их любимой дочери после изнасилования сорвали скальп и бросили ее умирать в подвале гаража? Причем для наглядности нам не только рассказывают, но и показывают, что произошло, то есть к каждой программе снимается короткометражка: вот маленькая девочка приходит из школы домой, обедает, переодевается, делает петлю из своего шарфа, залезает на стул и привязывает шарф на гвоздь… А теперь слово маме этой девочки: пусть расскажет нам о своих чувствах! Просим! Просим!

Это, конечно, апофеоз жанра. Для тех, кто боится крови, есть лайт-варианты: «Семейные мелодрамы» на «1+1», «Кохана, ми вбиваємо дітей» на том же «СТБ» и т. п. Причем если «Семейные мелодрамы» – это, опять же, короткометражки «на основе реальных событий», то «Кохана, ми вбиваємо дітей» – это реалити-шоу, в котором мы, по идее, наблюдаем за реальными семьями, в которых родители избивают детей, дети ненавидят родителей и т. п. Что заставляет эти реальные семьи (если они реальные) выносить свои проблемы на суд домохозяек всей страны, тот еще вопрос. Главное – такие шоу не только вызывают слезы, но и удовлетворяют еще одну базовую потребность зрителя – …

Подсмотреть

Бабушки, зорко следящие за соседями из-за занавески, – сегодня исчезающий вид. Потребность подсматривать за другими людьми, обсуждать и осуждать чужую жизнь можно полностью удовлетворить, не вставая с дивана. К услугам тех, кто живо интересуется жизнью чужих людей, реалити-шоу: «Панянка-селянка», «Зважені та щасливі», «Хата на тата», «Вагітна у шістнадцять» и т. п. Вполне можно понять сельскую девочку, которая хочет три дня пожить жизнью какой-нибудь «аптечной принцессы»: посидеть в дорогом ресторане, купить платье, сделать прическу и маску для лица в салоне. Можно понять и «аптечную принцессу», которая решается на трехдневный экстремальный тур с коровами, печкой, стиркой в реке и тремя гривнями в день. Ясны мотивы и уставшей домохозяйки, которая уезжает на неделю в жаркие страны, оставляя детей на мужа и съемочную группу. Заслуживают огромного уважения бывшие наркоманы, люди с ВИЧ, трансвеститы, которые идут на ток-шоу, чтобы, приняв удар на себя, показать всему миру, что люди с такими же проблемами, как у них, – совершенно нормальные члены общества. Но почему, например, самая обычная женщина желает обсудить со всей страной проблемы излишнего оволосения или отсутствия оргазма? Что ею движет? Во многих реалити-шоу и ток-шоу типа «Давай поговорим о сексе» («СТБ») или «Говорит Украина» («Украина») принимают участие какие-то ментальные эксгибиционисты. Сидя на диванчике в студии, со счастливыми улыбками на лицах они рассказывают всему миру о проблемах, о которых обычно говорят только с близкими друзьями и врачами. Мы не против обсуждения этих проблем на телевидении, но в этих откровениях в студии и в том, с каким упоением мы, зрители, смотрим и слушаем, есть, согласитесь, что-то ненормальное. Ну какое нам дело до излишнего оволосения незнакомой тетки?

Но ментальных эксгибиционистов еще нужно найти, поэтому часто мы имеем дело с псевдо-реалити-шоу, в которых нам показывают «почти реальность». Особенного внимания заслуживают «Судебные дела» и «Семейный суд» на «Интере». Обе программы обещают нам присутствие на реальных судах, и хотя любой человек, который хоть раз был в суде, понимает, что это не так, рейтинг у них довольно высокий. Однако совсем не из-за обещанных создателями шоу «практических знаний о том, как исполняется правосудие, что написано в украинских законах, как следует вести себя в конфликтных ситуациях», а опять же, из-за вывернутых на всеобщее обозрение внутренностей чужой жизни. Судьи, адвокаты, прокуроры, участники процесса ведут себя в этих передачах очень и очень странно. Например, при рассмотрении совершенно обычного иска об алиментах на содержание несовершеннолетних детей адвокаты бывших супругов приглашают свидетелей: друзей семьи, троюродного брата жены, любовницу мужа, которые зачем-то рассказывают суду подробности своей личной жизни. Некоторые свидетели приходят сами, «потому что не могут больше молчать», их появление становится неожиданностью для обоих адвокатов и судьи, но это ничего – их выслушивают, заносят их слова в протокол и т. п. Все это (о чудо!) никак не влияет на решение суда об алиментах. Но день прошел не зря: после оглашения вердикта судья высказывает свое личное мнение о ситуации, дает бывшим супругам мудрые советы и ласково журит любовницу мужа…

Остаться недовольным

Казалось бы, насмеявшись и наплакавшись, узнав, как плохо и неправильно живут люди вокруг, дневной зритель должен быть почти счастлив. Но не тут-то было! Несколько лет на «Интере», также в дневное время, в расчете на пенсионеров и домохозяек, выходила программа «Знак качества», в которой тестировались различные продукты питания. Продукты проверяли в лабораториях и т. п., находили какие-то несоответствия состава, нарушения технологий, бывало, и глистов в селедке найдут (мертвых, слава Богу), и пальмовое масло в сгущенке, но все это довольно спокойно и без истерик. Однако, кажется, именно эта передача стала прародительницей целого жанра – «Как страшно жить». Передачи о мышах в хлебе, кошачьих хвостах в колбасе, жуткой токсичности средств для мытья посуды и смерти в муках от отравления меланином, которое наступает при использовании пластиковой посуды, на некоторое время заполонили дневной эфир. Со временем это прошло, от всего великолепия остались «Иллюзия безопасности» и «Среда обитания», которые можно смотреть без ужаса и даже черпать из них какую-то минимальную информацию. Где-то на стыке жанров родилась программа «Ревизор» на «Новом канале». То есть первое время это была довольно информативная программа (насколько может быть информативной ревизия в ресторанах и гостиницах Ялты для жителя, например, Ульяновского района, который в Ялту никогда не поедет). Однако со временем передача набрала оборотов, эволюционировала, превратившись в шоу-скандал, и стала практически визитной карточкой канала. Безупречная Ольга Фреймут, которая приходит в ужас при виде пыли и не может сдержать крик, заметив пятно на матрасе, отважно инспектирует холодильники, срывает наволочки, трогает своими руками грибок в ванных и т. п. Наверное, по большому счету, мы все должны быть благодарны программе «Ревизор» за то, что хозяева гостиниц и ресторанов теперь знают, что постельное белье в номере должно быть белым, а коварные клиенты иногда клеют жвачки под столешницу. Но главное в программе –уже давно не жвачки, а скандал: Ольгу Фреймут не пускают – она врывается, ругает официанток за недостойный внешний вид, требует кофе с собой в кафе, где на вынос ничего не продают, просит администратора гостиницы принести собачку или срочно найти лекарство, ворует бутылки с вином и звонит из гостиничного номера за границу… Иногда, чтобы было смешно, Ольга Фреймут проводит свои ревизии в генделыках на рынках и вокзалах, предъявляя к ним те же требования, что и к пафосным ресторанам – ищет там, например, отдельные холодильники для свежего мяса или интересуется, почему на пирожках нет стикеров с датой изготовления, а у персонала – помещения для отдыха. Или вдруг пускается в объяснения, почему все так плохо в украинских ресторанах: «Молодым шеф-поварам у нас очень мало платят. Я узнавала: 6,5 тысяч! Разве это зарплата?» В общем, все направлено на то, чтобы продемонстрировать: зажравшаяся Ольга Фреймут живет в совершенно ином мире. И, конечно, среди оскорбленных официантов, администраторов и поваров есть немало желающих оскорбить ведущую – чтобы они могли высказаться, создана отдельная передача «Страсти по ревизору». Все это длится часами и самое примечательное, что, случайно оказавшись перед телевизором, уже невозможно оторваться от разглядывания пятен на матрасах, жира в вытяжках и последующей ругани. Быть недовольной – профессия Ольги Фреймут (на самом деле она, разъезжая по стране, вероятно, все-таки где-то живет и что-то ест), но сколько домохозяек, очарованных ее образом, зайдя в кафе перекусить, шарят руками под столешницей и ищут отпечатки пальцев на стакане с соком?

Еще одна странная особенность – из десяти эфирных каналов («Первый национальный», «Мега», «5 канал» и «М-1» мы, по понятным причинам, в расчет не брали) только на «ТЕТ» заметили, что сейчас каникулы у школьников, но и там детские программы заканчиваются в 12.00. На остальных каналах передачи для детей если и есть, то в какое-то совсем уж странное время, типа Kids Time на «Новом» – с 5.30. до 6.40.

Мы не ставили перед собой цель проанализировать весь дневной эфир – это поверхностные наблюдения человека, прожившего неделю с включенным телевизором. Конечно, днем показывают и другие программы, и даже художественные фильмы иногда. Но в целом напрашивается вывод: дневное телевидение призвано воздействовать на эмоции и ни в коем случае не тревожить разум зрителя, а наличие хоть какой-то информации в программе делает ее автоматически непригодной для дневного эфира.

Ольга Степанова, «УЦ».

Глуп тот человек, который никогда не меняет своего мнения.

Уинстон Черчилль.

У четвертого президента Украины, видимо, очень скоро появится возможность процитировать именно это высказывание выдающегося британского политика. Виктор Янукович в изгнании буквально на глазах изумленной публики превращается в борца с коррупцией, радетеля интересов простого народа и миротворца. Впрочем, удивительные метаморфозы происходят не только с ним…

Президенты Украины Леонид Кравчук, Леонид Кучма и Виктор Ющенко сформировали общую позицию относительно текущей ситуации в Украине и обнародовали документ, с которым обратились к Петру Порошенко, народу Украины и всему миру.

Это хорошая демократическая традиция, когда бывшие руководители государства сохраняют свой политический и моральный авторитет и продолжают работу на благо страны. В «Обращении трех» сплошь правильные слова — о поддержке курса Порошенко, о прекращении конфликта на востоке, о необходимости экономических и политических реформ, о досрочных выборах по открытым партийным спискам. Можно сразу и со всем согласиться и даже подписаться где-то в уголочке. А зловредные мысли типа «если вы такие умные, то почему сами это все не делали, пока войны не было?» хочется гнать куда подальше, как мелкие и неуместные.

Есть, однако, в обращении один пассаж, мимо которого пройти просто невозможно. Цитирую: «Немедленно предстоит люстрация кадрового корпуса правоохранительных и других государственных органов. В чрезвычайных событиях последних месяцев стало очевидным, что на отдельных участках непрофессионализм и коррумпированность приобрели угрожающий для будущего Украины характер. Никакого кумовства, никаких интересов друзей не должно быть в то время, когда решается судьба Украины».

Ну кто б говорил?!! Леонид Данилыч, это ж при вас стала нормой продажа-покупка должностей, в том числе и в милиции. Кировоградщине, давшей стране нескольких министров МВД, сие очень хорошо известно. Виктор Андреевич, любый друзь вы наш, а кто ж это у нас бездарных кумовьев на хлебные должности рассаживал? А «проффесионала» Виктора Федоровича с его Семьей не вы ли оба, как папа с мамой, на нашу голову родили?

И еще буквально одна фраза от патриархов: «Все, кто связан с коррупцией, должны предстать перед честным судом и получить пожизненный запрет занимать должности в государственном управлении».

Отцы-основатели, это вы о себе или о других? В стране, где еще вчера все управление держалось на коррупции, искать незамаранных в этом дерьме чиновников и правоохранителей нужно будет, по примеру Диогена, днем с фонарем. И насчет «честного суда» хотелось бы услышать от вас поподробней. А то так многое хочется припомнить…

Давать советы Президенту у нас любят все, но не все имеют на это моральное право. Другое дело помочь, подставить плечо. Вон в тех же Штатах, как только где-то в мире политическая ситуация в тупик заходит, сразу поднимаются с диванов «старики-разбойники» — Картер, Буш, Клинтон, — летят, ведут переговоры, «разруливают», одним словом. А у нас, как оказалось, кроме сильно сдавшего Кучмы, и на переговоры послать некого. А где ж наши акулы мирового бизнеса, герои спорта и звезды шоубиза, у которых еще вчера пол-России в друзьях ходило? Или борьба за мир только экс-президентов касается?

С развитием социальных сетей количество обращений, воззваний и открытых писем Президенту Украины увеличилось стократно. Если бы Порошенко их читал да все советы выслушивал, то работать ему было бы некогда. Пусть уж лучше Петр Алексеевич поищет себе советчиков среди тех, кого критиковать теперь могут лишь историки. Того же, скажем, Черчилля — у него есть рекомендации очень и очень актуальные для сегодняшней Украины. Вот эта, к примеру: «Если страна, выбирая между войной и позором, выбирает позор, она получает и войну, и позор».

Ефим Мармер, «УЦ».

Наверное, это интервью надо было записать раньше, несколько месяцев назад — чтобы представить кировоградцам нового главу области, так сказать, изнутри. Но тогда наверняка не получилось бы такого разговора: все-таки сегодня председатель ОГА уже может оценить ситуацию в регионе, откровенно, по-свойски, рассказать о себе, о своем прошлом и планах на будущее. Впрочем, и отложить это интервью «на потом» мы не рискнули — на столе у Петра Порошенко в числе прочих прошений об отставке лежит и заявление Александра Петика.

В кабинете председателя Кировоградской облгосадминистрации на стене, где у его предшественников висел портрет действующего Президента, висит портрет Тараса Шевченко. Александр Петик сказал, что, где бы он ни работал, какую бы должность в каком кабинете ни занимал — Кобзарь всегда с ним. На лацкане пиджака губернатора — мини-герб Кировоградской области.

Наша беседа была продолжительной. Губернатор извинился за развернутые ответы на наши вопросы, но мы были абсолютно не против послушать то, что мало кто из кировоградцев знает.

— Александр Владиславович, получается так, что у вас есть все шансы стать самым краткосрочным губернатором Кировоградской области. Как вы к этому относитесь? И предвидели ли это в марте?

— Безусловно предвидел. Каждый чиновник должен «держать в ранце» заявление об уходе и в любой момент ждать указ, приказ, распоряжение. Это совершенно нормально. Более того, мы же как-то пытаемся приблизиться к Европе, а там все так и есть. У нас же чиновник в случае увольнения переживает маленькую социальную смерть. Это началось в сталинские времена: если тебя снимают с должности, значит, дальше последуют камера и конец жизни. И это сидит у нас в крови: держаться за должность зубами, любым способом, со страшным унижением, в том числе с нарушением моральных барьеров — то они в одной политической силе, то в другой. Это вообще-то деморализует и приводит к тому, что у нас в среднем и высшем звене формируется не элита, а контр-элита, люди по определению без принципов. Потому что принципы — это первое, что мешает удержаться в должности.

Если вы заглянете в мою трудовую книжку, увидите там сплошную пестроту. Мне, как любому человеку, должно быть не раз стыдно даже в течение одного дня, и бывает стыдно, безусловно, но я горд тем, что в жизни всегда мог сделать правильный выбор.

— Как вообще состоялось ваше назначение? Стало ли оно для вас такой же неожиданностью, как для нас?

— Любое назначение можно сравнить со словами, сказанными Блохиным: «Гол — это маленькое чудо». Все равно что-то решается на небесах. С одной стороны, назначение было воспринято мною спокойно, без эйфории, в соответствии с возрастом — все-таки полтинник уже есть. А с другой стороны, ситуация была крайне сложной: как раз в Крыму начинался «тяни-толкай», в правительстве не могли сообразить, что происходит. Я помню этот день. Бывает, история растягивается. А бывают сгустки, когда в один день или в одну ночь происходит много событий. Так все и произошло, и я оказался здесь.

К неслучайностям, наверное, относится то, что, как помощник депутата, я сюда часто приезжал, наблюдал, контактировал. И даже присутствовал на сессии, когда избирали Черноиваненко. И неслучайно то, что у представителей политической силы, к которой я отношусь (ВО «Свобода». — Авт.), не такой большой опыт управленческой и, если хотите, бюрократической работы. Но там достаточно людей, понимающих, что нельзя ставить какого-нибудь комиссара. Если все эти факторы свести воедино, получится, как писал Гегель, «через другую случайность пробивается необходимость».

— А что вы знали о Кировоградщине до своего назначения?

— Во-первых, в 85-м году, если бы мне дали диплом, я бы оказался ассистентом кафедры философии кировоградского пединститута. Наверное, я уже тогда интересовался Кировоградщиной. Во-вторых, я очень люблю страноведение. Спросите меня о любой стране, я вам расскажу ее историю, этнографию, народности, религию и даже как там кофе готовят. Может, не про все, но про многие.

— Очень любопытно. Не уезжайте, будет о чем поговорить в будущем.

— А я не уеду. Я никуда не денусь. Для того, чтобы остаться здесь, совершенно не нужно, чтобы непременным условием было пребывание в должности главы администрации.

— Многие моменты в вашей биографии удивляют. Например, как вы, мальчик из благополучной киевской семьи, студент-философ, оказались в Сыктывкаре да еще и в нефтяной шахте?

— Нас в семье пятеро детей. Два брата и две сестры в Киеве, и никуда не ездили. А я… Получилось так, что мой отец, будучи студентом харьковского университета, несколько лет жил в одной комнате с Иваном Светличным, который считается духовным отцом украинских шестидесятников. Кроме того, он крестный отец моей старшей сестры Людмилы. Когда в 73-м году была массовая посадка шестидесятников, в том числе Ивана Алексеевича, отец сделал свой выбор. Он выбрал более лояльный путь, «кухонную» оппозицию. Он потом не раз каялся. Не хочется проводить параллели с историей, но я вспомнил роман Фейхтвангера «Иудейская война». После разрушения Храма был выбор: одни замкнулись, держались своего, другие решили пройти через триумфальную арку в Риме, склонив головы, чтобы от много отказаться, но на самом деле сохраниться. Я, прочитав роман еще в школе, задумался. Оказывается, есть такое понятие: сохранение через уничтожение.

Мы с отцом говорили на эту тему, потому что он воспитал меня таким, какой я есть. Получается, что он, выходец из благополучной семьи партийного работника, стал сознательным националистом. Но скорее в понимании Махатмы Ганди, нежели того же Светличного. Это было мирное, но в то же время жесткое сопротивление, вплоть до потери здоровья. Отец остался в системе, но уже под «недремним оком». Очередной жертвой стал мой старший брат, который в 81-м году получил официальное предостережение прокурора УССР по делу об антисоветской пропаганде и агитации.

Я тогда был на первом курсе. Мы организовали проблемную группу, которую чекисты назвали «четверги». Ну, вы, наверное, помните те времена… В общем, к 85-му году девушка, с которой я был в студенческом браке, уже успела написать письмо Олесю Берднику в зону. И уже было дело времени, я стоял в очереди на «подстригание». И в конце пятого курса я получил справку о том, что сдал все экзамены и зачеты, но был исключен за поведение, несовместимое со званием советского студента. Она датирована 26 июня, когда все мои однокурсники получили дипломы. В тот же день я был исключен из комсомола — за незрелые политические высказывания и взгляды.

Потом я поехал работать на Север, в шахту. Для того, чтобы восстановиться на учебу, мне нужна была характеристика. Я ее получил, там было написано: «Политику партии и правительства понимает правильно». Но меня все равно не пустили.

Много чего было. Были обыски, гибель друзей. Я жаловался в ЦК комсомола Украины, в ЦК КПСС и в КГБ на то, что в Украине выдумывают врагов. Может показаться, что я был борцом. Ничего подобного. Я был обычным студентом. Просто вольнодумствовал, как все нормальные студенты, и не более того. А из нас пытались сделать сексотов, как из миллионов интеллигентов, чтобы держать в узде.

— У вас три высших образования…

— Хочу обратить ваше внимание, что высшее образование — одно. Не может быть несколько высших образований. Если говорить о количестве дипломов, то их у меня пять.

— Хорошо, убедили. Какое образование вам пригодилось в жизни? Чем семью-то кормили?

— Бывали ситуации, когда меня спрашивали, кто я по специальности. Я — в состоянии ступора, потому что, действительно, поднабрался специальностей. На самом деле я все эти годы работал депутатом. Будучи депутатом Киевсовета, я относился к этой деятельности профессионально, видел в этом свое призвание. Выборы я выигрывал не на деньгах, а на хитрости разума. Это не мое выражение. Есть силы, которые борются между собой, перекрывают того избирателя, которого покупают, а я должен заинтересовать того, который не покупается.

— И все-таки о специальности. Депутат у нас считается политиком.

— Я — философ. Это мое образование. И любой нормальный человек понимает, что образование как основу получают в молодом возрасте и, если позволите, на стационаре. Я на стационаре получил образование на философском факультете и в академии государственного управления.

— А с какими самыми большими сложностями вы столкнулись при вхождении в профессию губернатора? Был какой-то дискомфорт? Или step by step?

— Это странно, что я так скажу, но я ехал и ожидал, что все будет намного жестче. А вхождение произошло намного легче и быстрее, чем я предполагал. Тут много факторов сошлось, в том числе полученный мною опыт, как к таким делам надо приступать. Изучить расстановку сил, у кого какие интересы. Я согласен с вами — step by step.

Я еще далек от абсолютного вхождения в суть дела. Но получилось, что эти дни куда более насыщенные, чем в предыдущие годы.

— Вы приехали без команды. Означает ли это, что вы вписались в уже существующую систему?

— И снова хитрость разума. Изу­чаешь величины, которые между собой соприкасаются: взаимодействуют, дружат, а иногда противостоят. Зная все это, строишь свою позицию. А кто им еще нужен, этим силам, как не тот, кто не является представителем ни одной из них? Если он не мешает. Но не совсем не мешает, как английская королева, а знает, как организовать. Все довольными никогда не будут, но вместе с тем все довольны, что вопросы решаются таким способом, а не через войну.

Бывают такие люди, которые враз разрушают все, а потом годами восстанавливается равновесие. Общество ведь всегда делится на социальные группы. Они объединяются по профессиональному признаку, этническому, интеллектуальному. А кто такой общественный деятель, или политик, или управленец? Он должен разбираться как будто бы во всем, должен быть профессиональным дилетантом. И он должен эти соприкосновения обеспечить, как дирижер в оркестре.

— Вы никого громко не уволили, не стучали кулаком по столу, не устраивали разносов на аппаратных совещаниях. Это от ощущения временности должности или свойство характера?

— Наверное, если бы я был таким, каким меня сейчас здесь видят, то шахтеры в девяностом году не меня бы избрали в стачечный комитет и не избрали бы народным депутатом Коми АССР. Вместе с тем важно знать, чем живут разные «верстви» населения, и уметь говорить с ними на языке, который они понимают.

— И все-таки вы нетипичный свободовец: ни с кем не подрались, никого не блокировали, уважительно отозвались об инициативах предшественников. Вы, наверное, не дружите с Мирошниченко.

— Он только подошел ко мне и спросил, как же я мог извиниться за то, что он толкал этого Пантелеймонова? Я ему процитировал полную версию своего извинения, и он остался удовлетворен. А она звучит приблизительно так: «Мені прикро й соромно за однопартійців. Так само як мені прикро й соромно за тих журналістів, які жодного рядка не написали про те, що тут 26 січня «тітушки» молотками побили людей, які вийшли на акцію».

— А вам до сих пор не показали нашу газету со статьей о тех событиях?

— Показали.

— Вы здесь с кем-то подружились? Или со всеми только деловые отношения?

— Со многими подружился. Настолько, что с некоторыми можно даже сходить на концерт…

— У вас в России осталось много друзей, близких людей. Как вы сегодня с ними общаетесь? О чем говорите?

— Я вам скажу, что есть у меня друг, с которым мы вместе там основывали газету. Я с ним не общался где-то год и боюсь общаться на тему последних событий. Дочь моего российского друга была «В Контакте» в друзьях с моим сыном, и неделю назад она его из друзей удалила. Я думаю, что есть эмоции не только между отдельными людьми, но и между народами. Я считаю, что тот или иной народ имеет право крепко обидеться на другой, но это форма выражения и оценки, как люди вели себя в определенный период. Не конкретный Иванов и Петров или Иваненко и Петренко, а общность, поколение. Какие они принципы исповедовали, когда рядом гибли люди, или даже участвовали в этом уничтожении.

В ночь с десятого на одиннадцатое декабря, когда была первая атака «Беркута» на Майдане, было задержано десять человек. В их числе был я со своим сыном… Но я точно знаю, что ни я, ни мой сын ни камня, ни бутылки ни в одного правоохранителя не бросили.

— В вашей жизни был период, когда вы имели отношение к средствам массовой информации. Как вы оцениваете кировоградские СМИ?

— Высший уровень. Не скажешь, что это провинциальная пресса. Я точно не знаю, но кажется, что два фактора сыграли роль. Это общий уровень местной публики, и без страноведения я тут не обойдусь. Все-таки это территория, где много переселенцев, это определенная ментальность. Баланс между теми, кто укоренен, и теми, кто сюда пришел. И они в таком динамическом взаимодействии, формирующем способ говорить, общаться, юморить в ином темпе, чем в любой другой провинции. Наверное, и до меня вам говорили, что Кировоград — городок небольшой, а люди — как из мегаполиса: по общению, по взглядам. Первая основа — это запрос самой публики на продукт, каковым является средство массовой информации.

А второй фактор — я считаю, что в сфере пиара один из моих предшественников был талантливейшим человеком. И он способствовал тому, чтобы хорошенечко все информационное пространство области вывести на высокий уровень. И я вижу, что отсюда даже всеукраинские издания с удовольствием выхватывают как информацию, так и журналистов.

— Каким вы видите свое ближайшее будущее?

— Я его все-таки связываю с Кировоградщиной. Очень она мне интересна. И я многое о ней теперь знаю. Ничего не буду скрывать, Кировоградщина является интересной с точки зрения местной политики. После того как будут произведены реформы, здесь можно реализовать достойные проекты. Если я буду этому сопричастен, это будет неплохо.

Беседовали Ефим Мармер, Елена Никитина, фото Елены Карпенко, «УЦ».

P.S. После того как был выключен диктофон, наше общение с Александром Владиславовичем продолжилось. Пользуясь случаем, мы обратились к губернатору с просьбой. Она касалась проблемы диализного зала в областной больнице. Губернатор обещал взять ситуацию под личный контроль.

И уж совсем в заключение: от своего имени и от имени читателей «УЦ» выражаем благодарность руководителю области за открытость и искренность.

На первый взгляд может показаться, что смена власти в Украине произошла малой кровью: кое-где повозмущались, на кухнях обсудили новых руководителей — и смирились. Но не все так просто. Больше других лихорадит Александровский район. Хотя лихорадит, может, практически все районы Кировоградской области, но не молчат жители именно Александровщины. Более того, сегодня они являют собой лакмусовую бумажку — как поведут себя представители новой власти в спорной ситуации, в абсолютно новой стране, с другими, уже зрелыми, людьми?

Только-только утихли страсти по поводу правок материалов в районной газете рукою новоиспеченного главы районного совета, как «героем» события, имеющего все основания стать резонансным, стал глава РГА Сергей Шпырка. Дело в том, что и индивидуальные, и коллективные письма с описанием произошедшего «семейно-властного» конфликта уже ушли по семи адресам. В их числе — генеральная прокуратура, Президент Украины и председатель ВО «Свобода» Олег Тягнибок (Сергей Шпырка — свободовец, возглавляет районную организацию партии). Экземпляром одного из писем и пачкой фотографий с места инцидента обладает и редакция «УЦ». Обо всем по порядку.

Со слов подписантов письма, 8 июня, когда все праздновали Троицу, несколько компаний друзей — жителей Александровки — отдыхали на берегу водоема села Бирки. Воскресный день, праздник. На пляже, где находилось около сорока отдыхающих, в том числе маленькие дети, вдруг появился тяжелый мотоцикл, управляемый, судя по всему, нетрезвым молодым человеком. Его вождение, скорее, было похоже на каскадерские трюки: то на подножке, то сидя в коляске и держась за руль. Окружающие сделали молодому человеку замечание — мол, дети здесь, и вроде бы все закончилось.

Спустя несколько часов тот же нетрезвый «лихач» въехал на пляж на автомобиле «Славута». Вот как описан в письме его «въезд»: «Коли заїжджав на територію пляжу, їхав на великій швидкості і не міг впоратись з керуванням, внаслідок чого автомобіль кидало з боку в бік. Водій почав газувати, його занесло в сторону від проїзду. Десятирічну дівчинку ледве встиг врятувати хлопець, який відштовхнув її в сторону від автомобіля, що її врятувало…»

Увидев произошедшее, к «водителю» подошел один из отдыхающих — Сергей Уменчук. Этот мужчина — водитель «скорой помощи». Несколько дней назад он собственными руками вытягивал из машины мертвого пятилетнего ребенка, погибшего в результате ДТП в районе села Подлесное по вине пьяного водителя. Мужчина попытался вразумить «водителя», объяснить, что по вине таких же «автолюбителей» гибнут дети. В ответ услышал угрозы, подкрепленные словами, что молодой человек — сын главы района и что о масштабах проблем, которые последуют, мужчина даже не догадывается.

Как водится в компаниях, с двух сторон подошли «группы поддержки». И если одна — с целью предупредить рукоприкладство, то другая (в лице жены и тещи сына главы РГА) — ответить на «оскорбление». Не нужны никакие слова, достаточно посмотреть на женщин, избитых невесткой Сергея Шпырки. Одна из них — Оксана Витер — после всего находилась в стационаре с сотрясением мозга, другая — Ольга Яровая — получила удары ногами женщины (!?) туда, куда бить априори нельзя. При этом люди отмечают, что разбушевавшуюся Викторию Соколову (жену Спартака Шпырки, невестку главы РГА) друзья утихомиривали, заталкивали в автомобиль, но она вырывалась из «оцепления» и ожесточенно наносила удары отдыхающим.

Когда на время страсти на пляже улеглись, отдыхающие решили вызвать милицию. Но тут подъехал председатель Александровской РГА Сергей Шпырка, видимо, вызванный сыном. Выслушав детали произошедшего, он, казалось, намеревался разрешить ситуацию. Попросил отдыхающих не вызывать наряд милиции, пообещал с сыном разобраться дома и… дал ему ключи от автомобиля, приказав ехать домой. Увидев, что в автомобиль садятся пассажиры и двое маленьких детей, народ стал возмущаться — это же опасно для жизней! Глава района попросил не вмешиваться в его отношения с сыном…

Если бы нам позволял формат газеты, мы бы предложили читателям сделать ставки: как после всего произошедшего повел себя председатель райгосадминистрации? Варианты ответов: прилюдно отстегал сына, извинился перед земляками на аппаратном совещании, опубликовал раскаяние в районной газете… Отнюдь! На нескольких отдыхающих было написано заявление в милицию о том, что они якобы избили Спартака Шпырку, его жену и тещу…

Жаль, что кодекс журналистов, а также УК не позволяет нам опубликовать «пляжные» фотографии, имеющиеся в распоряжении редакции. «Абсолютно трезвые, униженные и оскорбленные» члены семьи Шпырки предстают на снимках во всей красе, и именно в момент произошедшего инцидента.

Эта безобразная история имеет свое продолжение. Оксану Витер глава РГА требует уволить за «поведение, не подобающее государственному служащему» (это в воскресенье на пляже, когда она терпела побои), еще одной пострадавшей от «семьи» женщине-предпринимателю грозит прекращение аренды помещения и так далее. Демократия, однако.

Знаете, каким вопросом задаются участники инцидента? «Де зміни? Де нова, краща, влада?» И еще: они не жаждут крови, они не хотят возбуждения уголовных дел. Их требование — отстранение от должности главы РГА Шпырки.

Мы связались с председателем Александровской РГА Сергеем Шпыркой и попросили его прокомментировать случившееся. В начале и в конце разговора Сергей Владимирович нас предупредил: «Если вы напишете неправдивые факты — мы подадим в суд. Мы имеем на это право. Так что готовьтесь». Его версия произошедшего выглядит так: «Это был выходной день, Троица. Я находился в центре, возле администрации. И тут мне поступает звонок от сына: «Отец, срочно приезжай, тут компания нас убивает». Я прыгнул в машину с Александром Березенко и по дороге вызвал милицию. Приехали, увидели человек тридцать: мужчины с женами, несколько компаний. Люди уже были хорошо «разогретые», не меньше, чем по три бутылки выпили. Мой сын отдыхал, невестка, внучка — год и три месяца, сваха, сват и еще парень и девушка. Они рассказали, что заехали туда на автомобиле, и компании не понравилось, как он заехал. Тем более, они знали, что это мой сын».

Далее последовал рассказ о том, как некто «криминальный авторитет Захидов послал своего управляющего Бобика, тоже криминального, «зарядить» сыну главы РГА». Затем якобы последовали угрозы, сын, Спартак, извинился, пообещал переехать в другое место, если он и его семья мешают отдыхающим. В ответ на извинения получил удар в голову. В это время вышли из машины невестка, сваты и еще несколько человек. Потом подбежала компания — несколько мужчин и женщин — и стала бить всех.

«Человек двадцать били двух-трех человек ногами, тягали за волосы. Оксана Витер была пьяная, из-за стола выскочила с вилкой, подскочила в невестке, заколоть или уколоть ее хотела — не знаю. Обзывала нецензурными словами. Семь сантиметров по кругу волос вырвала у моей невестки…

Я приехал и спросил сына, кто их побил. Я думал, что какая-то компания хлопцев. Сын не пьет, невестка спортсменка, в школе бегала, призовые места в области занимала. Они сказали, что их побила вся большая компания. Они, в свою очередь, стали говорить, что он заехал пьяный и чуть не посбивал детей. Я говорю: «А где же те дети? Я их не вижу». Потом рассказали, что все происходящее на видеокамеру снимала заместитель главного редактора газеты Шевченко Галина. Если вы читали наши газеты, там были статьи относительно учителей. Их писала Галина Шевченко. И всё это одна компания, и они решили снять продолжение сериала об учительском конфликте. Она подходила к сыну, снимала его на видео и говорила: «Вы пьяные, вы чуть не сбили детей. Я журналист. Я напишу статью в газету, и мы выложим видео». Сын говорил, что не пьяный, предлагал вызвать милицию…

Последние слухи касаются того, что я вроде бы приехал и разбил видеокамеру, поэтому они не могут приобщить видео к делу. Я вообще этой камеры не видел».

Решить конфликт миром Сергей Шпырка не видит возможным. По его словам, в районе сейчас работает комиссия из облгосадминистрации, призванная разобраться в произошедшем. Разобраться есть в чем. Как минимум, одна неправда есть в рассказе главы РГА: в Бирках в тот день не было Галины Шевченко…

Елена Никитина, «УЦ».