В последнее время в Украине стало модным огульно хаять времена Советского Союза. Почему-то наиболее активно вовлечена в этот процесс молодежь, появившаяся на свет в уже независимом государстве, но горячо отметающая и клеймящая прошлое, не свое прошлое.
Люди постарше, утверждающие, что в СССР все было плохо, зачастую сознательно и подсознательно ассоциируют Советский Союз с Россией. А по сути они отрицают историю. А ведь она есть – наша общая история, которую если и можно переписать (что делалось неоднократно и продолжает происходить), то стереть из памяти не получится. Один из ярких эпизодов нашей общей истории – космодром «Байконур», службу на котором проходило много наших земляков.
В галерею «Елисаветград» пришел мужчина и спросил: «Вас могут заинтересовать фотоснимки международных экипажей с «Байконура»? У меня их много». Сотрудников галереи, безусловно, они заинтересовали, журналиста «УЦ», ставшего свидетелем разговора, тоже. Познакомились. Юрий Анатольевич Карапалов прослужил на космодроме 16 лет, приехав туда лейтенантом, покинул Казахстан подполковником, вернувшись в родной Кировоград. Работал в военкомате, занимался общественной и политической деятельностью, до сих пор остается активным и неравнодушным гражданином.
На «Байконуре» его сектор отвечал за запуск спутников, об уникальности которых он рассказал. Фотографии экипажей достались ему от сослуживца, у которого на космодроме была служебная фотолаборатория. Юрий Анатольевич познакомил нас с еще одним военнослужащим, отдававшим долг Родине на космодроме «Байконур». Юрий Муконин – потрясающий рассказчик, увлеченный человек, судьба которого интересна с самого детства.
Оказалось, что он учился в Павлыше у самого Сухомлинского. Мама Юрия Васильевича была учительницей, ее Сухомлинский уговорил в качестве эксперимента отдать сына в первый класс с шести лет. Эксперимент удался – у мальчика были пятерки по всем предметам.
После года срочной службы в ракетных войсках Юрий Муконин поступил в Военно-космическую академию имени Можайского в тогда еще Ленинграде. Каждые пять лет ездил туда на встречу выпускников. По окончании «Можайки» попал на космодром «Байконур». Юрий Васильевич говорит, что там любому военному было несложно дослужиться до генерала – были бы желание и стремление. Но службу пришлось бросить, так как город стал открытым. Когда в соседнем дворе из коляски украли двухлетнюю девочку, жена, опасаясь за своих детей, настояла на возвращении в Кировоград.
О службе Юрий Васильевич рассказывает очень тепло. Должности занимал от командира взвода до командира части. Был в специальных подразделениях, в испытательных частях – на ракете-носителе «Протон». «Служба была очень интересная. Единственный недостаток космодрома – климатические условия. Протяженность водовода – 240 километров, хотя мы были на берегу Сырдарьи. На наших глазах продолжало уничтожаться Аральское море – результат полной бездарности хозяйствования. Пустыня, жара. Зима короткая, но суровая. Детей на каникулы старались отправить в Кировоград», – рассказал Юрий Васильевич.
«Байконур» – это несколько площадок. Город Ленинск, например, где жили Муконины, был «десяткой». Каждый объект имел свой номер. Кладбище – традиционно «тринадцать». Площадка номер один – гагаринский старт. Как забили строители там колышек 2 июня 1955 года, так и начался отсчет. Номер два – жилой и служебный городок возле этой площадки. «Протон» запускался с 81-й и 200-й. «Буран» – со 113-й. Нумерация была условной, по мере строительства площадок, но она прижилась и всеми использовалась.
Производили ракеты во всем Советском Союзе: Москва и Подмосковье, Воронеж и Куйбышев, Красноярск (все спутники связи) и Днепропетровск. «Протон» производился на заводе имени Хруничева в Москве. Юрий Васильевич там бывал. Говорит, что это огромнейшая территория, по которой ходили автобусы с проводниками, называющими остановки. Там делали станции «Салют», первую и вторую ступени ракеты-носителя «Протон». Третью – в Воронеже.
«Я руководил площадкой, с которой запускался «Протон». На меня работало 82 предприятия Советского Союза, – вспоминает Юрий Муконин. – В вагонах доставляли нам комплектующие, которые собирались в МИКах (монтажно-испытательных корпусах), испытывались, грузились на специальный установщик и – тепловозом доставлялись на старт. Представитель каждого завода приезжал на пуск, контролировал. На старте была заправка, если космонавты летят, садятся – и пуск».
Оказывается, кнопку старта нажимал какой-нибудь молодой старший лейтенант, потом уже программа подключалась. А лейтенант смотрит на табло и ведет репортаж: «Десять секунд – полет нормальный…».
«Моя часть запускала ракеты, отвечала за то, чтобы заправить и запустить. – рассказал Юрий Васильевич. – Спутник выносится за шестьсот секунд. И когда мы слышали «Шестьсот секунд – полет нормальный», облегченно выдыхали, начальник тыла уже барашка на вертеле жарил, и мы праздновали победу». Хотя были и аварийные пуски. «Наша ракета – умничка, она взрывалась, как правило, в поле», – заметил Муконин.
Юрий Васильевич сохранил дружеские отношения со своими сослуживцами. Еще на «Байконуре» играл в регби и продолжает играть за команду ветеранов. Ребята (уже седовласые) приезжают к нам в Карпаты – друзья по академии и космодрому традиционно в мае сплавляются по Черемошу, а летом ходят на байдарках по Днестру.
На космодроме семьи жили очень дружно, особенно если вы земляки, – это была одна большая семья. Мужья на службе, жены друг другу помогали готовить и смотреть за детьми. Поддержка была искренняя – родные ведь далеко.
Юрий Муконин был свидетелем запуска многих международных экипажей. Лично участвовал в запуске международного экипажа космического корабля «Сююз-36» в составе Валерия Кубасова и первого венгерского космонавта Берталана Фаркаша.
После приезда на «Байконур» Горбачева в 1987 году космодром начали рассекречивать. Город стал проходным двором, на объекты приезжали иностранцы, фотографировали все, что хотели. Кстати, летняя военная форма – сорочки с коротким рукавом – появилась в ходу тоже после приезда Горбачева. Он высказался, что там очень жарко, одна из стоящих рядом местных женщин сказала, что особенно жарко военнослужащим в форме. Горбачев упрекнул министра и поручил что-то придумать. Сначала разрешили закатывать рукава сорочек, потом – самостоятельно обрезать, со временем стали выпускать с коротким рукавом.
Сегодня Юрий Муконин – преподаватель экологии, гражданской обороны, безопасности труда Учебно-методического центра гражданской обороны и безопасности жизнедеятельности Кировоградской области. О нынешней должности говорит философски: «Я сверлил небо ракетами – портил озоновый слой, загрязнял экологию отравляющими компонентами, теперь искупаю вину перед человечеством и окружающей средой в МЧС».
Елена Никитина, «УЦ».

















