Украина Центр

В этой стране живут самые пушистые коты, а на фабриках вручную ткутся самые дорогие в мире ковры. На ночь молодые мамы рассказывают детям старые-старые сказки прекрасной Шехерезады, а папы в это время возвращаются домой на «Мерседесах» и «Ламборджини». Исторические сооружения, оставшиеся от одной из древнейших цивилизаций, чередуются с небоскребами из стекла и металла, а русых не меньше, чем жгучих брюнетов. Итак, уважаемые читатели, добро пожаловать в Иран, центр некогда могучей Персидской империи, закрытую страну, о которой ходит много слухов и куда нас приглашают студенты Государственной летной академии Украины.

Али Реза Рахани, Реза Таг и Афкари Ахмед-реза вместе поступили в Национальный авиационный университет на инженерную специальность. Подучили русский язык, стали осваивать предметы. Но так сложились обстоятельства, что ребята вынуждены были перевестись в Государственную летную академию Украины. Приезжали в Кировоград вроде бы ненадолго, да так здесь и остались. После окончания вуза хотят вернуться домой, по-другому и быть не может. Патриотизм наших иранских собеседников чувствуется в каждом их слове.

О любви к своей родине говорит и Ашкан Момензаде — будущий пилот. Парень из весьма обеспеченной семьи. Отец Ашкана — моряк дальнего плавания, сейчас занимается бизнесом. В кировоградскую летную академию Ашкан попал не сразу: изначально хотел получить высшее образование в США, но на то время молодому человеку было 17 лет, а в курсанты зачисляли только с 18-ти. Там же, в Штатах, ему посоветовали выбрать другую страну — и Ашкан остановился на Украине. Вначале тоже поступил в НАУ, затем за компанию с друзьями перевелся в ГЛАУ. Обратно в Киев не хочет, говорит, здесь качество обучения лучше и жизнь комфортнее. Авиация, по его словам, в Иране очень развита — почти в каждом городе есть аэропорты, из них более десятка международных. Будущего пилота гарантированно ждут хорошая зарплата и престижная работа.

— В Иране после школы я должен был идти в армию на 2 года и все это время не имел бы права покидать страну. Вы не думайте, я обязательно пойду служить, но уже после вуза. Тогда я буду иметь офицерское звание. Армия у нас контрактная, мы все хотим служить стране, я горжусь тем, что принесу Ирану пользу.

— А воевать за Иран отправился бы без колебаний?

— Конечно. Но на Иран никто не нападет. Мы сейчас с Россией в очень хороших отношениях. Есть конфликт с Америкой, но пресса его дополнительно раздувает. Мы США не боимся. Иран — мирное государство, но… пусть они нас боятся.

— Ребята, если бы вы были гидами, что в первую очередь показали бы иностранным туристам?

Афкари: — Я родом из Мешхеда (Мешхед — священный город шиитов. В нём расположен мавзолей Имама Резы, особо почитаемого в Иране. Ежегодно Мешхед посещают около 20 миллионов паломников и туристов. — Авт.). Истории и культуре нашего города 5 тысяч лет, он один из самых древних. У нас очень красивые здания, памятники архитектуры, мечети… Очень большие парковые зоны, в некоторых сохранились элементы дикой природы, там живут в естественных условиях животные, можно ехать на автомобиле и наблюдать за ними.

Есть и play-land — парки с разнообразными аттракционами. Это не то, что в Кировограде, вообще не сравнивнишь! Чертово колесо в нашем городе — самое большое в Азии, если ты в верхней точке, то весь город и окрестности видишь. Есть поезда ужаса, очень страшные, вы такого не увидите нигде!

Город разноцветный, это смесь модерна и хай-тека. Также и в одежде: есть европейская одежда, есть восточная.

Ашкан: — Я родился в Тегеране, но сейчас живу в Ширазе. Там есть исторический комплекс, которому 7 тысяч лет! Недалеко от Шираза находятся развалины древней столицы первой Персидской империи Ахеменидов — Персеполя, о нем все слышали, вот этот памятник архитектуры надо обязательно увидеть. У нас тоже есть огромный парк. Понимаете, земля во всех парках государственная, поэтому их так много. Государство все делает, чтобы было красиво.

— Перед поездкой в Украину вы что-нибудь знали о ней?

— Ничего. Просто знали, что здесь сильные авиационные вузы, что это часть бывшего Советского Союза, есть русский и украинский языки. И все. Когда мы были в посольстве, нам менеджер рассказывал, что в Украине немного есть расизм, не любят людей с черными волосами. Нам сказали, что если мы идем куда-то, то надо держаться большой компанией и не гулять ночью. Безопаснее брать такси.

— И что, пугали вас не зря?

Ашкан: — Да-да. Со мной, правда, ничего не случалось, но я видел, что моих друзей обижали. Это в Киеве было. 30-40 человек местных подошли к нему (показывает на товарища. — Авт.) прямо возле университета. Он шел из магазина с продуктами, а они его встретили и побили очень сильно. Об этом даже в газетах писали. Мы потом в милицию обратились, и этих людей нашли. Мы на опознании были, но сами их не наказывали… Пусть милиция разбирается. Но в Кировограде такого нет вообще. Кировоград намного-намного лучше Киева, спокойнее…

— В Иране есть светловолосые люди или все, как вы, — брюнеты?

— Конечно, есть. Они не красятся, это натуральный цвет. У нас самый распространенный цвет волос — темно-русый, такая генетика.

— Все-таки кто пользуется бОльшей популярностью — блондинки или брюнетки?

— Темноволосые девушки.

— Обязательно, чтобы будущая жена была мусульманкой? Или отношения с иностранками для иранцев не проблема?

Афкари: — Это нормально, абсолютно. Скажу о себе: мои родители обрадуются, если я привезу украинскую жену. Смотрите, мы не как арабы. Мы тоже мусульмане, но мы не сунниты, мы — шииты. И по-другому воспитаны, чем они. У них можно 10 жен иметь, а мы говорим: «Бог один, жена — одна». Если я заведу двух жен и об этом станет известно, я окажусь в тюрьме. Неофициальная жена может быть, но это во всем мире так.

Ашкан: — Религию человек сам должен выбирать. Мы не можем сказать: «Ты должна быть мусульманкой». Мы об этом даже не спрашиваем — религия должна быть в сердце. Мы нормально ко всем относимся и ни в коем случае не считаем христиан «грязными»! Главное, чтобы сам человек был хорошим.

— Вы уже 3 года живете в Украине. Замечали разницу в менталитете?

— Конечно. Например, если в Иране 2 человека на улице дерутся, то люди сразу же подойдут, вмешаются, разнимут. И в милицию никто не попадет, все закончится спокойно. Потому что, если человек за драку окажется в милиции, у него будут очень-очень серьезные проблемы. А тут я вижу, если кто-то ударит кого-то, то никто не поможет, вообще! Я вот сам хотел подойти, когда видел драку на улице, но те украинцы, что с нами были, говорят — нет. «Так они же убьют друг друга!» — «Ничего страшного…»

— Неужели драка — в Иране одно из самых тяжких преступлений?

— На первом месте убийство, как во всем мире. Затем драка и наркотики.

— А как у вас относятся к алкоголю?

— Если ты сидишь дома, хочешь выпить и при этом никого не трогаешь — пожалуйста. Пьют виски, пиво, водку. А по улицам с бутылкой нельзя ходить, что вы! Милиция сразу заберет. И курить можно, почему нет? Главное, не наркотики. И не за рулем, и не среди людей. Для этого выделены отдельные места.

— Вас не шокирует фривольное поведение нашей молодежи?

— То, что они сидят в пивных палатках? Это их дело, но у нас не так. Просто все собираются в частных садах (виллы за городом. — Авт.). В Иране у 70-80% людей есть свой фруктовый сад, помимо квартиры в городе, в конце каждой недели мы туда ездим. Компании собираются по очереди — то в одном саду, то в другом. Он стоит минимум 70 тысяч долларов.

— А какая у вас в стране средняя зарплата?

— 3-6 тысяч долларов. У нас 40% богатых людей. Все работают. Государство планирует рабочие места. В любом случае, если работать, то сад сможешь купить. Когда жарко, там особенно хорошо: бассейн, конюшня, два гектара земли. У нас все растет: апельсины, яблоки, пальмы, виноград, гранаты, фисташки, вишни, арбузы. Иран — географически четырехсезонная страна, четко видно, когда зима, когда весна, лето, осень. У нас все сезоны наступают вовремя. Зимой снег обязательно, дети на санках катаются, снежных людей лепят. В Украине весны в принципе нет, а у нас она наступает постепенно…

— Куда иранцы ездят отдыхать?

— На север страны, там отличная погода осенью и летом. Там курортные, туристические центры.

— Расскажите, что позволено иранским женщинам?

— Они могут и пить, и курить. На них нормально смотрят, это их дело. В Иране женщины и мужчины одинаковые, разницы нет. У них такие же права. Женщины одеваются, как им нравится. Хиджаб надевают, но если сами этого хотят. Хиджабы же у нас не такие, как в арабских странах: и лицо женщины показывают, и волосы, и руки, и ноги. На улице, если девушка идет с закрытым лицом, люди будут смотреть на нее с удивлением. Если жарко, можно ходить не в шортах, конечно, но в коротких джинсах. Маечку можно надевать, чтоб на сантиметров десять она была выше брюк — в таком случае хиджаб или паранджа будут очень легкими, с открытой шеей. Я видел, что и в Украине так одеваются, и в Америке…

— То есть на пляже девушки могут ходить в купальниках?

— Могут. Но у нас раздельные пляжи: мужской и женский. Бассейны тоже разные.

— А какую музыку вы слушаете обычно на дискотеках?

— У нас дискоклубы не так популярны, как в Украине. Есть рестораны, кафе, где играет живая музыка. Дискотеки есть, но люди туда не ходят. Больше любят специальные комплексы для молодежи, там картинг, мини-железные дороги, игромир… Из музыки очень популярен Араш, мы его слушаем. Другие иранские исполнители тоже нравятся. Но у нас можно купить любые диски, даже «Тату», Ани Лорак, Меладзе, Бритни Спирс, Майкла Джексона, Селин Дион… У нас есть бесплатное кабельное телевидение, музыкальные каналы с европейскими, американскими клипами. Прошлое «Евровидение» мы смотрели здесь, в Украине. Араш там был, он же сам иранец, но Азербайджану делал музыку, третье место получил, он очень популярен у нас.

— Молодые люди у вас после школы идут учиться в вузы или сразу хотят устроиться на работу?

— У нас все понимают, что надо сначала учиться, а потом зарабатывать. Учеба важнее, чем деньги.

— А если у тебя богатые родители?

— Я выбрал путь: учусь, потом сам зарабатываю. Никогда не буду смотреть на деньги своего отца, хоть он мог бы меня обеспечить. Но я хочу работать. Я понимаю, что все, что у папы есть, не дай Бог, когда он умрет, перейдет ко мне.

— А женщины у вас работают?

— Мы своим женам скажем: «Делай так, как тебе удобно». Если жена, например, будет магистром по какой-то специальности, она училась, потратила время, то как я скажу: «Сиди дома»?

— Процитируйте ваше любимое четверостишие Омара Хайама.

— Сложно… Надо подумать, мы просто 3 года не жили дома, уже все забыли. Но у нас есть более известные поэты, Маулана, например. Мы в школе много учили — и стихи, и биографии. У нас был отдельный курс иранской литературы, и отдельный — мировой. Мы знаем Шевченко — это украинский поет, Пушкин — русский.

— На ночь вам мамы сказки Шахерезады рассказывали?

— Да-да, когда маленькими были. Это старые сказки, но есть и новые, тоже интересные.

— В Персии много персидских котов?

— Персидские коты во всем мире есть. У нас они живут дома, большие, пушистые такие. Непушистые только на улице, но они просто голодные. В Иране все коты — персидские, они же красивее, чем другие.

— Персидские ковры — тоже не миф?

— У нас у всех дома есть ковры ручной работы. У кого-то есть и машинные, но это ненормально. На полу лежат такие ковры, по которым чем больше человек ходит, тем они становятся лучше. Чем ковер старее, тем он дороже. Это специальная технология. В городе Керман есть специальные фабрики, где люди вручную ткут эти ковры. На один ковер уходит от 1 до 5 месяцев. Можно делать и год, если ковер на 100 квадратных метров. Можно делать и дома, но это уже как хобби, когда нечем больше заняться…

— Ковры лежат в каждой комнате?

— На полу — да. На стенах вешать ковры — неправильно. Только если это — ковер — как небольшая красивая картина. Классический персидский дизайн предполагает ковер. Цвет мебели должен совпадать с ковром по цвету. Понимаете, у нас мебель покупают не так, как в Украине: у нас все совпадает, это один большой гарнитур. И комнат у нас больше, чем у вас. Я здесь видел квартиры размером 60 метров квадратных … Это что такое? Стандартная квартира в Иране — минимум 180 квадратов, 3-4 комнаты, спальни имеется в виду. А есть еще большая гостиная и комната, где собирается вся семья. Мы любим гостей, мы очень общительные.

— Иранские семьи — многодетные?

— Максимум трое детей. У меня, например, только одна сестра.

— А какие у вас свадебные традиции?

— Познакомиться можно где угодно — хоть в гостях, хоть на улице. Потом говорим: «Мама, эта девушка мне нравится». Если хотим жениться, то родители парня идут к родителям невесты знакомиться и просить ее руки. У нас на свадьбу приглашают тысячу человек. Гуляют двое суток, там собираются все-все знакомые. Платит обычно жених. Для этого есть специальные места «талары» — как огромные рестораны. Если летом, то все собираются на барбекю, но в приличной одежде. Самый нормальный подарок, который папа делает ребенку, — это машина или квартира. Машины есть у всех, кто старше 18 лет. А как без машины? Папу надо попросить — и все. В Иране разные автомобили: «Феррари», «Ламборджини», «Мерседесы»… У нас даже тут, в Украине, есть машины.

— Молодожены живут в родительском доме?

— Нет-нет, что вы?! (смеются в один голос. — Авт.) Свой дом у семьи должен быть, а не как в Украине — на 30-ти квадратных метрах все в куче.

— В Иране можно разводиться?

— По суду можно. Если вместе жить не получается, проблемы постоянные, то зачем? Люди должны написать заявление, если оба согласны на развод, 4 месяца подождать, и все: можно искать другого мужа или жену.

— Ребята, после окончания ГЛАУ, если бы вам предложили работу в Европе, вы бы согласились? Это же престижно…

— Нет, ни в коем случае. Надо вернуться домой. Каждый человек должен гордиться своей страной, любить ее. Мы просто считаем, что в Иране лучше всего. Это для европейцев должно быть престижно приехать к нам, а не наоборот…

Наш сегодняшний собеседник — из разряда людей, которые сделали себя сами. Для того, чтобы понять, насколько это необычный человек, достаточно бегло познакомиться с фактами его биографии. С Явором Дянковым можно беседовать на самые разнообразные темы, но мы решили ограничиться любимым делом всей жизни настоящего мастера — джиу-джитсу. Тем более что в Кировоград он приехал провести очередной семинар для поклонников этого уникального вида восточных единоборств по приглашению своего ученика и близкого друга, генерального директора ОАО «Червона зирка» Сергея Калапы.

Из досье «УЦ».

Явор Дянков. Родился 17 января 1961 года в Софии. Закончил духовную семинарию по специальности «теология», а позже — экономический факультет Софийского института им. К.Маркса. В настоящее время президент международной компании «Олимп Трейдинг», которая включает 17 фирм, работающих по импортной, экспортной, бартерной торговле и инвестициям в местные и зарубежные проекты.

Будучи школьником, Явор Дянков занимался дзюдо в клубе «Левски Спартак». Его тренером был Цветан Хаджийский. Затем начинает заниматься джиу-джитсу под руководством известного венгерского специалиста Иштвана Келемена (7 дан). Первый дан Явор получил в 1991 году, а в этом году заканчивает обучение во всемирно известной японской школе «Будокан» и будет аттестоваться комиссией Мировой федерации джиу-джитсу (WJJF) на 5 дан. Подобного признания из европейцев добились только основоположник карате в Европе француз Анри Пле (9 дан) и Явор Дянков.

Сэнсэй Явор Дянков активно занимался распространением айкидо, кендо, карате, стилей вадо-рю и годзю-рю, шотокан-рю в Болгарии по линии международной программы с Японией. До сих пор Явор участвует в самых авторитетных и престижных международных семинарах по джиу-джитсу и консультирует спецслужбы многих мировых держав.

На данный момент Явор Дянков — председатель «Болгарской шотокан карате-до федерации», которая с 1990 года является членом и официальным представителем в Болгарии «Японской карате ассоциации», а также председатель «Болгарской федерации джиу-джитсу». В этих двух организациях насчитывается более 2000 практикующих членов. В 2000 году на Европейском конгрессе «Японской карате ассоциации», который состоялся в Англии, Явор Дянков был единодушно избран представителем ассоциации на Балканском полуострове, куратором и шеф-инструктором. Регулярно проводит семинары для поклонников джиу-джитсу в Украине, России, странах Балтии на Балканах.

Автор и переводчик множества книг и учебных пособий по карате и джиу-джитсу. Свое свободное время сэнсэй Явор Дянков проводит за хорошей книгой, фильмом и музыкой. Его любимой книгой является «Хагакурэ. Записки самурая», которая у нас известна как «Кодекс Бусидо. Хагакурэ. Сокрытое в листве».

— Явор, чем отличается джиу-джитсу от других боевых искусств?

— Джиу-джитсу, или дзюдзюцу (яп. «искусство мягкости») — это общее название, применяемое для всех японских боевых искусств, включающих в себя техники работы с оружием и без него. Так как нанесение ударов противнику в доспехах было неэффективным, то наиболее действенные методы нейтрализации врага приняли форму заломов и бросков. Подобные техники были разработаны на основе принципов использования энергии атакующего против него самого, что предпочтительнее прямого противостояния.

Джиу-джитсу относят к наиболее древним видам японской борьбы. Основной принцип джиу-джитсу: «Не идти на прямое противостояние, чтобы победить». Принцип этот связан с преданием о враче Сиробэй Акаяма, который однажды заметил, что ветки больших деревьев в бурю (по другим источникам под тяжестью снега) сломались, а ветки ивы, поддавшись силе, затем поднялись и уцелели. Вдохновленный этим наблюдением, врач позже основал первую школу джиу-джитсу, дав ей имя Есин-рю (школа ивы).

Искусство джиу-джитсу редко практиковалось в низших слоях населения, не имеющих права ношения оружия, так как техника его достаточно сложна в изучении и существовала только внутри школ. Джиу-джитсу широко практиковалось в армии, его изучали самураи.

Техника джиу-джитсу комбинирует броски, заломы, удушения, болевые приемы, удары, воздействие на болевые точки. Если ранее главной целью древних стилей было несомненно эффективное убийство врага, то основным направлением современного джиу-джитсу стала самозащита.

В настоящее время джиу-джитсу изучается в той форме, в какой оно изучалось сотни лет назад, а также в измененной форме в спортивной практике. Джиу-джитсу — это самооборона для всех желающих вне зависимости от возраста и пола. Мы пытаемся научить людей универсальной системе самообороны, где главное качество — это мужество, когда можно найти выход из любой, даже, казалось бы, безвыходной ситуации.

— Не боитесь, что ваше искусство может быть направлено во зло?

— Как показала практика — плохие люди у нас долго не задерживаются. За долгие годы мы научились неплохо разбираться в людях и отличать черное от белого. Смело могу утверждать, что людей, хоть раз преступивших закон, среди моих учеников нет. Я на начальном этапе оцениваю воспитанников и, в зависимости от их человеческих качеств, закладываю соответствующий фундамент. Здесь все упирается в психологию и парапсихологию, а чутье меня еще пока не подводило.

— Как часто вы проводите семинары в Кировограде и сколько учеников у вас в нашем городе?

— У меня есть еще несколько учеников в других регионах вашей страны. Но благодаря Сергею Калапе большинство украинских почитателей джиу-джитсу сосредоточено именно в вашем городе, где возможность совершенствовать свои знания имеют порядка 30 человек. Причем все это уважаемые и авторитетные люди без черных пятен в биографии, которые стремятся самосовершенствоваться. В вашем замечательном и красивом городе, где так много очаровательных женщин, мы встречаемся каждый год с целью получить новую порцию знаний и отшлифовать наработанное за прошедший период времени. Более того, мы становимся близкими друзьями, и эта дружба с годами только крепчает. К примеру, с Сергеем Калапой мы познакомились, когда он учился в 8-м классе средней школы, и спустя более чем 20 лет сохранили самые теплые отношения, которые скреплены любовью к нашему боевому искусству.

— А какой путь пришлось пройти вам для того, чтобы достигнуть столь высокого уровня?

— Это была дорога по преодолению комплексов. В детстве я был слабеньким, и меня частенько били более сильные ребята. Я пробовал сопротивляться, но получал еще больше. Тогда попросил отца записать меня в какую-то секцию. Бокс мне не понравился, а вот дзюдо оказалось более привлекательным. Добившись определенных успехов, увидел фильмы с участием Брюса Ли и «заболел» восточными единоборствами. Не последнюю роль сыграло и то, что хотелось своей физической формой обращать на себя внимание девушек. Это привело меня в зал атлетической подготовки, где стал накачивать мышцы, работая с «железом». Но, когда увлекся джиу-джитсу, все поверхностное отошло на второй план, поскольку приходилось осваивать целый комплекс знаний по истории, философии, медицине, психологии и т.д. Спортивная карьера коротка, а здесь нет предела. У меня есть ученик, который начал заниматься в 55 лет, а сейчас ему уже 75, и он не собирается останавливаться на достигнутом. Для того чтобы научиться только азам, понадобилось более 10 лет обучения в Японии, а сейчас, после 30 лет занятий, я провожу минимум 2-3 месяца в Стране Восходящего Солнца и продолжаю учиться. Хорошие учителя есть не только в Японии или Китае, но восточная философия меня прельщает больше всего, поскольку там все же выше моральные ценности.

— О японских мастерах и школах ходят легенды. Там действительно нужно пройти сквозь огонь, воду, унижение, как написано в некоторых книгах, для того, чтобы стать настоящим профессионалом?

— Это все не более чем выдумки. Мифы и сказки создаются для того, чтобы получить необходимую рекламу, а потом делать на этом неплохой бизнес. Смотрите, мы с вами выросли на социалистической идеологии, которая считалась единственно верной, но оказалась ошибочной. Но говорить об этом в свое время никто не решался, а для того, чтобы люди верили в правильность избранного курса, и создавались мифы — о всеобщем равенстве, братстве и тому подобном. Так же и здесь. Для того, чтобы привлечь как можно больше желающих, придумываются небылицы. Можно попасть в спортивные клубы и пройти обучение за соответствующую плату у инструктора отдельного направления, например, карате. Но серьезные мастера этим не занимаются. Они отбирают достойных и передают им свои знания без излишнего шума и самолюбования. Да и без солидной рекомендации ты в категорию избранных никогда не попадешь.

Настоящие японские мастера относятся к ученикам, словно к собственным детям, и стремятся научить вас всему самому лучшему. Причем обучение идет поэтапно, через терпение, шаг за шагом. Вначале это можно сравнить со средней школой, потом со специальным колледжем, университетом, затем — аспирантура, докторантура и академический высший уровень. Как вы понимаете, спорт подобного совершенствования и прогресса предложить не может. У нас же нет предела совершенству, и это искусство всей жизни, в котором нет места лжи, предательству и бахвальству. Даже в Японии искусством джиу-джитсу владеют единицы, поскольку в большинстве своем преобладает спортивное направление, где стараются учить быстро. Ведь в спорте во главу всего ставится результат, а в нашем искусстве подход несколько иной, где немаловажную роль играют моральные и личностные аспекты.

Когда я впервые приехал в Кировоград более 20 лет назад по приглашению вашего известного тренера Владимира Савченко, который тогда лишь начинал свою работу по развитию традиционного карате, я познакомил с таким комплексом приемов, которые здесь никто не знал. Но нужно постоянно двигаться вперед, чем мы и стараемся заниматься на семинарах. Таким образом, продолжая учиться сам, я знакомлю с новыми знаниями своих воспитанников. Ведь наше поле еще далеко не перепахано, и конца ему не видно…

В память народную он вошел многим. Леонид Ильич Брежнев в четвертый раз стал Героем Советского Союза, к своему юбилею — 75-летию. Брежнев к тому же стал еще и самым издаваемым в СССР писателем, каждая книга из его трилогии (“Малая земля”, “Возрождение”, “Целина”) была к этому времени издана тиражом в 15 миллионов экземпляров. Благодаря миллионным тиражам гонорар Брежнева составил 179 тысяч 241 рубль. В этом году, накануне 50-летия пребывания Леонида Ильича в партии, только для него одного был выпущен отлитый из золота значок “50 лет пребывания в КПСС” (для других ветеранов КПСС этот знак изготавливался из серебра с золочением. Еще это был год покушений. 13 мая правление Папы Иоанна Павла II чуть было не оборвалось на римской площади Св. Петра. Покушение совершил член турецкой ультраправой группировки “Серые волки” Мехмет Али Агджа. В Италию он попал после побега из турецкой тюрьмы, где отбывал срок за убийство и ограбление банков. Агджа ранил Иоанна Павла II в живот и руку. Совершено покушение и на президента США Рональда Рейгана. Последняя пуля из выпущенных киллером семи отрикошетила от корпуса лимузина, вошла в грудь Рейгана, зацепила ребро и застряла в лёгком. Жену Мао Цзэдуна в Китае приговорили к смертной казни (после сменили на пожизненное заключение). Впервые в Лос-Анджелесе зарегистрирована болезнь, позже названная СПИДом, вначале диагностированная как “редкая форма пневмонии”. Открыт Ленинградский рок-клуб, неслыханное дело — волосатым парням, играющим жуткую музыку и поющим явную антисоветчину, разрешили выступать официально. В СССР введен переход на летнее время.

А чем жили в тот год Кировоград и Кировоградщина?

Вероятно этот год в нашем крае стал олицетворением того самого пресловутого “застоя”. Грандиозных, ярких событий не произошло, текла мирным руслом спокойная, налаженная жизнь. Да, был дефицит многих товаров, что-то подорожало, но на общем фоне все было так сонно, умеренно сыто, все были довольны. С 15 сентября 1981-го водка “Коленвал” (стоила 3,62 руб., культовое число!) и “Экстра” (4,12) вдруг стали стоить 5,20. Народ огорчился, но не надолго. 93-й бензин с 20 копеек за литр поднялся аж до 40 копеек — ну да ничего, стали больше сливать с государственного транспорта, кстати, до этого таким массовым явлением это не было. Болгарские сигареты подорожали с 35 копеек за пачку до 50, а некоторые наши — аж до 70 копеек. Но народ все равно не грустил, напевая песни “эмигрантов” — Токарева, Новикова и прочих и только начинавших входить в моду после показа в передаче “Мелодии и ритмы зарубежной эстрады” фестиваля в Сан-Ремо “итальянцев”.

Средняя зарплата в области составила на 1 января 1981 года 149 рублей 80 копеек.

1981 год для Кировоградщины можно назвать годом… карьеров. Пошли массовые поставки нашего красного гранита за рубеж. “Кировоградгранит”, Новоукраинский, Аджамский, Субботцевский, Гайворонский карьеры стали известны не только в стране, хотя и поставляли облицовочный материал в основном в Москву, и, по легендам, там сотни знаковых зданий облицованы нашим гранитом — начиная от Кремлевского Дворца съездов до Библиотеки имени Ленина. Ну и Крещатик в Киеве. Но круче всех поднялся, помнится, Капустянский карьер в Новоукраинском районе, одним из первых начавший поставки нашего гранита в Италию, Великобританию, ФРГ. Общий объем выпуска и поставок наших так называемых нерудных стройматериалов превысил 5 миллионов кубометров в год!

В этом году наш кировоградский завод “Зеркальщик” стал главным (сегодня говорят эксклюзивным) поставщиком зеркал заднего вида для по сути всех грузовых автомобилей, выпускаемых в СССР, — КРАЗ, КАМАЗ, БЕЛАЗ, КАЗ.

В центре Кировограда был возведен первый 14-этажный дом в наших краях, его официально называли экспериментальным.

В Кировограде заработал новый кинотеатр “Ятрань”. Был открыт музей Генриха Нейгауза. В областную филармонию пришла новая солистка Раиса Валькевич, быстро завоевавшая популярность и признание зрителя.

Конец семидесятых — начало восьмидесятых можно считать пиком славы студенческого театра “Резонанс” Валерия Дейнекина (на фото) при педагогическом институте. По праву он носил название Народный студенческий театр и был совсем даже не любительского уровня. Спектакли давались еженедельно, что для любительских коллективов было редкостью. На самые популярные спектакли, в первую очередь на “Хрустальный башмачок” и “За двумя зайцами” часто невозможно было достать билеты. А сколько известных людей прошло школу “Резонанса”! Но назовем лишь тех, кто стал профессионалом, пройдя дейнекинскую школу. Это Артем Цыпин, ныне заслуженный артист России, актер Театра сатиры на Васильевском острове в Санкт-Петербурге, Дмитрий Цурский, актер Театра на Малой Бронной в Москве, актер Театра русской драмы им. Леси Украинки в Киеве Виктор Алдошин.

Начался капитальный ремонт главного храма области — Спасо-Преображенского собора. В отношении религии начались послабления, и власть милостивейше разрешила привести в порядок Божий храм, порядком обветшавший (ранее это просто запрещали делать).

Умер Василий Мациевич, уроженец села Песчаный Брод Александрийского района, возможно, самый известный наш летчик.

23 сентября случилась очередная катастрофа с самолетом Як-18Т, который возвращался после выполнения учебных полетов по программе на аэродроме Ротмистровка на базовый аэродром Малая Виска. Як-18Т, на борту которого, кроме пилота-инструктора, находились два курсанта и авиационный техник, потерпел катастрофу в поселке Новомиргород по пути на Малую Виску. Детальное изучение причин катастрофы показало, что аварийная ситуация возникла на высоте 300 м в районе поймы реки Большая Высь, и в течение 55 секунд, когда пилот-инструктор боролся за самолет и жизнь экипажа, ситуация переросла в катастрофическую. Все погибли…

В 1981 году в Кировограде проходил Всеукраинский съезд рентгенологов и радиологов. А Иван Арделян стал главным врачом Кировоградской областной больницы, сменив на этом посту легендарного Михаила Мягкого.

По-видимому, именно в 1981 г. в последний раз в Бережинке широко отмечался юбилей со дня рождения героя революции, командира Таращанского полка Василия Боженко. Он родился и почти 20 лет прожил в Бережинке. В центре села на месте, где находился дом Боженко, еще в 1967-м установлен памятник и еще один — на автодороге Кировоград-Кривой Рог, а как знак народной памяти в живописном месте в пойме Писаревки обустроили Васильеву криницу. В советское время В. Боженко стал героем художественных, литературных и кинематографических произведений, а в память о его столярно-плотницкой трудовой деятельности в начале XX в. киевской мебельной фабрике присвоили его имя. Сейчас как-то не слышно, чтобы о Боженко вспоминали…

Начало восьмидесятых было самым благоприятным временем для кировоградского села. Капиталовложения в отрасль росли невиданными темпами. В 1981 году хозяйства Кировоградской области получили 2350 тракторов, ровно столько же автомобилей, 1000 комбайнов разных марок, ну а о более мелкой технике и говорить нечего. Энерговооружение сельского хозяйства (был и такой термин тогда) составило 32 лошадиных силы на одного работающего.

С 1981 года у нас начали создавать так называемые районные агропромышленные объединения. Пытались собрать воедино колхозы, совхозы, перерабатывающие предприятия. Но ожидаемого эффекта от таких агропромышленных комплексов не получили, только возросло количество управленцев — иждивенцев на одного работающего. Вскоре об этих РАПО забыли…

Согласно программе еще 60-70-х годов, каждая область должна была сама себя обеспечивать товарами народного потребления. Это сейчас мы пользуемся французскими и корейскими кухонными комбайнами, покупаем мебель из Западной Украины, красим польской краской “Снежка” и все одеты в турецкое и китайское. Тогда у нас были мясорубки производства кировоградского завода “Большевик”, а вилки и ложки — Гайворонского райпромкомбината, диваны из Кировограда и Новомиргорода, вся лакокрасочная продукция — с кировоградского “Химбыта”, одежда, обувь и постельное белье — кировоградских фабрик. А сегодня даже носками и чулками нас обеспечивают издалека, а своя профильная фабрика давно не у дел.

Конечно, все гонялись за импортными товарами. Скажем, Новоукраинская фабрика “Звезда” производила ковры с национальным колоритом (обиходное название — “рядюшки”), но всем хотелось дома иметь ГДРовские. Хотя и некоторые наши товары были остродефицитными, например, стиральные машинки “Малютка” производства “Красной звезды”.

Но все равно, квартиры большинства из нас были похожи на квартиры других. Ковры на полу и стенах, сервант с хрусталем, писающий мальчик на дверях санузла, семь слоников, “шторки” из нанизанных деревяшек в дверных проемах между комнатами, одинаковая плитка в ванной цвета “голубенькая вроде серенькой” и т. д.

Кировограду и Кировоградщине были присущи абсолютно все явления, характерные для советской жизни тех лет. Процветало несунство — помню трудягу с “Гидросилы”, который считал пропавшим и даже черным днем такой день, когда он что-либо не вынесет с завода. Хоть гаечку ничтожную, но надо было взять. Ходили легенды и о другом кировоградце, который выстроил себе дом, каждый день вынося со стройки, где работал, по шесть кирпичей. Тужился, нес (видимо, и семья помогала), но цели своей за несколько лет добился. И главное, что никто этих людей не осуждал, а даже наоборот…

Формировались и другие явления, поблагороднее, что ли, например, движение клубов самодеятельной песни. Первый такой в Кировограде, насколько известно, был создан при Доме культуры на Балашовке где-то в начале семидесятых.

Где-то в это время в Кировограде начали “пробивать” идею первого Молодежного жилищного комплекса, с оглядкой на удачный опыт других городов. МЖК первоначально предполагался как способ создания нормальных жилищных и социально-культурно-бытовых условий для молодых семей в СССР. Фактически это был широкомасштабный социально-экономический эксперимент, новая социальная технология. Эксперимент, один из тех немногих, которые имели положительную оценку в народе и дали позитивный резонанс в общественной жизни страны. Тому примером — комплекс МЖК на углу Ленина и Луначарского (сегодня — Чорновила) в Кировограде, его еще называют или называли “афганский”.

Но самой яркой страницей начала восьмидесятых для многих были и остаются в памяти ежегодные выставки цветов в Парке Ленина в начале каждой осени. Боже, какой это был праздник! Творческие люди из всех районов области выстраивали целые маленькие городки с прудами, мостиками, волшебными домиками, и все это утопало в роскошных подарках украинской степной природы. Традицию как-то пытались возродить пару лет назад, но не пошло почему-то.

Вообще тогда Кировоград утопал в цветах. Какие шикарные клумбы и аллеи были вдоль всего “Пишмаша”, перед аэропортом, на площади Кирова, возле КИСМа! Молодежь тогда любила бахвалиться друг перед другом, что, идя на свидание в центре, рвали цветы для девушек на главной площади — это считалось шиком, даже если тебя ловила милиция. Впрочем, цветов после этих набегов меньше не становилось…

Ну и тему выбрал автор — наверняка скажет кто-нибудь из читателей “УЦ”. Да еще когда?.. Чуть не сразу после Дня Победы! Когда подразделения украинских Вооруженных сил шли торжественным маршем мимо праздничных трибун по главным улицам и площадям, в том числе и по Красной площади в Москве. Когда звучали прочувствованные слова, адресованные воинам-победителям и сегодняшним наследникам их боевой славы. Когда… Стоп! Но ведь армия, то есть совокупность всех вооруженных сил государства — это не только парады, почетные караулы, строевые смотры и строевой шаг. Все это — еще не сама армия, а лишь ее внешняя атрибутика. В лучшем случае — фасад, в худшем — просто декорация. И, к сожалению, если трезво взглянуть на повседневные будни украинской армии, как и на два десятка лет ее “новейшей истории”, то впору будет спросить без экивоков: а нужны ли Украине сегодняшние “наследники боевой славы”? И — нужна ли Украине армия вообще?

А вот если послушать наших политиков, то и повода нет для подобных вопросов. Во время минувших президентских выборов только ленивый, наверно, не приложился к теме украинской армии. Один из кандидатов в президенты обещал Украине “боєздатну армію” с билбордов в полосочку цвета хаки. Предыдущий лидер так и ушел с фразой о необходимости “усиления внимания к армии”. Аналогичная фраза успела прозвучать уже и из уст нового лидера. Так и кажется, будто украинская армия победоносно шествует предназначенным ей историческим путем — вдоль билбордов же, обещающих контрактную службу, службу в резерве и т.д. Однако на самом деле придется предположить, что военные, как, кстати, и дети войны, и пенсионеры, и многие другие, нужны политикам главным образом во время избирательных кампаний. Как электорат… И не более…

Наследство, которое мы разменяли

Давайте не будем кривить душой: современная украинская армия — прямое продолжение армии СССР. 24 августа 1991 года, провозгласив независимость, Верховная Рада одновременно приняла постановление “О воинских формированиях Украины”. Все они — без единой оговорки! — бывшие до того момента составной частью Вооруженных Сил СССР, но дислоцирующиеся на территории Украины, переходили в подчинение Верховной Рады. Армии, дивизии, полки и иные воинские структуры, а вместе с ними техника, вооружения и люди в погонах и без, то есть служащие Советской Армии, стали составной частью армии нового государства. С теми же (на тот момент) уставами — как общевойсковыми, так и боевыми уставами видов и родов войск, — с теми же традициями и представлением о воинском долге и ответственности. А заодно — и с проблемами и бедами, которые успели накопить Вооруженные Силы СССР на последнем этапе своего существования.

Тот факт, что история нынешних украинских Вооруженных сил начинается не на пустом месте, особенно отчетливо помогает понять общение с офицерами-ветеранами. А их живет в разных регионах Украины немало. Примером тому может служить и Кировоград. Город, которому четверть тысячелетия тому назад дала жизнь Крепость Святой Елисаветы, построенная для защиты юга империи, и в советское время был не только промышленным и культурным центром, но и крупным гарнизоном. Здесь дислоцировались как десантники, так и ракетчики — и общевойсковые, и “стратеги”. Под Кировоградом базировались крупнейший ядерный арсенал (Кировоград-25) и крупный военный аэродром (вблизи станции Канатово), превосходящий по своим тактико-техническим характеристикам аэропорт гражданской авиации, расположенный в городской черте. В самом Кировограде находился занимающий заметное место в городе Центральный ремонтный завод Ракетных войск стратегического назначения — войсковая часть 35401. Кировоградцам он был известен как Авиаремонтный завод — АРЗ. Такую “легенду прикрытия” получило предприятие, переданное в Ракетные войска в 1961 году из ВВС и перепрофилированное для нужд нового вида войск. На территории АРЗ размещалась еще одна войсковая часть — Отдельное конструкторско-технологическое бюро (в/ч 42346, принадлежащая к тому же виду войск). И так далее…

И, кстати, обеспечивали эти части — а в особенности ЦРЗ и ОКТБ — занятость и для гражданских специалистов, рабочих и инженеров, которых трудилось на названных предприятиях намного больше, чем военных.

Но, призвав части и соединения под новые знамена, тем самым новое государство брало на себя и обязательства о снабжении войск техникой и вооружениями, о продовольственном, вещевом и денежном довольствии. Об обеспечении заказами военных предприятий — то есть о гарантиях занятости для их тружеников. Наконец, о сохранении системы, которая давала возможность кадровым военным, защитникам родины, принявшим присягу, а с ней и обязательство “стойко переносить все тяготы и лишения воинской службы”, чувствовать себя при этом социально защищенными. Не искать левых заработков, не бросаться в коммерцию, а твердо знать: государство, что бы ни случилось, не оставит ни тебя, ни твою семью без заботы и опеки.

На деле же, как говорится, “не все так сталося, як гадалося”.

Первой жертвой “новой политики” стали Ракетные войска, напоминанием об их былом существовании на просторах Украины остался лишь музей РВСН на территории Голованевского района Кировоградской области. Практически ту же участь разделили и относящиеся к РВСН предприятия и части, в том числе кировоградские ОКТБ и АРЗ. Страшные годы начались для жителей Кировограда-25, “зависшего” между военной и гражданской властью. Львиная доля Черноморского флота была передана России. И если вернуться к Кировоградскому гарнизону и Кировоградщине в целом, то они лишь отразили общую тенденцию. Ныне тихо дотлевает канатовский аэродром — уже без самолетов, без летного состава, без техники. Исчезли из-под Светловодска зенитно-ракетные комплексы, которые защищали небо над плотиной Кременчугской ГЭС — важнейшего объекта стратегического значения: одного бомбового удара по плотине хватило бы, чтобы “светловодское море” обрушилось, подобно цунами, на города и поселки ниже по течению Днепра. Перед самыми президентскими выборами прошло сообщение о том, что Украина готова отказаться и от последнего еще чего-то стоящего комплекса “Скад” — благо, деньги на это пообещали США. По сравнению со стратегическими ракетами, даже средней дальности, “Скад” — комплекс чепуховый. Дальность — 300 км (примерно как от Киева до Кировограда), ядерного заряда ракеты не несут. Однако и ничего более пристойного у Украины нет. Но — ведь деньги обещаны! Значит — будем уничтожать!..

В результате такой политики подавляющего большинства частей, входивших в состав Кировоградского гарнизона — как, кстати, и многих других гарнизонов на территории Украины, — нет уже и в помине. Но люди, которые в них служили, — остались. Причем многим из них довелось служить в армии, еще не испорченной дедовщиной или генералами, спешно строившими солдатскими руками на закате горбачевской перестройки дачи, коттеджи и особняки, чтобы даже в самом худшем случае не остаться ни с чем. Офицеры помнят, чем была армия Украины в момент обретения независимости. Им есть с чем сравнивать.

Сравним?

А может быть, государство, ликвидируя ненужные части и структуры, с должной заботой отнеслось к кадровым военным, на плечи которых и ляжет возрождение Вооруженных сил в результате “усиления внимания к армии”? Сравним…

Привилегированное положение кадровых военных в СССР — это заблуждение для штатских. В заидеологизированной стране главный акцент делался, конечно, на “священном долге”. Квартирное обеспечение? Естественно, первоочередное! Но, естественно же, главным образом в отдаленных гарнизонах — от Кушки до Новой Земли — и в закрытых военных городках, вроде Кировограда-25.

Уход на пенсию в 45 лет (в 50 — для полковников) — при наличии выслуги 25 лет и более? Это скорее медицинская необходимость, нежели привилегия. Не знаю, как кому, а мне что-то трудно представить себе 45-летнего майора, бегущего в атаку впереди батальона. Или пилота того же возраста. Или танкиста. Или еще кого-нибудь. В одном кармане — очки для дальнозорких: карту читать. Или из пистолета целиться. В другом — валидол…

Младший же офицер — с выслугой не менее 20 лет — имел право на пенсию в 40 лет. Правда, как правило, за недостаточной выслугой лет и пенсия получалась сравнительно небольшой.

Теперь о деньгах. Молодой лейтенант-специалист начинал (скажем, в 1970 году) примерно с того же, с чего начинал и молодой инженер. Должностной оклад — где-нибудь на уровне 110 + 20. Рублей, разумеется. Но не сегодняшних, не российских. Тогдашний, хотя и неконвертируемый, рубль официально стоил дороже доллара. “Плюс 20” были денежной компенсацией продовольственного обеспечения для тех, кто не нес боевого дежурства. Тех, кто нес, просто кормили — и лучше, чем на те же двадцать рублей. Обмундирование военные получали частично готовым, частично — шили в ателье “Военторга”. То и другое — за счет государства. Плюс к тому им полагались оклады за звание. Две звездочки лейтенанта “стоили” в тот период 50 рублей. А каждая следующая звездочка давала прибавку еще в 10 рублей. То есть оклад по званию был немногим меньше ПОЛОВИНЫ ОКЛАДА по должности. А в последующие годы оклады по званию поэтапно повышались и заметно приблизились к окладам по должности. Отличием инженера “без звездочек”, работающего на производстве, было только то, что он мог, если предприятие выполняло план, получать еще и премию, которой не было у военных. Но не было у инженеров “без звездочек” ни боевого дежурства, ни караульной и внутренней службы, ни сборов по тревоге, ни постоянной личной ответственности (при ненормированном рабочем дне) за боевую готовность подразделения, части, Вооруженных сил, страны…

А что в украинской армии? Оклады по должности, повышенные под широковещательные заявления в конце 2007 года, ныне составляют от 750 до 1200 грн. Но не спешите радоваться за военных. 750-850 грн. — это должностной оклад командира взвода. По сегодняшнему курсу — на уровне ста долларов. Однако и долларовый эквивалент не дает адекватного представления о соотношении окладов в “доперестроечной” и сегодняшней армии. Нужно принимать в расчет и тогдашние цены. Буханку хлеба можно было купить и за 16-26 коп., и за 14 коп. — в зависимости от сорта. Килограмм картошки стоил 10 коп., а не 3-5 грн., как сейчас. Килограмм сахара — 78 коп., а не 8-9 грн. Самое дорогое мясо стоило 3,5 руб. за килограмм. На рынке! В магазинах цены были еще ниже. Мяса в магазинах, правда, почти не бывало, зато цены были ниже. Но зато и колбаса была настоящей…

1150-1200 грн. — это верхняя граница: оклад командира бригады, генерала. Если (“грубо” и приблизительно, сопоставив только цены на продукты) считать, что сегодняшняя гривня в 10 раз дешевле “тогдашнего” рубля, получится, что у наших военных до смешного низкие должностные оклады. Но еще “смешнее” оклады по званию — от 110 грн. у лейтенанта до 160 грн. у генерала армии. А каждая следующая звездочка, вплоть до звания генерал-полковника, “стоит” всего лишь 5 гривен! Стремления к карьерному росту эти оклады не стимулируют. И совершенно несопоставимы с окладами по должности — даже если сравнивать их не с 1991-м, а с 1970 годом. Честно говоря, непонятно, с чем их можно вообще сопоставить. 1050-1150 грн. оклада по должности командира полка плюс 135 грн. его оклада за звание полковника — это меньше заработка (по крайней мере, до кризиса) журналиста, полками не командующего, и даже не в столичных изданиях.

Ожидалось, что в 2008-м будут повышены и оклады по званию. Об этом автору напомнили в отделе социального обеспечения Кировоградского облвоенкомата. Но — не сбылось…

Но дело не только в деньгах. Каких-то два-три года назад в стране шла активная пропаганда вступления в НАТО. Государственным мужам стоило бы послушать, насколько искренними агитаторами оказались именно украинские военные, привлеченные к участию в кампании. А может быть, причина проста — они устали от реалий той структуры, которая именуется украинской армией? И, будучи “военной косточкой” по призванию, хотят служить в армии настоящей?..

Чем дальше — тем страшнее?

Только ленивый, повторим еще раз, не приложился во время президентских выборов к игре в “усиление внимания к украинской армии”. Однако, как рассказали недавно столичные СМИ, кое у кого уже были заготовлены в рукаве и крапленые карты.

Суть этой информации заключается в том, что кадровых военных хотят лишить права уходить на пенсию ранее 55-летнего возраста — одновременно должна быть увеличена и выслуга лет. Якобы некий народный депутат (фамилия автору публикации неизвестна) подготовил законопроект “Про внесення змін до деяких законів України з питань пенсійного забезпечення військовослужбовців та деяких інших осіб”, Верховная Рада направила законопроект в Кабмин… Иначе говоря, идти в атаку смогут уже и 55-летние. Но, наверно, с двумя комплектами очков (одна пара — специально для ближнего боя) и с двойным запасом валидола в отдельном кармане. “Усиление внимания” продолжается?

Но коснемся и еще одного аспекта заботы об армии — заботы о военных пенсионерах. Заботиться о них нужно уже потому, что эти люди не выброшены на обочину — ведь они ОСТАЮТСЯ В ЗАПАСЕ! Это аналог той же службы в резерве. И кто знает, не дадут ли военные-запасники (даже с двойным комплектом очков и валидола) фору сегодняшним кадровым военным, не имеющим — из-за финансирования армии “по остаточному принципу” — их опыта учений, стрельб, учебно-боевых полетов и многого другого? Однако и запасников сегодня усиленно запугивают СМИ. Вначале среди военных пенсионеров пошли слухи о грядущем сокращении пенсий. Возможно, связано это было с некоторыми рекомендациями Всемирного банка и (прямо говоря, не очень внятными) сообщениями в СМИ? Но сами же офицеры-ветераны в эти слухи не очень поверили. Во-первых, подобный шаг был бы антиконституционным. Во-вторых, в еще большей степени он стал бы сигналом для общества: Украина намерена добить свою армию окончательно. Затем появилась пугалка номер два: у работающих пенсионеров (не только военных) отберут половину пенсии. Сейчас и эти разговоры затихли — но кто знает, что творится за кулисами?..

Как известно, государству, которое не хочет кормить свою армию, рано или поздно придется кормить чужую. Но порой возникает ощущение, что Украина пытается решить эту дилемму каким-то своим, очень специфическим способом. Предыдущее руководство страны весьма недвусмысленно поглядывало в сторону НАТО. Видимо, в надежде, что НАТО и само себя прокормит, а заодно и нас защитит. Нынешнее руководство уже успешно разыграло гамбит (с жертвами фигур и мордобоем в парламенте) российского Черноморского флота: пусть защищают, да еще и платят нам за это. Но — а где же наша собственная армия? Знает ли Украина как государство ответит на этот вопрос? Или будем ждать следующих выборов, чтобы вновь услышать о необходимости “усиления внимания к армии”?

Как известно, бюджет 2010 года официально объявлен бюджетом стабильности и развития, однако на местах с этой формулировкой согласны далеко не все руководители территорий. О проблемах, с которыми в этой связи приходится и придётся столкнуться городским и сельским головам нашей области, они рассказывали губернатору на заседании Кировоградского регионального отделения Ассоциации городов Украины.

Несмотря на то, что каждая территория области имеет свою специфику, проблемы, которые озвучивали руководители городов и сел Кировоградщины, по большей части являются общими для Бобринца и Долинской, Помошной и Новомиргорода, Знаменки и Голованевска… Так, практически все руководители сетовали на нехватку денег в местных бюджетах, перекосы формульного подхода к их формированию. Практически везде есть проблемы с финансированием детских садиков, во многих городах и селах их просто не хватает. В унисон твердили руководители и о чрезмерной активности фискальных органов — дескать, терроризируют проверками и штрафными предписаниями, разоряющими и без того скудные местные бюджеты.

Понятно, “прозвучали” и сугубо специфические проблемы, с которыми сталкиваются головы тех или иных городов и сел.

Сергей Зеленокоринный (городской голова Долинской):

— Денег, которые нам достаются “по формуле”, едва хватает на финансирование защищенных статей. А ведь у нас сегодня из ста лифтов три десятка остановлено… Протекает полсотни крыш, а шести миллионов гривен, необходимых для их ремонта, у нас нет. Долинскую постоянно подтапливает, но, опять-таки, без денег мы ничего сделать не можем… А ещё только в нынешнем году мы обжалуем в суде более десятка штрафов ГАИ за неотремонтированные дороги. Но за какие средства их ремонтировать?! Ведь деньги из “второй бюджетной корзины” мы вынуждены тратить на дофинансирование детских садиков… А бродячие собаки? Люди из-за них уже боятся по улице ходить… Отстреливать их запрещено, а чтобы решить проблему каким-либо другим способом, нам нужно потратить больше полумиллиона гривен…

Константин Данов (сельский голова Александровки):

— Через Александровку проходит трасса национального значения Александровка — Кировоград — Николаев, часть которой, 1,3 километра, находится в коммунальной собственности. И это не просто участок дороги, а мост и путепровод, на содержание которых требуются немалые деньги. У нас этих средств нет, в результате объекты находятся в аварийном состоянии. Более того — в любой момент они могут обвалиться! Поэтому этот участок необходимо забрать в государственное подчинение… Есть проблема и с садиками — из шести у нас осталось всего два. Поэтому реально есть возможность разместить всего 240-280 дошколят, а ведь их у нас — больше восьмисот! В то же время мы пока безуспешно судимся с нашим управлением юстиции, которому сначала отдали помещение бывшего детсада, а теперь не можем вытребовать обратно. Хотя свидетельство о праве собственности на этот объект у нас есть!

Леонид Кравченко (мэр Бобринца):

— Сегодня бюджетные деньги требуют тратить на завершение строительства объектов с высокой степенью готовности. Да, такой объект у нас есть — это центр для людей пожилого возраста. Конечно, старикам он необходим. Однако этот центр рассчитан всего на 30 мест, тогда как нам гораздо важнее вкладывать деньги в обеспечение пятитысячного города водой!

Алексей Скичко (мэр Александрии):

— У нас есть предприятия, зарегистрированные за пределами территории, но которые могли бы давать поступлений в местный бюджет больше, чем предприятия учётного круга. Нужно “вернуть” их в город. Другой момент — почему деньгами на ремонт дорог распоряжается областной УКС, а не управление жилкоммунхоза, которое распоряжается этими средствами гораздо эффективнее?!

Виктор Крюков (городской голова Знаменки):

— Специфика Знаменки в том, что, чем больше мы зарабатываем, тем больше у нас забирают — за пять лет цифра составила 35 миллионов, из них только в нынешнем году — около 7,77 миллиона гривен! Расходная часть бюджета такова, что недофинансирование бюджетных организаций и энергоносителей составит два месяца… Утвердили новые тарифы на водоснабжение и водоотведение — прокурор их опротестовал… На наши коммунальные предприятия удалось выделить только 2,5 миллиона гривен, тогда как только на ремонт крыш нужно 1,3 миллиона…

На общем фоне несколько обособленным оказался Светловодск. Во-первых, город уже несколько лет живёт без мэра. Во-вторых, как выяснилось, Светловодск, как, кстати, по той же причине и Кировоград, оказался под угрозой исключения из ассоциации — в городском бюджете на этот раз средств на финансирование АГУ не предусмотрено. За разъяснениями мы обратились к первому заместителю городского головы Юрию Лукинскому.

— Уже более двух лет Светловодск живет без мэра. Судя по всему, в досрочных выборах вы не нуждаетесь?

— Система городской власти работает без сбоев, люди на своих местах, структурные подразделения выполняют свои функции. Просто больше нагрузки. Задача главы города — организовывать их работу. Есть первое лицо — Виталий Юшко. Да, он не мэр, а исполняющий обязанности. А выборы и так будут очень скоро — или в этом году, или в следующем, нет никакого смысла ими раньше времени заниматься.

— Вы готовы к тому, что город обещают исключить из АГУ?

— Есть сомнения у депутатского корпуса насчет того, что траты на содержание этого органа обоснованы. Сама ассоциация по идее должна быть лоббистом интересов ее членов. По всей видимости, интересы Светловодска отстаивались недостаточно, или же эта сфера деятельности органа не дошла до депутатов, они недостаточно проинформированы. Нужно доказать необходимость выделения чуть менее 18 тыс. из бюджета: 6 тысяч — плата в кировоградское региональное отделение, и 12 тысяч — в Киев, в саму ассоциацию городов. В кризисной ситуации ведь особенно важно знать, что деньги отдаются тогда, когда что-то сделано. Надо четко понимать, насколько наш лоббист влиятелен в Киеве, зачем мы вообще ему платим? Тем не менее, я считаю, что Светловодск не должен уходить из ассоциации. Но окончательное решение примут депутаты.

Отдельно, на наш взгляд, нужно обратить внимание и на Новомиргород, но по диаметрально противоположной причине. Безусловно, многие проблемы, озвученные коллегами здешнего мэра Якова Немировского, характерны и для этого города. Однако здесь предпочитают не только их озвучивать, но и собственными силами решать. Естественно, есть вполне конкретные результаты.

— С самого начала, ещё идя на выборы, я избрал для себя тактику малых побед, — говорит Яков Борисович. — Понятно, наши бюджетные возможности, как и бюджеты других городов и сёл, не позволяют решить все проблемы одним махом. Но мы каждый раз выбираем конкретный участок работы, отдельную проблему и в итоге имеем реальный результат. И люди, видя это, начинают нам верить! Эту тактику избрал ещё Рузвельт во времена Великой депрессии — в каждом доме была карта Штатов, где каждое достижение где-либо должно было отмечаться красным флажком. Чем больше становилось флажков, тем более крепла уверенность людей в завтрашнем дне.

Что касается озвученных проблем, то, к примеру, первого сентября мы открываем новый, современный садик — двухэтажный, оборудованный по последнему слову. Опыт создания таких садиков я перенял в Австрии. Мы составили свой проект, выставили его на Всеукраинский конкурс проектов местного самоуправления, получили 200 тысяч. Помог и райсовет…

Ещё один пример — мы единственные в области с 2007 года каждое лето отправляем на оздоровление в Севастополь по 70 детей. Деньги выделяет горсовет, есть и софинансирование родителей. Мне говорят — эти 35 тысяч, в которые нам обходится это мероприятие, лучше, мол, на ремонт дорог пустить. Но за эти деньги получится разве что десяток ям закатать, тогда как ребята имеют возможность две недели отдохнуть на море — с трехразовым питанием… Я, кстати, каждый раз лично их провожаю и встречаю — для меня это особое удовольствие…

Руководители территорий были единодушны не только в озвучивании общих проблем, но и в позиции относительно их решения. Все они убеждены, что городам и селам нужно дать возможность самостоятельно определять, куда тратить бюджетные деньги. А для этого нужно непременно ещё до формирования бюджета учитывать специфику и конкретные потребности территорий. И тогда благие намерения каждого из них сделать “свой” уголок области успешным и процветающим станут реальностью.

P.S. Городской голова Кировограда Владимир Пузаков общение с коллегами проигнорировал — на заседание регионального отделения АГУ не явился ни мэр областного центра, ни кто-либо из его заместителей. Возможно, потому, что главной проблемой Кировограда является как раз сам Владимир Тихонович, а особых достижений, которыми можно было поделиться с другими городами и весями, у городской власти просто нет.