Символы страны, в которую мы сегодня совершим виртуальное путешествие, – вымирающая неуклюжая птица киви и нарядная ветка папоротника. Находится это государство от Украины на расстоянии 17 тысяч километров, фактически на самом краю света – юго-восточнее Австралии, затерявшись двумя крупными и 700 мелкими островами посреди океана. О нем мы слышим редко, что в новостях, что в рассказах туристов, которые туда просто-напросто не доезжают, и в памяти многих живут разве что отрывочные впечатления о духоте, пыли, овцах и тростнике, описанные в романе Колин Маккалоу «Поющие в терновнике».
Бывшая колония Великобритании, до сих сохранившая устои и порядки своей метрополии, Новая Зеландия принимала на своей земле чемпионат мира среди людей с ограниченными физическими возможностями. Старший тренер паралимпийской сборной Украины по легкой атлетике кировоградец Олег Соколовский пробыл здесь около месяца. Он, естественно, большую часть времени проводил на стадионе и в гостинице со своими спортсменами, но все же некоторое впечатление от принимающей стороны у него сложилось. И он с удовольствием поделился им с читателями «УЦ».
Сборная Украины одной из первых прилетела в Новую Зеландию. «На край света», – улыбаясь, говорит Олег Николаевич. Спортсменам, которых организаторы отборочного турнира на Паралимпийские игры 2012 года в Лондоне отправили в такую даль, нужно было время на акклиматизацию. Да и сам перелет дался очень тяжело. Путь из Киева на Южный остров занял 35 часов лету: Борисполь-Мюнхен-Лондон-Гонконг-Окленд и Крайчерс, собственно, конечный пункт назначения, где и проходил сам чемпионат.
— Очень непривычно — полтора суток провести в самолете. Особенно тяжело пришлось спортсменам, мы их заставляли на пересадках ходить, гулять по аэропортам, чтоб хоть немного подвигаться. Так что по приезде в гостиницу работы массажистам хватало! – говорит Олег Соколовский.
Новая Зеландия встретила украинцев не пыльной жарой, а творчеством аутентичного вокального ансамбля маори — коренных жителей Новой Зеландии, которые, собственно, и съели Кука. Так вот эти маори до сих пор полностью не ассимилировались. Они хоть и живут вперемешку с европейцами-эмигрантами, но сохранили свою культуру, которую активно пропагандируют на местном телеканале. Внешне маори можно легко отличить – высокие, тучные люди с резкими чертами лица. Женщины-маори слегка мужеподобные, крупные.
Остальное же (основное) население Новой Зеландии – эмигранты, приехавшие на остров в поисках лучшей жизни со всего мира. Наш собеседник встречал здесь и выходцев из бывшего Советского Союза, в том числе украинцев. Получить вид на жительство в Новой Зеландии гораздо проще, чем в Австралии, поэтому многие, желающие эмигрировать на континент, начинают путь именно с гостеприимных островов.
– Мы говорили с людьми из Западной Украины, с Луганщины. Они живут там уже более 10-15 лет, привыкли, домой возвращаться не хотят, – вспоминает Олег Николаевич. Кстати, сами эмигранты в разговоре с тренером с удовольствием отмечали, что сами до сих пор не понимают, за какие средства живет страна: крупной промышленности нет, развиты только аграрный сектор и туризм. Но, тем не менее, уровень жизни низким назвать сложно. Практически каждая семья имеет свой автомобиль, поэтому общественный транспорт в Новой Зеландии не особо востребован. Автобусы – «шаттлы» – ездят, но они, как правило, пустые или полупустые. Когда чартерный автобус вез делегации на тренировки и соревнования, новозеландцы останавливались и с удивлением заглядывали в окна – им было непривычно видеть все места занятыми.
А еще здесь очень развито авиасообщение. В государстве общей численностью 4,5 млн жителей есть 23 международных аэропорта.
Средняя зарплата в Новой Зеландии – 3-3,5 тысячи долларов (для справки: 100 американских долларов равны 125 местным). Продукты можно купить по очень доступным ценам, а вот спиртное – довольно дорогое.
Олег Соколовский говорит, что 90% жилья в городах Новой Зеландии – одноэтажные особнячки, не большие и шикарные, а довольно скромные, комнаты на 3-4, утопающие в цветах и зелени.
– Обязательно перед домом газон, заборов нет. И полицейских нет. За месяц, что мы там прожили, ни одного стража порядка не видели, – вспоминает Олег Николаевич. Ни машин с мигалками, ни гаишников – все организовано как-то само по себе. И при более чем насыщенном трафике аварий практически не случатся.
В целом Новая Зеландия сохранила консервативные устои старой доброй Англии: жизнь здесь протекает не спеша, неторопливо, без суеты, упорядоченно. С наступлением темноты город замирает, молодежь не гуляет с пивом в руках, не тусуется на скамейках, а выступает в ансамблях на улицах, расставив заранее аппаратуру. Новозеландцы – сторонники активного, здорового образа жизни, приветливые. На многочисленных лужайках и дорожках они с самого утра бегают, делают зарядку и со всеми здороваются: Morning! Morning!
Сама инфраструктура города этому способствует – зеленые зоны расчерчены на 5-6 футбольных полей в одном только парке. Плюс здесь же – 3 поля для гольфа.
– У них же развиты свои, специфические, виды спорта: регби, например, где новозеландцы – действующие чемпионы мира.
Наши спортсмены перед самим чемпионатом успели поучаствовать и в городских соревнованиях по бегу: «Платишь 5 долларов, заявляешься – и вперед».
Соколовский сразу же отметил, что здесь очень чисто.
– Когда мы приезжаем в любую страну, первое, что спрашиваем у организаторов в аэропорту, какое качество воды. Так вот, только в Финляндии и Швеции нам сказали, что можно пить воду прямо из-под крана, в остальных же странах предоставляют бутилированную… В Новой Зеландии, когда мы спросили о наличии чистой воды на соревнованиях и тренировках, организаторы на нас удивленно посмотрели и, по-моему, даже немного обиделись, что мы задаем такой вопрос. «Мы можем вам воду, конечно, бутилировать, но мы ее будем набирать все равно из-под крана. И в таком случае она будет стоить деньги», – рассказывает Соколовский.
Сам Крайчерс – уютный, спокойный город на берегу океана.
– Купаться в море и в океане – разница большая. В океане просто чувствуешь, какой он огромный. В Новой Зеландии полный штиль – это когда катится двухметровая волна. Когда 3-4-метровая — это уже «барашки».
— И люди купаются?
— Да, но больше загорают, дышат свежим воздухом. Наверное, потому, что вода сейчас «холодная» — +20°С. На берегу стоят спасательные пункты, моторные лодки. Только люди подходят к воде, спасатели предупреждают, что надо быть аккуратными. Мы однажды пытались заплыть подальше, но нас вернули.
А еще Новую Зеландию постоянно «трясет».
– Землетрясения были практически каждый день – там это норма жизни, поэтому и дома они строят сейсмоустойчивые, деревянные, которые только поскрипывают, – говорит Соколовский. – Толчки сильные, но на протяжении 2-4 секунд, ты и понять не успеваешь, что происходит. Один раз было заседание технического комитета федерации в огромном холле, с участием представителей всех стран-участниц, и вдруг — толчок 5,2 балла. Все вскочили… и тут же расселись по местам – как ничего и не было.
Местные жители рассказывали, что в сентябре было землетрясение выше 7 баллов, в результате чего пострадало несколько зданий в центре города. Они до сих пор обнесены красными ленточками. Несколько украинцев таким образом лишились жилья, но, как они рассказывали нашему собеседнику, в Новой Зеландии это – не беда. Тебе тут же власти по страховке предоставляют жилье или дают деньги на приобретение или строительство нового. А это, между прочим, суммы немалые. Например, небольшой 3-комнатный домик в Крайчерсе стОит от 160 тыс. долларов, а побольше – 300 тысяч и выше.
В декабре-январе там, говорит Соколовский, немного жарче, чем у нас обычно в конце июня. Солнце, правда, очень активное, украинцам в отеле специальные кремы выдавали, чтоб не обгореть. Сами новозеландцы стараются не выходить на улицу без головного убора: панамы, фуражки, шляпы. Местные жители, естественно, все, как один, загоревшие, смуглые.
– Каштаны уже отцвели, сейчас цветут липы, – вспоминает Соколовский. Вообще же, когда смотришь на этот зеленый мир, кажется, что здесь собраны растения со всех континентов: начиная от типичных украинских чернобривцев, майоров, роз, всевозможных ромашек («растет все то, что и в Украине, только гораздо больше, ярче, сочнее») до громадных вековых эвкалиптов, которые шесть человек обхватить не могут, и причудливых хвойных деревьев, которые в европейских ботанических садах встречаются разве что в одном экземпляре.
– Крайчерс – это клумбы, газоны, снова клумбы, газоны и асфальт, – рассказывает Олег Николаевич. Повсюду расчерчены дорожки для велосипедистов, коих в Новой Зеландии, впрочем, как и в Европе, огромное количество. В глаза украинцам бросилось, что все, кто садится на велосипед, надевают шлемы: от трехлетних детей до пенсионеров.
– Когда нам сказали, что штраф за невыполнения этого правила 100 долларов, сразу же захотелось шлем надеть, – улыбается Олег Николаевич. – Движение здесь по-английски левостороннее. Все наоборот: люди по тротуарам в другую сторону ходят, машины едут, мы даже шутили, что вода должна в противоположную сторону в ванне бежать.
Животный мир Новой Зеландии – это отдельная тема. Здесь в городе вместо привычных нам кошек и собак гуляют водоплавающие: утки, гуси.
– Они ходят пешком по улицам, газонам. Только ты остановился, они к тебе бегут, обступают, думают, что будешь их кормить.
Птица киви – символ Новой Зеландии – к большому сожалению местных жителей, медленно и уверенно вымирает. Что только ни делают местные власти, ее популяция сокращается. Олег Николаевич был на экскурсии в огромном зоопарке и довольно долго простоял возле вольера с киви, все ждал-ждал…
– Было очень интересно посмотреть, как она в жизни выглядит, каких размеров, но она так и не появилась», – говорит Соколовский.
Зато наш собеседник видел кенгуру, спокойно прыгающую по отведенной ей большой территории, – тем-то и отличаются новозеландские зоопарки от наших, что звери живут в естественных условиях обитания. Так, для шести носорогов и их детенышей отведено место размером с 20 футбольных полей.
– Насколько носорог грубый, неповоротливый с виду, настолько он мягкий и пластичный в движениях. Они бегают, резвятся, играют, – вспоминает Соколовский.
– Интересно было посмотреть, как отчаянные туристы-экстремалы за 30 долларов участвовали в кормежке львов. За забор заезжает будка, как наша хлебная, только с несколькими слоями сетки. Внутри сидят туристы и выбрасывают за решетку куски мяса. Я никогда не думал, что львы в зоопарке такие агрессивные. Они запрыгивают на крышу этой будки, рычат, дерутся за это мясо. И человек находится на расстоянии 40 см от разъяренной морды хищника – жуткое зрелище, – говорит Олег Николаевич.
Кстати, в Новой Зеландии фактически весь растительный и животный мир – искусственно созданный, завезенный из других стран, других климатических зон. И местные власти всячески стараются сохранить его в том виде, в котором он есть сейчас, – уникальном и неповторимом. На въезде в страну проводится очень жесткий контроль на предмет провоза любых продуктов питания. Более того, отдельным пунктом в памятке написано – обувь должна быть чистой, «чтоб ты не провез туда никакое постороннее зернышко, никакую травинку. Штраф – 100 долларов, и ты прямо в аэропорту в тазике моешь ботинки», — говорит Соколовский.
Особенной национальной кухни в Новой Зеландии нет. Очень распространены морепродукты, которые, несмотря на близость к океану, стоят в 4 раза дороже, чем мясо. Супы – сплошь перетертое овощное пюре. А вот картошку местные повара готовят так же, как и мы.
Все было хорошо, но под конец третьей недели Олегу Николаевичу резко захотелось домой.
– А сейчас хочется вернуться обратно, – шутит он.