Автор: Админ

Месяц сустя после назначения нового руководителя Кировоградщины кадровая интрига в регионе до сих пор не снята. Речь идет прежде всего о главах райгосадминистраций, некоторые из которых ушли вместе с властью «папередников», других небольшими порциями снимает с насиженных должностей уже новая власть. Однако кадрового блиц-крига в области так и не случилось, обещания Александра Петика заполнить обойму вакансий уже стали еженедельными. Главная причина, надо понимать, такова: разменивать шанс утвердиться в кресле, но чуть позже, на двухмесячное, до нового президента, там пребывание желающих нет.

А то, что так оно и будет, говорится в открытую – хотя бы тем же нынешним главой ОГА: на первой пресс-конференции он честно признался, что сроку ему отмерено до первого дня работы нового главы государства. Так что кадровую нишу сегодня закрыть будет не так и просто. По крайней мере, прежняя управленческая гвардия выстраиваться в очередь в первой приемной не спешит. И дело даже не в том, что местные добровольные люстрокомы не дремлют. А в том, что нынешний глава ОГА, опять-таки, публично дал понять, что является сторонником кадров с партбилетами парламентских партий, из которых, понятное дело, одна точно претендовать на власть больше не может. А пока не пришли со своими «штыками» порошенковцы, районные рули уже практически распределены, пусть даже на более или менее непродолжительное время, между «Свободой», «Батькивщиной» и УДАРом. По квотным раскладам, озвученным главным свободовцем области Александром Ромащенко, 13 районов достанутся «Батькивщине», 5-6 – «Свободе» и 2-3 – УДАРу. Сам же Ромащенко в том числе (после некоторого времени стажировки на должность гуманитарного вице-губернатора) претендует на руководство родным Долинским районом. Квотный принцип подтвердил и ныне нардеп-ударовец Анатолий Ревенко.

Итак, чьего назначения можно ждать уже на этой неделе?

Ещё при действующем на тот момент главе Александрийского района собеседование у губернатора прошел потенциальный преемник Виталия Згамы – председателе совета Александрийского казачества Александр Тараненко. В своем 28-летнем однопартийце (председателе Александрийской районной организации ВО «Свобода») губернатор, который так же, как и он, является помощником нардепа-свободовца Святослава Ханенко, уверен:

– Он достаточно сильно прошел собеседование, я не ожидал… За такой, знаете, интеллигентностью, которая в нем проявляется в пассивности, инертности и так далее, я увидел уверенность и бесстрашие. Хотя его специально пытались вскрыть, пытались выставить напоказ слабые стороны. Он так уверенно и уравновешенно себя подал, что я вдруг почувствовал, что из него вырастет руководитель обязательно.

Впрочем, к команде предыдущей у Александра Петика претензий, как выяснилось, нет: и Згаму, и его заместителя Ольгу Анисимову-Шило, и ещё одного его зама, а позже председателя Петровской РГА Тамару Сакару он охарактеризовал как профессионалов и трудолюбивых людей, вызывающих у него уважение и доверие…

После совсем недавнего увольнения предыдущего председателя Александровской РГА своего часа может дождаться однопартиец губернатора Сергей Шпирка – бизнесмен, торгующий ковровыми изделиями, председатель районной «Свободы».

На Бобринецкий район претендует Сергей Рожкован, который возглавил территорию после прошлой революции и лишился должности при очередной смене власти в 2010-м. В последнее время боролся с коррупцией в РГА на соответствующей должности.

Может рассчитывать на кресло председателя Гайворонского района первый зам того же председателя – экс-налоговик Александр Костенко, который пришел сюда менее полугода назад.

Голованевщина – наверняка за УДАРом, сюда претендует 46-летний бизнесмен Олег Солончук. Добровеличковка, возможно, достанется «Батькивщине» в лице бывшего председателя здешнего же райсовета Василия Ткаченко.

Из кресла начальника управления АПК Знаменской РГА в кресло её председателя может переместиться Юрий Григораш, руководивший некогда «Единым центром» в районе.

Вместо уволенного Андрея Малицкого на Кировоградский район рассматриваются сразу два претендента: ударовец Виктор Дайдакулов и Ольга Гранатова (депутат облсовета от «Батькивщины» и директор завода).

«Батькивщина», возможно, претендует и на Компанеевский район: здесь говорят о Любови Житней – депутате здешнего же райсовета гуманитарного профиля.

Долгое время длится дискуссия вокруг маловисковского претендента – 26-летнего свободовца Романа Тучкова. По информации СМИ, он имеет весьма неоднозначную репутацию среди земляков. Но губернатор уверен: дорога за молодыми, а опыт – дело наживное, его личный пример тому наука, о чем он и заявил на своей первой пресс-конференции – мол, в таком же возрасте уже «сделал» своих конкурентов на выборах в парламент Коми.

Новоархангельская РГА может заполучит в председатели 29-летнего Дмитрия Зубова – председателя районной «Батькивщины», Новомиргородская – его однопартийца, депутата райсовета Сергея Сенченко, бывшего помощника бывшего нардепа Сергея Саса.

Вместо одного из наиболее убежденных и преданных прежней власти штыков – Владимира Балана – Новоукраинская РГА может стать вотчиной некогда секретаря местного же райисполкома Михаила Брынзы, руководившего затем Управлением соцзащиты Кировского в Кировограде райсовета.

Нет очереди претендентов на Ольшанский район – Ярослав Киров, который его возглавлял несколько последних месяцев, вполне может остаться в своем кресле. Не исключено – из-за отсутствия этой самой очереди.

Особых перемен может не быть в Онуфриевке – здесь на кресло главы района претендует нынешний его зам Владимир Журавлев.

К рулю Светловодского района может вернуться его некогда руководитель, бизнесмен Михаил Касьянов, пришедший на должность после оранжевой революции и после смены власти её лишившийся. Был кандидатом в облсовет от «ФЗ», но безуспешно.

Ульяновщину может попытаться возглавить 43-летний фермер и народный заседатель Вячеслав Зосим, Устиновщину – депутат райсовета с ПР в биографии – Эдуард Юшко.

Итак, на начало нынешней недели имеем в соискателях и возможных претендентах: а) возвращенцев позапрошлой власти; б) молодых и нетерпеливых представителей власти нынешней; в) людей, волной перемен остановленных на предпоследней ступеньке следующего этапа их личной карьерной лестницы.

Что же касается облгосадминистрации, то, как известно, с предыдущим её руководителем свои должности оставили и вице-губернаторы, чей приход совпал по времени либо с Сергеем Лариным, либо уже с Андреем Николаенко, – Ярослав Арсирий и Александр Чернявский, а также назначенный после карьерного передвижения в замы Чернявского начальником департамента промышленности, энергетики и т. д.Владимир Тоцкий. Как известно, опытный гуманитарный вице-губернатор Галина Пастух, работавшая при нескольких руководителях области, написала заявление об увольнении. На её место, повторимся, стажировался Александр Ромащенко, но затем в доме на площади появилась в той же ипостаси председатель Кировоградской организации УНП Вита Атаманчук. Саму же Галину Васильевну Александр Петик пригласил в качестве своего советника.

Как стало известно «УЦ», никто из пока ещё действующих вице-губернаторов (а это первый его зам, опытнейший финансист Виктор, Серпокрылов, «переживший» не одного руководителя области, а также зам и руководитель аппарата ОГА Виктор Резник), документов на трудоустройство на пока ещё нынешних своих должностях не подавали.

Оксана Гуцалюк, «УЦ».

Через месяц после фактической смены власти в Украине выход из Партии регионов ее вчерашних симпатиков начисто утратил характер сенсации или даже новости. Кто хотел — уже сдал партбилет, кто хотел — остался. Причины исхода в большинстве случаев понятны и весьма похожи. Тем не менее, когда в редакцию «УЦ» обратился депутат облсовета, известный кировоградский политик Вадим Волканов, с пожеланием изложить лично свои причины выхода из ПР, мы решили предоставить ему такую возможность.

— Вадим Анатольевич, вы на несколько лет практически исчезли из медиа-пространства — не давали комментариев и интервью, разве что связанные с вашим новым местом работы. А сейчас решили высказаться.

— Я посчитал важным донести свою позицию именно тем людям, которые за меня как за члена Партии регионов голосовали исключительно потому, что была связка: Волканов — член Партии регионов. И люди, иногда даже не зная меня, но будучи сторонниками этой политической силы, отдавали за нее, а соответственно, и за меня свой голос. На сегодняшний день я решил попрощаться с этой партией. И не потому, что я чего-то испугался, так как на сегодняшний день тенденция такова, что люди выходят из рядов этой политической силы из-за своих переживаний за бизнес, за работу. Да, я работаю на государственной службе. Да, ко мне могут быть вопросы потому, что я нахожусь в рядах этой партии. Но на самом деле моя позиция и намерения выйти из этой политической силы совершенно не касаются рабочих вопросов.

Я в партию пришел в 2005-м. Это был год, когда Партия регионов была в глубокой оппозиции, ее члены преследовались, находились, так сказать, в гонении. И быть в то время членом Партии регионов считалось дурным тоном. Это был, скажем так, период постреволюционного синдрома. Но, тем не менее, находясь в этой партии, даже в самые трудные моменты я чувствовал поддержку своих однопартийцев. К примеру, я был заместителем кировоградского городского головы по гуманитарным вопросам, и были у меня определенные расхождения с руководством, с мэром города. Так за меня вступались такие зубры нашей политики, как Владимир Рыбак. Я обращался к Сергею Николаевичу Ларину, он просил Лавриновича, и тот вмешивался в процессы, которые проходили в Кировограде. То есть все стояли друг за друга. И это дало нам возможность победить в 2009-2010 годах.

Тогда я искренне верил в то, что Виктор Федорович, у которого достаточно тяжелая судьба была — сирота, много испытал тягот и лишений, прошел такой тяжелый путь в жизни, — будет ориентирован на поддержку нашего малоимущего населения страны, а у нас 80 процентов такого. Я добросовестно, качественно отработал с людьми, которые входили в мою команду, президентские выборы.

Победил Виктор Федорович, мы все очень радовались, но недолго. У меня произошел конфликт с партийным руководством. Кто там прав был в нем, кто неправ, я не собираюсь копаться, выяснять, у меня по этому поводу своя точка зрения сложилась. Я отошел и три года был, скажем так, у власти в оппозиции. Наша политическая сила была при власти, но меня никто не трогал, просто не обращали на меня внимания и не замечали.

По прошествии трех лет мне предложили возглавить областную инспекцию по защите прав потребителей. Я это предложение принял и работаю. Насколько качественно и хорошо, судить нашим потребителям, нашим предпринимателям, которых мы проверяем. И все-таки я думаю, что положительных моментов в моей работе больше, чем отрицательных.

— Вернемся к партийной теме…

— Да. На протяжении последних лет ходило много разговоров, что у нашей высшей партийной номенклатуры непомерное стремление к роскоши. Конечно, я же тоже не слепой и все видел…

Но, когда уже произошли события на Майдане и информация о жизни первых лиц государства и партии пошла просто валом, ты начинаешь понимать, насколько эти люди были просто-напросто оторваны от своей страны. Но даже не это меня подтолкнуло к такому радикальному поступку, как выход из партии. Я хочу, чтобы эта мысль была понята именно теми людьми, с которыми я пришел в партию. Это первое интервью, и я никому пока еще не говорил об этом поступке.

Больше всего меня отталкивает от происходящего в партии то, что люди, которые были вместе с Виктором Федоровичем, такой экономической политикой довели страну до катастрофического состояния. Именно их отношение к народу привело к тому, что одни люди живут непомерно богато, а остальные не то что не имеют возможности нормально жить, не могут даже нормально питаться. И когда тот же партийный бомонд остается у руля и принимается решение о том, что вот нет у нас теперь лидера…

— …вы говорите сейчас о решениях съезда ПР? Вы были его участником?

— Нет, я не был участником съезда. Я имею в виду и решения съезда, и комментарии отдельных политиков — тех, которые вошли в этот президиум, когда они говорили, что Янукович и такой, и сякой, что он довел страну до того, до чего довел… А ведь не он один довел ее, они все вместе довели.

Понимаете, когда этот съезд принимает решение и все те же люди остаются в руководстве, я не вижу в том костяке людей, которые будут руководить этой политической организацией, тех, на кого я хотел бы быть похожим или стремился бы делать так, как они. Ни омоложения руководства, ни попытки изменить лицо партии, ни одного креативного предложения! Даже не то, что они не поддержали Тигипко на выборах президента, меня заставило принять решение. Если бы его избрали, возможно, я бы и остался, хотя вряд ли… В общем, я принял решение.

— Вадим Анатольевич, вы человек активный, были одним из лидеров на Кировоградщине в «Новой генерации», потом играли заметную роль в Партии регионов. Видите ли вы политическую силу, которая отвечала бы вашей сегодняшней точке зрения?

— Вы знаете, я для себя на данном этапе времени принял решение отойти от политической жизни кировоградской. Но никогда не говори «никогда». Возможно, и появится какая-то политическая структура, к которой у меня возникнет интерес. У них — ко мне, у меня — к ним. Но на сегодняшний день пока я не готов поддерживать и говорить что-то вразумительное ни об одной из политических структур, которые представлены у нас как партии.

На данном этапе времени я себя вижу в роли наблюдателя. Ну и, конечно, я хорошо знаю: если ты не интересуешься политикой, то политика очень скоро начнет интересоваться тобой…

Беседовал Ефим Мармер, «УЦ».

А зовется наш город, родная сторонка, — Федор-Кузьмичск, а до того, говорит матушка, звался Иван-Порфирьичск, а еще до того — Сергей-Сергеичск, а прежде имя ему было Южные Склады, а совсем прежде — Москва.

(Татьяна Толстая, «Кысь».)

На прошлой неделе областная организация общества «Просвіта» выступила с инициативой провести референдум по переименованию Кировограда. Нам кажется, что переименование города — вопрос для кировоградцев болезненный, разделяющий общество, и именно поэтому сегодня его поднимать не стоит. Но руководитель областной «Просвіти» Александр Ратушняк другого мнения:

— Мені не здається, що це хворобливе питання. Так, воно гостре, і саме тому його треба піднімати, не ухилятися, не уникати. Зараз у суспільстві це питання обговорюється, і ми хочемо винести це обговорення з кухонь та соціальних мереж і перевести його в правове поле. Доленосні рішення приймаються саме в період змін. В цьому році нас чекають, як мінімум, двоє виборів, і на будь-які з них можна винести й референдум.

Александр Ратушняк объясняет, что сегодня, когда памятник Кирову сняли, название Кировоград потеряло всякий смысл. Причина, скажем правду, так себе. Город назвали не в честь памятника и, по большому счету, даже не в честь Сергея Мироновича. В справке Института истории НАН Украины от 2011 года (а такие справки академия наук готовит по запросам кировоградцев ежегодно!) по этому поводу говорится: «Щодо назви Кірово, то її запровадження в кінці грудня 1934 року було продиктоване єдиним прагненням — дискредитувати ім’я уродженця Єлисаветграду Г. Зінов’єва. (…) Оскільки щойно заарештованому Зінов’єву інкримінувалася причетність до вбивства Кірова, справа перейменування Зінов’євська у Кірово вирішилася за лічені дні». Кировоградом, если помните, город назвали в 1939-м просто по технической причине — он стал областным центром, а Кировская область в СССР уже была. Но это детали: название Кировоград действительно лишено смысла, хотя и оно нравится многим жителям.

Теперь собственно об инициативе «Просвіти» и механизме ее реализации. Круглый стол, который провели на прошлой неделе, на самом деле никакого практического значения не имеет — здесь просто собирали подписи за проведение референдума, и каждый имел возможность высказать свою точку зрения. Как объяснила глава общественного совета при горисполкоме Любовь Лукьянцева, чтобы инициировать общественные слушания не по инициативе мэра, а снизу, нужно собрать три тысячи подписей. После проведения слушаний горсовет должен обратиться в Верховную Раду, депутаты — подготовить законопроект о переименовании, и если такой закон примут, то можно проводить референдум. Но зато на круглом столе выяснили, в городе с каким названием мы хотим жить. Александр Ратушняк сказал, что лично он, как житель города, «примет любое украинское название». Причем под украинским названием почему-то понимают вообще любое сочетание букв, кроме исконного Елисаветград и сегодняшнего Кировоград. Глава областной организации национального Союза писателей Украины Василий Бондарь тоже выступил за любое название, которое будет идти «из недр нашей земли». «Из недр» предлагали: Златополь, Новоказачин, Лелека, Кропивницкий, Тобилевичи и даже Эксампей.

Немного о каждом: Златополь в данном случае не имеет отношения к историческому Златополю, который сегодня является частью Новомиргорода, а предложен профессором Григорием Клочеком несколько лет назад как искусственное название от слов «золотое поле». Мол, название совершенно нейтральное и красивое, относится одновременно и к пшеничным полям, и к залежам золота под Кировоградом. Название Новоказачин тоже не первый год лоббирует краевед и писатель Юрий Мативос, по его мнению, поселение с таким названием существовало здесь раньше крепости. Те же корни имеет предложенное Лелека — поселение казака Лелеки действительно было (отсюда Лелековка). Что касается Эксампея (так называл местность между Днепром и Южным Бугом Геродот), то такое предложение впервые высказал этнограф Александр Босый в интервью «УЦ», и это был, скорее, околонаучный стеб: мол, если уж искать в глубине веков, то пусть будут скифы. Сегодня это предложение уже прозвучало на полном серьезе…

Большинство выступающих ратовали все-таки за возвращение исторического названия, и каждый подчеркивал, что крепость, а вслед за ней и город были названы не в честь русской императрицы ЕлиЗаветы (что сегодня звучит почти как ругательство), а в честь Святой праведной ЕлиСаветы, матери Иоанна Крестителя. Экскурсовод Ирина Сосна предложила: если кого-то раздражает имперское «град» вспомнить короткий вариант Елисавет, который использовался параллельно с полным в литературе и даже на почтовых конвертах.

Вообще сторонники «любого украинского названия», возвращения исконного Елисаветград и те, кто считает, что город должен остаться Кировоградом, друг друга не слышали и не хотели слышать. На встречу в библиотеку Чижевского пришли только те, кто уже имеет свое мнение по этому вопросу и менять его не собирается. Хотя были высказывания и в целом о проблеме.

Заведующая кафедрой украинского языка КГПУ им. Винниченко Светлана Ковтун объяснила, что, с точки зрения науки, городу следует вернуть исконное Елисаветград, но сегодня у многих людей это название ассоциируется все-таки не со Святой, а с царицей, поэтому параллельно с историческим названием стоит рассматривать искусственное Златополь как просто самое красивое и благозвучное из предложенных. Игорь Черный напомнил присутствующим, что переназывать Кировоград в зависимости от политической ситуации каждые пять-десять лет не получится (наш город и так настрадался), поэтому думать нужно не в контексте того, что актуально сегодня, а все-таки на века. И в такой ситуации недопустимо использовать выдуманные кем-то названия, пусть даже и очень благозвучные. Вообще против референдума выступил Юрий Любович. По его мнению, референдум не приведет ни к каким результатам, потому что значительная часть кировоградцев, которая по таким круглым столам не ходит, — это служащие, и они будут ратовать за название Кировоград, просто, чтобы не пришлось переписывать или менять какие-то документы и т.п. Что касается названия, то речь, по его мнению, может идти только о возвращении исконного. Не считает вопрос своевременным и глава городской организации «Свободы» Сергей Запорожан, хотя выступает за название Златополь и призывает всех украинцев (то есть тех, кому не нравится название Елисаветград) остановиться именно на этом варианте.

После круглого стола организаторы провели «мини-референдум». Из 94 человек, которые проголосовали, 60 поддержали название Елисаветград, 13 — Златополь, 10 — Кировоград, 5 — Новоказачин, 3 — Кропивницкий, 2 — Елисавет и один считал, что город должен называться Тобилевичи. Результаты этого опроса ни о чем не говорят в масштабах города. Все-таки кировоградцев, которые в рабочее время посещают мероприятия в научной библиотеке, не так уж много. Приходили только люди заинтересованные, много было верующих разных конфессий, которые, конечно, ратовали за возвращение городу имени Святой. Так что эти результаты ни в коем случае не могут отражать мнение общества в целом. А вот то, что культурные интеллигентные люди, несмотря на регламент и общее желание инициировать все-таки референдум, не давали оппонентам говорить и чуть было не превратили круглый стол в митинг — лишнее доказательство, что вопрос очень даже болезненный.

Ольга Степанова, «УЦ».

Ми продовжуємо розпочате у минулому номері «УЦ» обговорення теми знесених пам’ятників у Кіровограді й можливого майбутнього двох площ — у центрі міста та у парку Ковалівському.

Кіровоградський громадський діяч Андрій Малик одразу після прийняття міською радою рішення про перейменування площі Кірова на площу Героїв Майдану виклав у соціальній мережі свою думку з цього приводу. Андрій висловився за те, щоб центральна площа залишилася місцем відпочинку й носила нейтральну назву. Він для приклада запропонував засадити площу тюльпанами й дати їй відповідну назву — Площа тюльпанів…

Поспілкувавшись з Маликом, ми переконалися в тому, що його думка не була раптовою — доводи Андрія виважені й обґрунтовані:

— Я вважаю, що взагалі будь-які пам’ятники режиму — це неправильно, тоталітарному режиму — тим більше. Площа Кірова, як на мене, як будь-яка центральна площа міста має бути місцем, куди можуть приходити люди на якісь розваги, на концерти, куди можна приводити дітей, які могли б погуляти й отримати якийсь позитивний заряд. І будь-яка наявність символів, що несуть певну енергетику, небажана.

Центральна площа міста має бути територією краси, спокою, якогось релаксу. Ми бачили на фотографіях, що на площі Кіровограда у її центрі в довоєнні часи був фонтан, навколо було багато клумб, красивих дерев. І це передбачало позитивні емоції людей, які там перебували. І це правильно.

Не скажу, що я противник пам’ятнику Героям Майдану. Це люди, що зробили крок назустріч смерті заради своєї країни. Вони заслужили пам’ять в серцях і душах людей на майбутні покоління. Але не у вигляді каменя або металу. Звичайно, що якийсь пам’ятник, пам’ятний знак, може, й потрібен. Я думаю, що жоден з тих, хто загинув, не хотів би стояти в якості пам’ятника на місці, де стояв Кіров, де стояв під час війни Гітлер, де стояв портрет Сталіна.

Зараз стало популярним згадувати, хто наскільки добре знав Віктора Чміленка. Я його знав не дуже добре — ми зустрічалися кілька разів. Не скажу, що це були близькі, товариські стосунки, але я впевнений, що Чміленко точно відмовився б, якби йому сказали, що він буде серед тих, чиїм ім’ям буде названа площа Кірова…

В українській традиції з давніх-давен пам’ять загиблих воїнів вшановувалася по-іншому. Є багато народних пісень, де говориться, що на могилі козака садили дуб, калину. Чому б сьогодні на тій самій Набережній чи в іншому місці не зробити красиву алею, посадити ту саму сотню дерев? За висадженими деревами треба буде дивитися, приходити до них. Коли батько приведе туди свою дитину, він їй зможе пояснити, чому ці дерева тут ростуть, а не розказувати, що це за фігура посеред площі.

Розумію, що викликаю на себе масу критики, але я готовий відстоювати свою точку зору. Я переконаний в тому, що міняти одне на інше — абсолютно неправильно. Через якийсь час, не дай Бог, але може змінитися ситуація в країні, і прийде хтось, хто зіб’є пам’ятник Героям Майдану й поставить на це місце інший. З деревами цього не буде, це трошки інше. Ніхто не стане викорчовувати сад чи парк. І навіть якщо знімуть пам’ятні таблички, то дерева залишаться, і люди будуть пам’ятати.

Що стосується назви площі, то запропонована стилістично звучить трошки невірно. Виходить, площа Героїв Площі чи майдан Героїв Майдану… У Львові, наприклад, незважаючи на багато поколінь, багато режимів, завжди була центральна площа Ринок. І, що цікаво, у Львові дуже багато пам’ятників, і на площі Ринок, також, але жоден не пов’язаний з режимом. Вони стоять на фонтанах — Нептун, Венера та інші. Їх ніколи не будуть знімати, міняти, і площу не будуть перейменовувати. Мені здається, що наша центральна площа повинна називатися Площею Свободи, чи Незалежності, чи Миру. Хай вона буде просто Центральною.

Чи треба було знімати Кірова та Леніна? Як на мене, треба було. Тому що ці пам’ятники були нагадуванням про минулу епоху. Їх в жодному випадку не можна знищувати, переплавлювати, викидати на смітники. Справді, звучить багато цікавих ідей стосовно місця, де вони можуть знаходитися. Так само людина зможе туди прийти й розказати своїй дитині історію.

Коли знімали Кірова, я прийшов з семирічним сином. Він тисячі разів ходив повз пам’ятник, але вперше запитав, хто це такий. Я йому розповів про Кірова, про його роль в історії. Дитина поставила мені декілька запитань: чи народився Кіров в Кіровограді? Чи жив тут? Чи приїжджав сюди? На мої «ні» він логічно запитав: «А що він тут робить?» Але якщо він буде стояти в якомусь музеї, це питання виникати не буде.

Ці масові демонтажі пам’ятників, як на мене, на той момент не дали людській агресії вихлюпнутися поза межі пам’ятників. Люди були накручені негативом, і ці пам’ятники негатив взяли на себе. Покричали, пошуміли, зняли їх і видихнули з полегшенням. Це була своєрідна розрядка. А зараз іде накручування. Згоден, що, якби вони були зняті в рамках закону, ніяких би розмов не було. Якщо ми говоримо про правову й демократичну державу, все має проводитися демократично й у правовому руслі. Але ставити їх на місце — це зайве. І ніяких референдумів! Адже для того, щоб їх поставити, ніхто референдуми не проводив. Я за те, щоб сьогодні усі рішення приймалися виважено, а не з точки зору революційної доцільності.

У пошуках точки зору, протилежної противникам встановлення на центральній площі Кіровограда пам’ятника Героям Майдану, ми звернулися до активістів майданівського руху. Зоя Лебідь, активістка Євромайдану, за її словами, одна з ініціаторів знесення пам’ятника Кірову, поділилася своїми думками з приводу майбутнього площі:

— Щодо пам’ятника я вважаю, що потрібно зробити реконструкцію площі. На місці колишнього пам’ятника Кірову нічого не потрібно ставити, бо будь-яка фігура затулятиме вхід до облдержадміністрації. Для увіковічення пам’яті героїв Майдану можна зробити якусь символічну композицію, вона може стояти збоку площі. Знак має бути нестандартним, як на площах Європи. Це повинен бути не постамент, а символічна фігура, щось більш наближене до людей.

Я як кіровоградка бачу центральну площу міста європейського зразка. Там повинно бути багато чого цікавого: і фонтани, і пам’ятники, і дошки, і простір, де можна проводити вільний час.

Для мене стало новиною, що сесія міськради прийняла рішення про встановлення пам’ятника на площі. До сесії це питання ніхто не обговорював. На Майдані ми говорили про те, щоб перейменувати площу Кірова на Героїв Майдану, а вулицю Дзержинського — на Віктора Чміленка. А щодо пам’ятника… Можливо, пам’ятний знак потрібен, але не на тому місці. Як на мене, це місце взагалі не дуже вдале для пам’ятника.

Що стосується назви площі, я б запропонувала назвати її «Майдан» — як символ подій на київському Майдані, символ свободи. Вже сьогодні люди кажуть: «Пішли на Майдан», ніхто не ходить на площу Кірова. І так будуть говорити з часом. Скоріше за все, це буде природною назвою, тим більше це давньоукраїнське слово. Чому ні?

Записала Олена Нікітіна, «УЦ».

Ожидаемая многими концертная программа кировоградской группы Stargazer (в несколько видоизмененном составе) состоялась. В концерт-холле клуба «Виктория» в прошлый четверг был Deep Purple, был Burn, был драйв и много другого – очень хорошего и необходимого сегодня.

Программа была посвящена трем юбилеям: сорокалетию альбома Burn, сорокалетию Stormbringer и тридцатилетию со дня выхода альбома Perfect Strangers. Отметить 110 на троих собрался полный зал. Известные и любимые абсолютным большинством зрителей композиции с самого начала их звучания взорвали зал. Ребята так отжигали, что зрители не хотели их отпускать. Бис, еще бис и еще.

Были сюрпризы. В самом начале – соло на барабанах Виктора Стрижевского. Он своим профессионализмом и талантом задал тон более чем двухчасовому концерту. В начале второго отделения прекрасным подарком было соло клавишника Дмитрия Еремина. Мастер есть мастер. После концерта мы пообщались с уставшим, но довольным Стрижом.

– Виктор, получилось?

– Думаю, что да. Вообще судить людям, которые пришли на наш концерт. Надеюсь, что аплодисменты были не напрасными. Они – подтверждение того, что всё получилось.

– Понятно, что вы устали, отработав такую программу. Это была больше физическая усталость или эмоциональная?

– Эмоции перебили физическую усталость, которая ушла на второй план. Уже после концерта чувствуешь, что руки-ноги все-таки устали. Но во время концерта об этом не думаешь – очень много экспрессии. Это же музыка, которую надо чувствовать, и ты ее чувствуешь, поэтому выкладываешься.

– Готовя программу, вы быстро сыгрались? Были трудности?

– Мы не знали, кого взять вместо Димы Тараканова, который очень занят. Нам помог наш друг Дима Дорош, предложив Макса. Молодой басист, но талантливый. Он так быстро все схватывает, программу выучил быстрее, чем мы. Проблем во время подготовки как таковых не было, но всегда хочется сделать еще лучше, услышать какую-то неуловимую нотку и передать ее. Для того, чтобы все получилось, в коллективе должна быть гармония. У нас она была, поэтому мы сыгрались.

– Что вам говорили зрители после концерта?

– То же, что и после Rainbow. Фотографировались, благодарили и говорили, что было здорово.

– Впереди – очередной концерт?

– Да, надеемся, что ничего не помешает. 14 апреля – день рождения Ричи Блэкмора. 15-го мы выступим с программой, посвященной моему любимому гитаристу «Блэкморку». Будет такая солянка из Rainbow, в которой он играл, из Deep Purple, в которой он начинал. Надеюсь, что люди придут, потому что это Блэкмор. На дядю Витю-Стрижа, может, не пойдут, а на Блэкмора должны.

А мой Блэкмор – это Руслан Федосеев. Он уже готовится, натирает свой Stratocaster, потому что Блэкмор не изменяет Fender Stratocaster, это его любимая гитара. И у нашего кировоградского Блэкмора тоже есть «фендерок». Мы выберем самые лучшие вещи и зажжем. Будем рады видеть ценителей хорошей музыки.

Елена Никитина, «УЦ».

В отделе искусств библиотеки им. Чижевского открылась выставка гончарных изделий села Цветное Александровского района. Потрясающая вещь: в Цветном делали посуду из местной глины с XVI столетия и до конца прошлого века, цветнянская керамика – особенная, узнаваемая, со своим характером и своими традициями. В течение веков гончарство было основным занятием жителей села, изделия местных гончаров обязательно представлены в экспозициях этнографических и художественных музеев Украины. И, тем не менее, выставка, которая открылась сегодня в библиотеке, – это первая попытка собрать и систематизировать цветнянскую керамику.

Основу экспозиции составляет частная коллекция Владимира Нагорного. Рассказывая о ней, он отметил, что большую часть предметов он приобрел в самом Цветном, у старожилов. Еще совсем недавно в каждом доме сохранялись гончарные круги и другие инструменты, посуда, статуэтки и т. п. Что касается самых ценных предметов, то Владимир Нагорный объяснил, что для него как коллекционера представляют ценность предметы с какими-то пометками мастера (и таких подписанных изделий действительно много: под глазурью на глине написаны фамилия, дата изготовления, а то и полное описание: «Подхлебница, собственность такого-то, 1947 год») и уникальные формы. Преподаватель художественно-графического отделения КГПУ керамист Лариса Гарбузенко, которая занимается изучением цветнянского гончарства и подготовила каталог его первой выставки, объяснила, что пометки делали не просто так. Гончарством занимались в каждом дворе, круг был у каждого, а обжигали керамику в общих горнах, артельно – чтоб не перепутать потом изделия, некоторые мастера подписывали свои работы.

– Гончарство – очень консервативное искусство, – объясняет Лариса Гарбузенко. – Знания и мастерство передавались из поколения в поколение в рамках семьи, секреты берегли даже от соседей. Есть данные, что в Цветном добывали глину и занимались гончарством еще в XVI столетии. Это очень интересно, потому что глина здесь находится на глубине от четырех до двадцати метров. Как ее нашли? Кто понял, что нужно копать именно тут? Потом, конечно, ее добывали специальные люди – глинокопы. А территория шахт была поделена между семьями – в конце XIX века в селе было два керамических завода и 242 гончарных двора, 80% взрослого мужского населения было занято именно в гончарстве.

Вообще Лариса Гарбузенко объясняет, что Цветное – село с уникальной историей. До XVIII ст. оно находилось на польской территории, после присоединения к Российской империи там так и не было введено крепостное право, жители села всегда оставались свободными людьми. По словам хранителя Александровского районного музея Василия Белошапки, в 1900 году в Цветном было 873 двора и четыре тысячи жителей – в четыре раза больше, чем в тогдашней Александровке, основным промыслом уже было гончарство. Во времена Холодноярской республики атаман Пилип Хмара печатал тут даже собственные деньги.

Примечательно, что с приходом советской власти жизнь здесь мало изменилась. По-прежнему в каждом дворе делали свои глечики, была создана бригада, а потом и артель керамистов. Если вы внимательно посмотрите на фотографии, то, безусловно, узнаете характерные орнаменты – в каждом кировоградском доме были кувшины, горшочки, мисочки именно с такими рисунками. Цветное утратило искусство предков в конце прошлого века, когда после гибели нескольких глинокопов, которые действительно работали в жутких условиях, добычу глины запретили. Сначала привозили глину из других регионов, а потом и это забросили – керамика утратила актуальность. Сегодня, когда по всей Украине возрождается гончарное искусство, ценятся аутентичные, вручную сделанные вещи, в Цветном нет ни одного гончара!

Больше всего на выставке, конечно, посуды. Для гончарства вообще и особенно для цветнянской керамики характерна утилитарность. Есть огромные макитры, тыквы и тыквачи (круглые сосуды с узкими горлышками для хранения воды), барыла для вина и кувшины с ручкой сверху – бинчики, горшочки, тарелки и т. п.. А еще в Цветном делали очень интересных баранцов – это сосуды для жидкости в виде барашков. Сделанные в разные времена разными мастерами баранцы похожи, как братья, – они все простые, с минимальным количеством украшений, но с очень выразительными мордами и красивыми рогами. Но самое потрясающее – львы! Как и почему в лесах стали делать львов, неизвестно. Львы все тоже похожи друг на друга, и главная их особенность – отсутствие свирепости. У цветнянских львов глуповатые щенячьи морды, иногда даже языки высунуты.

Кроме изделий, представлены старинные фотографии, гончарные круги, более поздние формы для керамики и… черепки. Дело в том, что на территории Цветного находят памятки Черняховской культуры. Исследователям очень интересно: не сделаны ли они из той же уникальной по своим качествам лесной глины и не является ли цветнянское гончарство промыслом гораздо более древним, чем принято считать…

Ольга Степанова, фото Елены Карпенко, «УЦ».

Именно такая фраза прозвучала в конце разговора с Виктором Гончаровым, который находился в составе ограниченного контингента Советской Армии в 1968-1970 годах в Египте.

Виктор Константинович служил полтора года срочной службы в Арабской Республике Египет. Советские войска попали туда после поражения Египта в Шестидневной войне, когда войска АРЕ, вооруженные лучшим на тот момент советским оружием, продемонстрировали свою полную неспособность воевать. Среди представителей правительства африканской страны начались разговоры о «бракованном оружии». Чтобы опровергнуть их, правительство СССР решило согласиться на просьбу президента Египта Гамаля Насера и предоставило советских «военспецов» для участия в боевых действиях и обучения местных военных. Боевые действия велись в основном с помощью артиллерии и авиации. В мировой истории эта война получила неофициальное название «Война на истощение». Появление этого названия связывают с высказыванием Насера: «Если действия врага приведут к потерям в 3000 человек в этой кампании, мы всё равно сможем продолжать борьбу, так как у нас имеются людские резервы. Если наши действия приведут к десятитысячным потерям врага, он будет вынужден прекратить сражаться, потому что у него нет людских резервов». Насер считал, что, если подвергать Израиль частым атакам с помощью артиллерии, диверсантов и авиации, это вынудит его постоянно держать под ружьём большое количество резервистов, что тяжело скажется на израильской экономике и сделает Израиль более уступчивым. Отсутствие активных боевых действий объясняется ещё и серьёзным противостоянием разведок двух ведущих держав мира: СССР и США. В Средиземном море находился 6-й американский флот, а на территории Египта — несколько баз советских разведывательных самолётов. Вот в одной из них и служил матрос Витя Гончаров.

— Виктор Константинович, а как вы попали в Египет?

— После окончания машиностроительного техникума в Кировограде — меня отправили на работу в Волгоград. Пробыв там пару месяцев, я был призван в армию и направлен в Крым — в учебку, которая находилась в поселке Октябрьское. Практически сразу по приезде нас начали «обрабатывать» на предмет прохождения службы за пределами страны. Нужно сказать, что эта подготовка шла очень осторожно и исподволь. Только после армии я узнал, что меня проверяли спецслужбы и в Кировограде, и в Волгограде. Я ещё до армии получил права, вот и учили вождению военного транспорта. Мне пришлось учиться водить автобус. Всё это время с нами ненавязчиво беседовали различные высшие чины. Даже адмирал Храмцов (вошёл в историю советского мореплавания как штурман первой и единственной подводной лодки всплывшей на поверхность на Северном полюсе. — Авт.) с нами беседовал. В день отлёта перед трапом самолёта мы проходили последнее собеседование. Вёл его представитель Генштаба из Москвы, который всем предлагал отказаться от поездки. Ни один не отказался! Когда началась отправка, нас одели в гражданскую одежду (костюмы, плащи, фибровые чемоданчики), мы до последнего не знали, куда отправляют. И только в самолёте стало известно, что пункт назначения — Африка. Так мы в Каирском аэропорту и приземлились. Кстати, одно интересное наблюдение: в эту поездку попали только те, кто имел минимум 2-х братьев или сестёр. В те времена заботились, чтобы в случае непредвиденных обстоятельств семья могла продолжить род.

— Чем вы занимались в Египте? Какие были ваши воинские обязанности?

— Я — водитель. С самого начала мне доверили самое ценное — детей. Дело в том, что советские лётчики приезжали туда вместе с семьями, и у многих были дети, которых надо было возить в советское посольство в школу. Наша часть стояла прямо возле пирамид. В её составе было 3 эскадрильи: две — бомбардировщики, некоторые из которых были переоборудованы под разведку: в бомбовом люке стояли огромные фотоаппараты, способные сделать высококачественный снимок с высоты в несколько километров, а ещё одна — самолёты-амфибии, задача которых была выбрасывать в море специальные автономные буи, которые фиксировали шум винтов подводных лодок США и передавали информацию об их передвижениях. Ну и, кроме всего прочего, — наземный обслуживающий персонал, тоже офицеры с семьями. График работы у всех был привычный — 5 рабочих дней, 2 — выходных. В выходные возил семьи офицеров на море или в Каир, иногда делали экскурсии по Египту. Часто приходилось возить в александрийский порт офицера по спецпоручениям. У него к руке был пристёгнут портфель, в котором, видимо, находились документы с результатами аэрофотосъемок. Его я подвозил прямо к трапу причалившего советского корабля, он быстро поднимался на борт и возвращался уже без портфеля, а корабль уходил в море.

— Как обстояли дела с транспортом в Египте в то время? Проблем не было?

— Буквально в первый месяц службы попал я в аварию. Меня «подрезал» один араб. А надо сказать, что машин было много хороших и разных. Правила дорожного движения почти никто не соблюдал: как хотели, так и ездили. Так вот, после аварии (в которой я не был виноват) забрали нас в полицейский участок. Полицейские, как узнали, что я — русский, того араба чуть не избили! После этого случая проблем у меня не было, а командир строго предупредил: никаких подписей ни в каких учреждениях не ставить! Мало ли что подпишешь, если язык не знаешь! Кстати, у нас у всех были местные паспорта. Что там было написано — никто не знал, только фотография и арабская вязь.

— А как к нашим специалистам вообще относились местные жители?

— Очень доброжелательно! В любое время достаточно было сказать, что ты — «анна-русь», как местные готовы были оказать любую помощь. Вот хотя бы такой случай: пошли мы как-то с другом в свой выходной на пирамиду Хеопса посмотреть. Обошли вокруг, сфотографировались с местными, а потом возникла мысль наверх залезть. А там полицейский охраняет — по периметру ходит. Только мы начинаем лезть наверх, он начинает кричать: «Слазь, экскурсия идёт!» То есть не прогоняет, а просто не разрешает лезть при чужих. Дождались мы перерыва в желающих посетить пирамиду и полезли с молчаливого согласия этого полицейского. Лезть трудно, вверху ступеньки узенькие — сантиметров 30 шириной и около 80-ти высотой. Если соскользнёшь — только внизу остановишься. Залезли мы с товарищем наверх, а там — площадка (говорят, её ещё Наполеон приказал сделать). На этой площадке, судя по выцарапанным надписям, столько народу уже побывало — просто уму непостижимо. Есть теперь там и моя фамилия. Молодой ведь был! А вниз лезть ещё труднее, но ничего, слезли. Полицейский отвернулся, якобы нас не видит, а мы пошли, как ни в чем не бывало. Вот вам и отношение к русским! Они ведь прекрасно понимали, что без нашей помощи победить не смогут. Зенитчики рассказывали, что в первый день, когда они заступили на боевое дежурство, начался налёт самолётов на их часть, они сбили несколько, после этого налёты прекратились: израильтяне поняли, что уже не арабы воюют. Наших там много было не только военных, ведь строили заводы, фабрики. Чего стоит только Асуанская плотина (построенная при непосредственном участии советских специалистов плотина, перегородившая Нил. Имеет следующие размеры: 3600 м в длину, 980 м в ширину по основанию. Асуанский гидрокаскад снабжает электроэнергией и поливной водой миллионы человек. — Авт.)!

— Как оплачивалась ваша служба?

— Мы получали зарплату от египтян. Я вот теперь и думаю, что нас использовали как наемников. Очень трудно было найти хоть какие-то документы, подтверждающие мою службу в Египте. В морском архиве Крыма есть информация о моей службе в учебке, и всё! А получали мы много: 51 египетский фунт. По тем временам — это 510 рублей! И это — оплата рядового водителя! Из зарплаты 3 фунта вычитались на комсомольские взносы, 9 фунтов — оплата за питание. Нас кормили в столовой, которая больше на ресторан похожа была: несколько видов блюд на выбор. Около 30 фунтов я перечислял на книжку (потом получил их в чеках Внешторга, причем столько, что хватало на машину!), а остальное мы тратили на себя: и одежда, и экскурсии, и любой отдых — за свой счёт.

Вот теперь вся эта информация и заставляет меня думать, что мы там были как наёмные войска, а не просто как «ограниченный контингент». Когда в 1970 году шёл на дембель, просили меня остаться на сверхсрочную службу, с более высокой зарплатой, но я не согласился…

Алексей Гора, «УЦ».

В прошедшие выходные до полуночи сидел в Инете. До этого момента не представлял, какая война здесь развернулась. Пошлая и подлая, жестокая и коварная.

Вы, конечно, догадались, речь идёт о виртуальном общении с россиянами. С некоторыми я был знаком непосредственно, а в иных просто искал интересных собеседников, людей, близких по духу. До последнего времени мы как-то находили общий язык, общие интересы. Но теперь…

Когда ты объясняешь, что на самом деле происходит в Украине, или комментируешь сообщения российских СМИ, когда пытаешься говорить с ними по душам и выносишь на круг свои и боль, и страх за будущее, тебя просто никто не слышит. В лучшем случае остаются равнодушными, в худшем — оскорбляют и унижают. Так одна дама посоветовала мне застрелиться, другой мудрец — лечиться у психиатра, а третий (поэт-украинофоб и сисадмин-контрразведчик) по фамилии Марат Куприянов назвал «бандеровским выб…ком».

Ещё одна поэтесса, когда я написал ей «уже сегодня в Симферополе российским спецназом убит один украинский прапорщик, еще один офицер ранен. Боюсь, завтра начнётся война», ответила мне так: «А что этому украинскому офицеру понадобилось в российском городе? Хватит топтать русских и Россию!»

Воистину: «слепые поводыри слепых»!

Следуя принципу здорового пофигизма, я бы, наверное, игнорировал и эти строки, и этих так называемых друзей. Но оказалось, что это не просто «чирей», от которого можно легко избавиться. Это — «застарелая язва», это явление со многими подтекстами — политическим, информационным, психологическим.

Размышление первое. Россияне не видят и не хотят видеть, как изменился мир вообще. И как изменилась Украина в частности. Они по-прежнему считают её непослушной младшей сестрой, которую можно ставить в угол. В этом деле путинская пропаганда активно использовала прежние идеологические наработки. Одна из них: с украинцами смешно, предосудительно, просто невозможно говорить на равных. Вторая — запугивание: те, кто у нас стремится к свободе, независимости, демократии и европейским ценностям, у них — махновцы, бандеровцы, фашисты. Недавно появился новый ярлык: «обамкины обезьянки».

Судя по ответам моих знакомцев (а среди них персоны, у которых предполагалось нестандартное мышление, незашоренность и вдумчивость), похоже, что российские СМИ даже в их сознании успешно создали образ «злобных, фашиствующих бандеровцев», которые регулярно устраивают погромы по всей стране, которые вот-вот вырежут всех, говорящих по-русски. Откровенно сказать, беда в том, что мы им в этом кое-чем помогли. С одной стороны, несколько лет подряд проигрывая информационную войну. С другой, в эту «топку» реальные дровишки подбрасывают панове радикалы из «Свободы» и других организаций. Многие из них после Майдана ощутили в себе силы выступать в роли Дантонов, Маратов и Робеспьеров. Но они выглядят примитивными и вульгарными. Ведь не поиском «ведьм» (особенно среди журналистов) и кадровыми зачистками нужно заниматься сейчас. Хорошо бы сосредоточиться на реформировании банковской системы, на помощи фермерам и предпринимателям из малого и среднего бизнеса, на формировании крепкого среднего класса. Ибо последний является основой основ во всех передовых демократических государствах.

Для всего этого нужны прежде всего профессионалы. Как оказалось, среди тех, кто сейчас пришел к власти, особенно на уровне управленческих структур районов и городов, их не так много. И уж если новой власти так претит использование прежних «спецов», пусть она пойдёт навстречу молодой элите — выпускники европейских и американских вузов уже месяц, как заявили о своей готовности работать практически бесплатно.

Размышление второе. Многие «пересічні громадяни», особенно старой формации, находятся сейчас в состоянии испуга, растерянности или депрессии. Их «выздоровление» и вовлечение в новую постмайдановскую жизнь зависит сейчас от скорейшего решения серьёзных насущных задач на местах. От тех дел, которые сплотят общество и докажут дееспособность власти. От умения вести их только в правовом поле, по европейским нормам. Особенно, если это касается национализации различных объектов и предприятий, детенизации экономики и обвинений в сепаратизме. Экспроприация, мордобой, иное физическое и моральное насилие показывают Европе (а ещё и России) только наши невежество и непрофессионализм.

Громада ждёт от местных властей конструктивной работы — по наполнению бюджета, по сокращению безработицы, по социальной защите, по укреплению здравоохранения и т. д. Может ли получить область от нового головы Кировоградской ОГА не точечные уколы, а программу, скажем, подобную «Центральному региону»? Пускай не такую обширную, но реально обоснованную, привязанную к нашим условиям, а главное — выполнимую.

Размышление третье. Любой перелом в сознании людей, любая перестройка, любая революция болезненно отзываются на их психике. В этом смысле неплохие советы даёт социальный психолог Олег Покальчук. Цитирую: «Надо понять, что мы в таком мире теперь будем жить. Нужно как можно быстрее расстаться с мыслью о том, что все вернется и будет как раньше. Не будет. Эта ситуация изменила весь мир. Он не стал хуже. Он теперь просто другой.

Нужно констатировать неприятную вещь, что подлецы и негодяи живут среди нас. Начиная с первого избиения участников Евромайдана, говорили, что избивал русский спецназ, который специально для этого прислали. То есть это — не мы, это — чужие. Это свойство человеческой психики. Мы не хотим признавать, что негодяи и подлецы похожи на нас — у них две руки, две ноги, мы граждане одной страны и разговариваем на одном языке. Это нужно признать.

Страх исчезает, когда вы понимаете, что с врагом из-за границы бороться сложно. Как в Советском Союзе с происками Запада. Потому что Запад — он ужасный, он могущественный. Вот и нам с Россией бороться невозможно, потому что она большая, страшная, непредсказуемая. Поэтому начинаем бороться с собственными негодяями, дураками, лентяями. Вот когда они будут побеждены, тогда и враг будет побежден, потому что он действует их руками».

Размышление четвёртое. Доказывая оппонентам «братской» страны то, что в наших степях можно говорить и по-русски, я привёл такой пример. До 1994 года в Кировоградской области все местные издания выходили исключительно на украинском языке. Затем появилась газета «Украина-Центр», которая успешно издаётся и по сей день на русском языке. Насколько мне известно, ни в дни Майдана, ни сейчас никто её не штурмовал, ни жёг, ни закрывал. Надеюсь, так будет и дальше.

И под занавес замечательный одесский анекдот: «Ты знаешь, я уже боюсь на улице разговаривать по-русски. — Почему? Ты боишься, что тебя могут обидеть бандеровцы? — Нет, я боюсь, что придут русские и будут меня защищать».

Роман Любарский.

Не успели оглянуться, а уже и первый весенний месяц закончился. Украина перешла на летнее время, а также на жесткий режим экономии. Однако нам крайне приятно, что наши читатели не стали экономить на бумаге и конвертах и по-прежнему пишут нам письма. Причем проблемы, которые они поднимают, самые разные — от глобально-политических до сугубо личных.

Начнем, пожалуй, с околополитических тем, и первым процитируем отрывок из письма группы пенсионеров-кировоградцев, заинтересовавшихся новой областной властью. «Кто придумал в качестве главы облгосадминистрации прислать в Кировоград, где эта политическая сила, мягко говоря, не имеет такого авторитета, как в западных областях Украины, свободовца Александра Петика? На какую поддержку может рассчитывать представитель «Свободы» в регионе, со времен нашей независимости чаще всего шагавшем «не в ногу», который иногда относили к так называемому красному поясу? Мы не являемся ярыми сторонниками Партии регионов и не голосовали ни за Януковича, ни за ПР, но категорически отрицать то, что эта команда сделала для города и области столько, сколько не было сделано за все предыдущие годы, нельзя. Люди переживают, что все намеченное предыдущей властью будет просто выброшено в мусорную корзину, что все будет решаться теперь только с позиции силы толпы и оружия, что на первый план будут выдвинуты второстепенные проблемы типа языковой, что опять портфели будут раздаваться не по профессиональному, а по партийному признаку и т.п. Мы попытались найти в Интернете хоть что-то, связанное с предыдущей деятельностью нашего нового губернатора, однако, за исключением общих фраз, — ничего… Неужели Кировоградщина после С.Ларина и А.Николаенко заслужила такое отношение к себе???»

Думаем, что большинство жителей Кировоградщины будут еще долго сравнивать руководителей всех уровней с предыдущими главами облгосадминистрации, которые и в самом деле вывели нашу область из числа отсталых депрессивных территорий. Хочется верить, что возвращения к махровому совку в кадровой политике не произойдет и она будет строиться не на том, сколько человеко-часов претендент провел на Майдане и сколько присутствующих на вече его поддерживают криками, а от того, насколько он профессионален и какую пользу сможет принести нашей с вами малой родине. А уж есть ли у него партбилет и какого он цвета, — это должно волновать всех в самую последнюю очередь. Все это касается в том числе и главы ОГА А.Петика. Тем более что он сам предположил, что он здесь человек временный.

Масса вопросов — в письме кировоградки Л.Легезы. Процитирую лишь некоторые из них: «Куда мы идем? Что строим? Неужели несколько десятков человек должны были решать судьбу нашей площади? Кто их уполномочил? /…/ Неужели не нашлось имени кировоградских героев? (Это относительно переименования ул.Дзержинского и площади Кирова. — Авт.) Хотя бы А.Гиталов, майор Вихрь… /…/ Кто дал право молодым зеленым заставлять проходить в зал заседания исполкома, вытирая ноги о флаг Партии регионов? /../ У нас были губернаторами С.Ларин и А.Николаенко. Сколько они сделали для области! А теперь кто-то объявил их персонами нон-грата. А что этот кто-то сделал для области? Почему не прореагировали люди на плевок в лицо А.Саинсуса?»

Почему-то кажется, что после Майдана вопрос о том, куда идем и что строим, должен отпасть сам собой — как бы нам ни пытались «помочь», Украина все-таки стремится в европейское будущее. Конечно, будет не просто трудно, а очень трудно, но хотя бы попытаться чего-то достичь в плане развития и благополучия своей страны мы просто обязаны — ради будущего наших детей. Что касается переименования площади и улицы Дзержинского — возможно, и не очень продуманно это было, но такова была ситуация в стране и городе. Мы снова наступаем на те же старые грабли — как раньше практически в каждом городе была площадь и улица Ленина, точно так же теперь и с Небесной сотней. Сложно будет и реконструировать ее, чтобы убрать пустующий теперь постамент, потому что он был сделан под конкретный памятник. В общем, проблем добавилась масса. Если бы не пороли горячку, как говорят, то, может, что-то другое, более подходящее придумали бы — например, разбить красивый сквер и высадить деревья в память погибших… Истории с плевком и флагом — лишь подтверждение уровня развития и воспитанности новых «революционеров». Ну а что касается объявления персонами нон-грата С.Ларина, А.Николаенко и др. — уверены, большая часть жителей Кировоградщины не поддерживают этот шаг кировоградских майдановцев. Нам остается лишь ждать и наблюдать, что для города и области смогут сделать герои нашей новой истории…

Кировоградка Виктория Пионтковская попыталась ответить на заданный в публикации «Память на постаменте» вопрос, кто и зачем убрал памятник Кирову. «Погибли люди. Много молодых людей на Майдане. В память об их борьбе убрали символ старых мыслей во власти». Очень хочется надеяться, что отсутствие памятников Кирову и Ленину в Кировограде поможет эффективной работе новой власти, как говорят с трибуны, на благо территориальной общины.

«Политический» блок обзора поч­ты завершен, пора переходить к прозе жизни. И первым прозаическим произведением у нас будет транспортный рассказ. Скоро год, как на Кировоград обрушилась, даже, наверное, просто рухнула транспортная реформа. Все это время со всех сторон и СМИ, и простые жители через письменные обращения в органы городской и областной власти пытались каким-то образом повернуть эту самую реформу лицом к кировоградцам, но она упорно разворачивалась и разворачивается, как избушка к лесу. Группа жителей из микрорайона Беляева надеется, что, может, новые власти смогут хоть в чем-то попытаться решить проблему. «Почему-то все транспортные чиновники считают, что люди живут только вдоль следования маршрутов, соединяющих Попова — Жадова и Николаевку, и решается только вопрос с транспортным обеспечением этих районов. Мы же теперь «облагодетельствованы» транспортом по полной программе: если раньше через наш район проходили 6 маршрутов, то теперь — только 3. Первое «покращення». Второе — 112-е маршрутки, которые идут с Попова через Ковалевку, практически весь день забиты под завязку, а шестерку по надуманным причинам отменили. Как результат — стало очень сложно старикам добираться в 5-ю поликлинику, а в обратном направлении — без пересадки теперь не доехать ни до роддома, ни до больницы скорой помощи, ни до госпиталя. Третье — с отменой «шестерки» мы теперь не имеем возможности поехать на Лелековское кладбище — нужно или идти к областной больнице, а это не всем уже по силам, или делать пересадку на другой транспорт. Скоро «гробки», пора наводить порядок, а поехать очень сложно. А ведь жители этого микрорайона старались похоронить своих родных и близких именно на Лелековке, потому что было удобное транспортное сообщение».

Уважаемые господа чиновники! Сколько еще должно быть обращений к вам, чтобы вы наконец-то снизошли со своих пьедесталов и повернулись лицом к людям? Сколько еще нужно написать статей в газетах и снять сюжетов для телевидения? Вас опять нужно приглашать на «утренний моцион» по маршруткам или вы наконец-то начнете работать не на «дядю», владеющего маршруточным парком, а на территориальную общину?

Следующее письмо — «театральное». Его автор — В.Д.Журавель из Кировограда — имеет несколько, скажем, претензий к нашему театру им.Кропивницкого. Первая: «В партере ставят эти раскладушки-гамаки для своих родственников. Ни в одном уважающем театре этого быть просто не может. /…/ Люди приходят нарядные, красивые, а рядом с вами полулежат, и выйти невозможно. А как же техника безопасности, куда деваться, если вспыхнет пожар?» Ну, насколько мне известно, а я очень часто бываю в театре, приставные стулья ставят только в том случае, если на спектакле аншлаг, а желающие, и не только родственники, как вы упоминаете, попасть на него все-таки есть. Такая ситуация отмечается в основном на гастрольных или премьерных спектаклях. Кроме того, лежать на этих креслах невозможно, там спинка не позволит. И наверняка никто из администрации театра не захочет рисковать, нарушая технику безопасности.

Вторая претензия: «Почему наши звезды так бедно одеты?» — и в качестве примера приводится концерт к 8 Марта. Я тоже была на этом концерте и не сказала бы, что все было бедно. Но есть один интересный момент: бюджет финансирует исключительно заработную плату коллектива и коммунальные платежи. На все остальное — на костюмы, постановку новых спектаклей, декорации и т.д. — театр зарабатывает сам, посредством вашего и всех зрителей посещения театральных постановок. Чем чаще и больше люди будут ходить в театр, тем большей будет у него прибыль, тем дороже и красивее костюмы и декорации, тем более знаменитых режиссеров будут приглашать к нам для постановки спектаклей — и далее по кругу.

Ну а третья претензия — относительно сбора денег на цветы актерам — извините, просто смешная. Если я хочу отблагодарить актера, который мне нравится, я захожу в цветочный магазин, которых недалеко от театра два — в «Фуршете» и на остановке напротив бизнес-центра «Эльворти», — и покупаю цветы в зависимости от своих возможностей. Это зависит от внутренней культуры каждого зрителя.

Наша читательница по имени Александра с детства имеет проблемы со слухом, но, несмотря на это, очень любит ходить в кино. И у нее возникает совершенно логичный вопрос: почему фильмы в кинотеатрах идут без субтитров? Автор письма задала очень актуальный вопрос, и мы попытаемся в ближайшее время разобраться с ним и подготовить отдельную публикацию.

Житель Новоукраинки К.Г.Залуж­ный крайне возмущен употреблением в нашем и других СМИ терминов «губернатор» и «мэр» по отношению к нашим украинским чиновникам. Приводим сведения из электронной энциклопедии «Википедия» (русский и украинский варианты).

Губернатор (через польск. gubernator из лат. gubernator от др.-греч. κυβ(kybernētēs) — «кормчий») — глава большой административно-территориальной, федеративной единицы.

Губернатор — офіційний представник влади, голова місцевого підлеглого уряду колонії, штату, території тощо. Країни світу мають різні назви цієї посади. В українських ЗМІ губернаторами неофіційно називають голів обласних державних адміністрацій, які є гілками центральної виконавчої влади.

Мэр (фр. Maire — старшина) — глава администрации, глава исполнительной власти населённого пункта, чаще всего города, в некоторых странах — и небольшого региона. Существуют также другие наименования главы городской власти: городской голова — в России до 1918 года, Эстонии, в Калуге и в Украине.

Следовательно, в неофициальных публикациях употреблять данные термины, дабы избежать повторов в тексте, вполне оправданно.

Ну и напоследок — как обычно, благодарность медикам. Семья Русских выражает огромную благодарность врачам 5-й поликлиники: терапевту Л.Д.Риге, невропатологу З.А.Миненко, хирургу В.Д.Смирному и медсестре Л.В.Бондини за их высокий профессионализм, чуткость и внимание.

Как обычно, заканчиваем обзор почты самой популярной публикацией месяца. Совершенно естественно максимального количества комментов — 326 — заслужило интервью Е.Мармера с бывшим губернатором Кировоградщины «Сергей Ларин: «Желаю, чтобы они сделали для Кировоградщины больше, чем мы»».

Ольга Березина, «УЦ».