Автор: Админ

15 декабря исполнилось бы 75 лет достойному кировоградскому гражданину, поэту и журналисту Виталию Цыпину. Накануне этой даты в библиотеке имени Чижевского на вечер памяти собрались родные, друзья и просто почитатели его поэтического дара. Присутствовали давние коллеги – телевизионщики, газетчики и поэты.

Во многом он был первым. Так считают все участники, присутствовавшие на мероприятии. Первым собственным корреспондентом государственного канала, первым заслуженным журналистом Украины в сфере телевидения и радиовещания, первым редактором «УЦ», первым по жизни… По словам его коллеги Евгении Шустер, свои стихи он кропал на любом бумажном носителе. Иногда и не на бумажном. Это подтверждают и родные поэта, и его коллеги по творческому цеху Валентина Бажан, Мария Лебедь, Владимир Мощинский, Ирина Науменко, голос Кировограда Николай Левандовский и главный хормейстер города Юрий Любович. Сочинял легко, в своих стихах размышлял, философствовал, часто был ироничен. На его тексты написано немало песен. Медколледж имени Мухина и филиал университета «Украина» использовали его стихи для своих гимнов…

Вспоминали о Виталии Семеновиче не только, как о творческой личности, многие считают его своим учителем, наставником, даже вдохновителем. Именно Виталий Цыпин был инициатором создания на базе университета «Украина» факультета журналистики. Да и учителем он был замечательным. Как выразился нынешний ректор филиала Александр Барно, на лекции Цыпина студенты ходили с удовольствием. Он, как никто другой, мог изложить материал.

Виталий Семенович знал многих знаменитых, знаковых на то время людей. Пересекался по профессии с Гиталовым, Шлифером, со всеми руководителями города, области. Был одноклассником известного политика Владимира Горбулина. В 1999 году Горбулин приезжал к Виталию Семеновичу на его 50-й день рождения. Рассказывают, что праздник был организован на широкую ногу. Фигура-то масштабная…

Для Кировограда Цыпин был да и остается символом. Целой эпохой. Областная научная библиотека имени Чижевского продолжает собирать материалы о его жизни и творчестве. В этом ей на минувшем мероприятии помогли и присутствующие участники. Кто подарил стихотворения, им же написанные, кто — редкие снимки. Постепенно собирается коллекция, и, скорее всего, она дорастет до отдельной выставки.

Руслан Худояров, «УЦ».

Опубликовать мнение одного только Алексея Ивановича о «Скорпах» и предстоящем концерте их официальной трибьют-группы Wind of Change, как нам показалось, – слишком мало по отношению к этой глыбе мирового рока. В Кировограде живут не просто поклонники, а настоящие фанаты их творчества, и не предоставить им слово было бы несправедливо.

Маша Болгар, менеджер салона оптики и самая большая поклонница Scorpions (по версии лидера кировоградской рок-тусовки Эдуарда Гевы):

– Scorpions меня вдохновляют. Вот прямо сейчас я сижу на диване и читаю не что-нибудь, а автобиографию Рудольфа Шенкера. Хотя это трудно назвать биографией – в книге собраны мысли музыканта, его житейский опыт, а этот опыт может пригодиться каждому. Главный принцип его жизни – делай то, что тебе нравится делать. Я стараюсь следовать этому принципу.

Не все это знают, но группа была организована еще в 1965 году. Но тогда Германия не принимала этих ребят, отторгала их песни и тексты на английском языке. И, тем не менее, в 70-х годах группе удалось добиться признания благодаря сплоченности и крепкой дружбе и, конечно же, принципу «делай то, что нравится, несмотря на невзгоды». Я начала слушать «Скорпов» где-то с 18 лет и с тех пор не расстаюсь с ними. Моя комната скорее напоминает комнату подростка, чем успешного менеджера, – стены увешаны плакатами и все такое. Естественно, я бывала на всех концертах «Скорпов», до которых смогла дотянуться. Самыми памятными для меня были три концерта. На первом месте – концерт 2010 года в Одессе. Я ехала на него практически из больницы, у меня тогда были проблемы с шеей, я носила специальный воротник. На концерте эта штука очень мешала, я не выдержала и сняла его. Так вот, несмотря на то, что весь концерт я плясала и мотала головой, хуже не стало. Наоборот, шея выздоровела!

На втором месте стоит рок-фестиваль в Днепропетровске. Он запомнился тем, что к его середине с неба хлынул такой дождь! А я простужена, с температурой стою по колено в воде. Зрители разошлись по палаткам, возле сцены осталось человек 50, не больше. Но, когда на сцену вышли Scorpions, о ливне все забыли. Вообще на всех концертах группа моментально заряжает зрителей, это просто незабываемая энергетика. И что бы вы думали – несмотря на ливень, моя температура прошла, я выздоровела. Так что проверено на себе – музыка Scorpions исцеляет.

Еще запомнился концерт в Москве – после него была автограф-сессия с музыкантами. Я смогла пообщаться со всеми членами группы и подарила Клаусу Майне подарок (у него в тот день был день рождения) – фотоколлаж на тему картины «Казаки пишут письмо турецкому султану», в лице главных героев картины – музыканты группы.

«УЦ» не могла оставить без внимания и мнение одного из самых авторитетных поклонников рока и, наверное, главного в Кировограде музыкального коллекционера Юрия Горобченко:

– Я впервые услышал Scorpions году эдак в 76–77, точно не помню. Но зато хорошо помню первое впечатление: это был весьма необычный рок. До них были, с одной стороны, Led Zeppelin и Deep Purple, с другой – Black Sabbath. «Скорпы» же не были похожи ни на кого. Поэтому было решено, что они представляют собой так называемый немецкий рок. Любимым альбомом могу назвать Blackout, он вышел в 1982 году. Изюминка «Скорпов» – это, конечно же, их медленные композиции, баллады, я до сих пор очень люблю их слушать. К сожалению, попасть на их живой концерт мне не довелось, так что есть дополнительный стимул прийти в «Викторию» и услышать Wind of Change. Я с их работой уже познакомился через «Ютуб», и они произвели на меня очень хорошее впечатление.

Влияние Scorpions отмечают даже те, кто не является поклонником тяжелых направлений рока, а отдает предпочтение традиционным его течениям. Например, основатель телекомпании ТТВ Виктор Токарев:

– Не скажу, что являюсь большим поклонником Scorpions, но должен признать, что этот коллектив оказал колоссальное влияние на развитие рока. Для себя я отдельно отметил их относительно недавний музыкальный эксперимент – концерт с Берлинским симфоническим оркестром Moment of Glory, сыгранный в 2000 году. Их музыка очень органично сочетается с оркестром, плюс там был детский хор, все это вместе создавало совершенно удивительную атмосферу. Когда дети пели, аж на слезу прошибало, особенно зная, о чем поется. После этого концерта знаете, чего мне захотелось? Захотелось послушать классическую музыку. Этот эксперимент «Скорпов» для меня как бы установил связь между классикой и роком. Думаю, что я еще сильнее почувствую эту связь 18 декабря, когда приду на концерт в «Викторию».

Ну и напоследок свое веское слово о немецкой группе решил сказать золотой голос кировоградского рока Михаил Пахманов (Берлин):

– Я всегда был настоящим поклонником Дио. Поэтому все группы, которые мне приходилось слышать, я сравнивал с ним по качеству вокала. Это было мое мерило, и, конечно, многие группы под это мерило не подходили. Но когда я впервые услышал Скорпов, то был очень удивлен – это было совсем другое пение, но такое же выразительное и эмоциональное, как и пение Дио, хотя, на мой взгляд, немного лиричное, мягкое… Я полюбил эту групу и с удовольствием слушаю до сих пор. Я даже готовлю к будущему концерту мою любимую песню Scorpions May be I, May be You. Один раз побывал на их концерте в городе Бремерхафен на севере Германии. Народ сидел, стоял и лежал на берегу, а сцена была устроена на понтонах в море. Концерт был просто потрясающим! Добавлю только, что петь песни, которые пел Klaus Meine, так же сложно, как и песни, которые пел Ronnie James Dio!

Подготовила Виктория Барбанова, «УЦ».

На фоні нинішніх непростих подій українська естрадна пісня радянського періоду раптово зазвучала абсолютно по-іншому, набувши несподіваної актуальності. Схоже, творчість Назарія Яремчука, як і поезія Шевченка, випередила свій час – глибинне розуміння її відбувається лише зараз, на порозі війни.

Саме такі думки вирували в моїй голові під час концерту Дмитра та Назарія Яремчуків – талановитих синів свого батька. Дмитро – професійний співак, випускник Національної музичної академії ім. П. Чайковського, а Назарій-молодший обрав шлях композитора. До доробку свого батька й ВІА «Смерічка», з яким було виконано більшість найзнаменитіших його пісень, брати Яремчуки додали свої твори. На концерті у театрі ім. Кропивницького поруч зі «Стожарами», «Тече вода» та іншими звучали нові пісні – «Мама», «Подарую світу», «Моя Україна – велика родина». Власне, як і у «Смерічки» свого часу, багато пісень братів присвячені родині та любові до своєї землі. Дмитро з Назарієм так і називають ці пісні – національно-патріотичними і вважають, що зараз настав час саме для них. Тому з початку року вони організували великий тур «Моя Україна – велика родина», у рамках якого й відбувся кіровоградський концерт. Треба відмітити, що глядачі у залі (а зал, до речі, був повний) тепло приймали всі пісні: нові зустрічали оплесками й криками «Молодці», старі й відомі співали разом із виконавцями. А після концерту Дмитро та Назарій погодилися дати невелике інтерв’ю «УЦ».

– Хлопці, у мене під час концерту виникло таке відчуття, що ви організували тур «Моя Україна – велика родина» через події на сході нашої держави. Це так чи ні?

Д.Я.: – В цілому так. Думаю, ви помітили, що у своїх творах ми насамперед оспівуємо родинність, єднання. Я вважаю, що пісня, справжня пісня має нести слухачеві не лише позитивний настрій, а й нагадувати про моральні якості – такі, як любов до матері й батька, дружба, кохання, повага, любов до батьківщини. Досить довгий час ставлення до національно-патріотичних пісень на кшталт тих, які співав наш батько, було дещо байдуже, людям були цікаві інші теми. А зараз, у цей непростий час, суспільство повертається до національно-патріотичної пісні, відчуває потребу в ній, починає розуміти ті почуття, які вона передає. Наскільки актуальними зараз є патріотичні пісні, свідчить хоча б повний зал театру – ми навіть не очікували цього. Частину виступів у рамках туру «Моя Україна – велика родина» ми давали не лише на сцені, ми співали у госпіталях, де лікуються поранені бійці. Маю сказати, що фінальні концерти туру ми давали у Києві 5 й 6 грудня, але так вийшло, що вони виявилися не фінальними – після Києва відбувся концерт у Харкові і так далі і так далі. Ось добралися й до Кіровограда…

Н.Я.: – До речі, в Кіровограді ми не були вже років з п’ять. До цього ми регулярно приїжджали до вас, виступали у залі філармонії. А зараз відкрили для себе театр корифеїв. Я, чесно кажучи, був вражений цією сценою. Ми багато чули про особистостей, які виступали на цій сцені, – про Саксаганського, Заньковецьку, самого Марка Кропивницього. Тому, коли я дізнався, що ми будемо виступати на сцені корифеїв, то дещо захвилювався. Очікував багато, але все одно театр мене вразив. Сама будівля надзвичайна – справжній палац. І глядач теж був надзвичайний. Іноді доводилося навіть переривати овації, щоб не втрачати темпоритм. А тур триває, після Кіровограда у нас буде концерт у Трускавці, Моршині, Дубно, Здолбунові, Гощі, Нетішиному, потім Корсунь-Шевченківський, Київ. На жаль, ми не могли приїхати з живим колективом – ситуація у державі така, що люди рік від року не стають багатшими, це треба розуміти і йти назустріч. І все одно ви бачили, як глядачі вітали цей концерт. Глядачі придбали квитки за власті кошти. Отже, ми робимо потрібну справу і мусимо робити її надалі.

– Ваш творчий шлях нерозривно пов’язаний з творчістю вашого батька, Назарія Яремчука. Але можна було обрати іншу стежину у житті, далеку від музики. Навіть у музиці можна було б обрати з безлічі напрямків. Тим не менш, ви залишилися вірними естраді.

Д.Я.: – А хіба був вибір? Про те, щоб обрати життєвий шлях, не пов’язаний з музикою, навіть і не думав ніхто. Наша родина була й залишається дуже співочою. Я з самого малечку займався музикою – вчився у музичній школі, закінчив консерваторію – хіба міг я обрати щось інше, окрім сцени? Все, що визначало мій вибір, не було випадковим, у житті взагалі немає нічого випадкового. Кажуть, що я йду шляхом батька, ні, це не його, це мій власний шлях.

Н.Я.: – У кожної людини у житті є своє покликання. Часто ж буває, що людина вчиться за одним фахом, а працює потім за іншим. Треба займатися тим, що є твоїм покликанням, адже все одно життя так чи інакше повертатиме тебе до нього. Мені подобалося писати пісні, і я став композитором. Поки вчився, мав змогу створювати музику найрізноманітніших жанрів – від пісень до великих творів. Але все одно найближчою для мене є пісня. Естрадну пісню називають легким жанром. Так, вона розрахована на масового слухача, у ній немає тієї глибини й складності композиції, які притаманні, наприклад, академічній музиці чи джазу. Але є дещо інше: нерідко буває так, що людина має талант, голос, а не вистачає чогось. І це щось ніхто ще не вирахував. Ось у цьому й полягає складність пісні. До речі, я бачив і таке: деякі композитори, що створюють чудову, справді складну музику великих форматів, не знаходять себе у, здавалося б, легкому жанрі.

– На порозі Новий рік. Що ви побажали б кіровоградському глядачеві й взагалі усім своїм прихильникам?

Н.Я.: – Перш за все хочеться побажати, щоб в Україні настав мир. Щоб люди навчилися цінувати прості людські стосунки. Щоб над нашою головою було мирне небо. Щоб новорічні прогнози були тільки позитивні. Щоб у кожній родині панувала гармонія. Миру, злагоди та любові.

Вікторія Барбанова, «УЦ».

Мова піде про село Попельнасте Олександрійського району Кіровоградської області. Сорок років — це багато чи мало? Звичайно, відповідь буде залежати від того, що вимірюється цими роками, і хто оцінює.

Якщо в історії це мить, то в житті це полудень віку. Майже стільки років мені й моїй дружині довелось бути відсутніми в краю, який нас молодих, одразу після весілля, прийняв у свої бідні, але щирі й добрі обійми.

Рік тому ми тільки закінчили Кіровоградський педінститут, і ось я з печаткою Попельнастівської середньої школи Олександрійського району, з молодою дружиною та з приданим, що складалося з дерев’яного ліжка, платтяної шафи, холодильника, чотирьох стільців, у пізній вечірній час на «районовській» полуторці вирушили до місця призначення. Майже опівночі водій оголосив: «Приїхали! Ваша весільна подорож закінчилась». З темряви білими стінами нагадувала про себе хата. Вікон не було видно. Світло ліхтарика, що був у водія, вихопило з ночі широкі темно-червоні двері, на яких висів надійний амбарний замок. Водій майже урочисто вручив нам доленосний ключ зі словами «На довгий вік та на здоров’я!»

Ранком ми з Людою вийшли на вулицю зробити традиційну зарядку, і я почув від молодої дружини: «Ой, Ваню, дивись, яка хата!» Я підняв голову й остовпів. Одразу промайнула думка: а чи не пожартував водій, привізши нас у хату-музей Тараса Шевченка? Хата під соломою й колесо на стрісі, вікна маленькі… Зарядку чомусь робити перехотілось. Зробивши пару фотознімків на пам’ять, я пішов до школи.

Було ще досить зарано, і на подвір’ї нікого не було. На великих зелених дверях школи висів такий же великий замок, як і на нашій хаті. Свіжопобілені стіни школи тримались на високому, покритому смоляним розчином фундаменті. Обходячи школу кругом, я чомусь механічно рахував кроки. За своїм заняттям не помітив, як до мене підійшов порівняно молодий чоловік без руки й одного ока і запитав:

— Хто ви та що тут міряєте?

— Я директор цієї школи, а хто ви?

— А я завгосп цієї школи й звуть мене Василь Васильович.

Познайомились. Я побідкався йому, що так далеко від райцентру село й така бідна хата. А він заспокоїв: «Не хвилюйтеся, Іване Кириловичу. Усі, хто тут раніше був директором, звідси поїхали не бідними».

Першим рішенням педагогічного колективу було негайно перекрити хату директора. Усі вчителі взяли участь у сільській толоці, після якої не стидно було від людей зайти в цю хату. До речі, було не тільки перекрито дах шиферним залізом, але вирівняно глиняним замісом стелю та долівку хати. Одним словом, нас прийняли, як рідних.

Якось я звернувся до завідуючого фермою, аби взяти молока, яке нам виписали. Він мене здивовано запитав: «А чий же ти, хлопче, будеш? Щось я тебе не пам’ятаю». «Я, кажу, директор школи». А він мені: «Та не «чуди»»! Коли я про це розповів у школі, то сміху було на цілий рік. До речі, коли я нещодавно, через сорок років, відвідав село, школу й учителів, які ще там проживають, то майже всі мені про цей випадок нагадали.

Перші дні та навіть місяці я як директор не знав, де прикласти свої зусилля. Все робилось і без мене, кожен знав і робив свою справу. Іноді мені приходила думка, що я не дуже там і потрібний. Але ставалось щось дивне: зі збільшенням досвіду працювати ставало все важче, особливо після закінчення київських курсів директорів шкіл. Педагогічний колектив школи був уже не молодий, але й не старий. Майже усі були середнього віку. Кожен з них мав десять і більше років педагогічного стажу. Мої педагогічні інститутські амбіції великого педагога розвіялися, як дим, на першому ж засіданні педагогічної ради. Я зрозумів, що мені треба ще багато вчитися у них. Під кінець педради я їм чесно про це сказав. Але досвідчений педагог Павло Михайлович Бичок сказав: «Не падайте духом, Іване Кириловичу. Ви недарма п’ять років сиділи в інституті. Крім того, у вас є те, чого майже немає у всіх нас, — це молодість, гаряче бажання працювати й творити».

На перших порах мені багато чого прощалося. Правда, коли під старий Новий рік нашу сім’ю посипали сільські посипальники на чолі з головним лікарем сільської лікарні Леонідом Івановичем, то після щедрого прийому я зі своєю гітарою приєднався до веселої компанії й організував посипання усіх учителів. Про цей факт стало відомо в районі. Мене й секретаря парторганізації села Володимира Денисовича Індюхова «запросили» на засідання райкому партії. Перший секретар райкому запитав мене: «Как ты, молодой директор, недавно окончивший институт, коммунист, смог так поступить? Вместо атеистической работы в селе практически занимался религиозной пропагандой!» Секретар парторганізації поправив його, сказавши, що я не комуніст. «Как не коммунист? Директор школы и не коммунист? Немедленно принять его в партию и наказать!» Через місяць я став членом партії і ждав покарання, але про нього більше ніхто не згадував.

Педагогічний колектив школи був, як одна сім’я, — всі свята, радянські та великі релігійні, святкували разом. Щоправда, останні не відкрито. Як правило, їх під виглядом днів народження чи то якоїсь визначної події організовувала завуч школи Марія Парфентіівна.

Коли у нас народилася перша донька Яночка, ми зіткнулися з проблемою — в селі не було дитячого садочка, а три місяці декретної відпустки нічого не вирішували. Довелось іти на «експеримент». Я у шкільній майстерні зробив великий манеж. Ставили його серед хати та залишали в ньому Яночку саму. Першою з хати виходила Людмила, щоб не чути дитячого плачу, що іноді переходив у крик. Я стояв під вікном і чекав, поки вона заспокоїться, але часто не витримував, повертався у хату та колисав її до тих пір, поки вона не засинала. Узнавши про наші події, Марія Парфентіївна назвала нас бездушними батьками й одразу ж вмовила одну пенсіонерку, яка й замінила Яночці дитячий садочок. Вже через два роки манеж став не потрібний — Люда брала малу з собою на уроки. Манеж, правда, не гуляв — його попросила дружина головного плановика колгоспу Катерина Волянська — у них народився довгоочікуваний синок. Що цікаво — цей наш манеж, як стало відомо тепер, виростив теперішнього голову сільської ради села Попельнасте Олега Володимировича Волянського…

Хочеться поіменно згадати учителів, з якими ми працювали разом. Завуч школи Марія Парфентіївна на той час мала вже чималенький педагогічний досвід учителя української мови та літератури й незмінного завуча школи. Ерудитом і авторитетним вчителем був Павло Михайлович Бичок. Це була людина енциклопедичних знань і всебічних умінь. Він знав і викладав історію, суспільствознавство, німецьку мову й образотворче мистецтво. Надія Ільківна Дерун весь час викладала один предмет — українську мову та літературу, знала цей предмет ґрунтовно. Ольга Петрівна Аврахова — учитель російської мови та літератури — була фахівець, як кажуть, від Бога. Варвара Іванівна Василенко — учителька французької мови, комунікабельна, розумна й добра. Вчитель хімії й біології Володимир Степанович Хейлик був, як кажуть, знавцем своєї справи. Добре знав законодавство, тому постійно обирався головою проф­кому. Учитель фізкультури Микола Федорович Приймаков за віком був найстаршим серед учителів. На усіх районних спортивних змаганнях наші учні майже завжди займали як не перші, то призові місця. Трохи осторонь стояли два вчителі-ветерани. За освітою вони були вчителями молодших класів. Обидва були доброї душі чоловіки. Їхнє місце роботи було в приміщенні, що знаходилося майже за кілометр від школи. За декілька років до мого приходу Микола Олексійович навчав у ньому учнів молодших класів. Він непогано співав, а ще краще грав на скрипці, тому коли в школі не було вчителя співів, то він добре справлявся з цими обов’язками.

Заради справедливості треба сказати декілька слів і про молоду вчительку фізики й математики Людмилу Григорівну Охріменко. До неї на уроки я майже не ходив, за що вона навіть ображалася, говорячи, що я бачу інших, а про неї згадую тільки вдома, коли добре зголоднію. Але насправді я був певен, що у неї усе гаразд, бо хоч вона була й молодий спеціаліст, але школу в свій час закінчила із золотою медаллю. Також вона успішно закінчила й інститут.

Що стосується заспокоєння зав­госпа школи з приводу бідності, то десь на другому році роботи мені як директору найвіддаленішої школи від району рішенням райвиконкому була надана можливість позачергово придбати автомобіль, що я й зробив, позичивши гроші в учителів школи та в недалеких сусідів. «Жигулі» першого випуску були надійні й прослужили нам більше тридцяти років. Зараз, як і ми, на заслуженому відпочинку, зберігаються як раритет і як пам’ять далекого й близького…

З тих пір пройшло більше сорока років. Скільки разів про все це писалося, згадувалося, забувалося, снилося й знову згадувалося. Але одне залишалося незмінним — бажання побувати там, де залишилися частка серця і хоч невелика, але все ж частина повноцінного життя. І ось нас запрошують на зустріч випускників Попельнастівської середньої школи 1973 року випуску.

Чим ближче я під’їжджав до села, тим частіше билося моє серце. У салоні авто припинилися розмови, настала якась таємнича напруга фатальної зустрічі людей і села. Я спіймав себе на думці: мабуть, селяни, що часто їздять із села в село, ніколи нічого подібного не відчувають. Тут я їм по-доброму позаздрив, але й поспівчував, адже від такої ейфорійної зустрічі хочеться жити та жити.

Попельнасте. Хотілось якомога швидше вискочити з машини, обійняти першого зустрічного (бажано ровесника) й крикнути: «Та це ж я, ви ж мабуть мене пам’ятаєте?» Потім другого, третього… А потім усіх. Не знаю чому, але саме це село залишило в моєму серці наймиліший слід. Навіть до свого рідного села в Олександрівському районі я під’їжджаю спокійніше та менш емоційно. Можливо, тому, що я кожного року обов’язково в ньому буваю. А тут на спомини, на почуття звалилися одразу всі сорок років.

З машини я не вискочив, а попросив водія, поки ще свято не почалося, поїхати до школи, туди, де залишилася найбільша частка мого серця. Вулиця до школи здалася трохи незнайомою, але сама школа майже, а вірніше, зовсім не змінилася. Подумалось, що дореволюційне земство уміло будувати навіки. Склалося враження, що я тільки вчора вийшов із цієї школи. До сих пір збереглися господарські будівлі та їхні дахи, перекриття, яких ми в свій час із завгоспом організовували. Буквально оббігаю кругом школи, щоб швидше побачити дубову алею, яку ми закладали з випускниками сімдесятих років. На жаль, алеї, яка повинна була брати свій початок від школи в напрямку до стадіону, як такої не було. Порівняно молоді поодинокі дубки перемішалися з парковими деревами, що були посаджені значно пізніше. Я підійшов до одного з дубків і обійняв його, як старого друга. Можливо, мені так здалося, але його листя на гілках заколихалося, зашелестіло та щось привітно зашепотіло.

Двері були на замку. Дякуючи тому, що до них до цих пір не доторкнувся так званий сучасний євроремонт, вони були ті, до яких я, директор школи, протягом п’яти років завжди приходив першим. І цікаво, що навіть традиційний тодішній зелений колір зберігся. А ще більше мене здивувало те, що вивіска «Ласкаво просимо!» була написана так, як колись особисто я її підписував. Абсолютно мій стиль. Все було рідне й, здавалось, учорашнє.

А потім я попрямував до тієї хатини, яка першою зустріла й зігріла нас у цьому селі. Підійшов до дороги, обабіч якої колись стояла директорська хата, але, на жаль, її не було. Сусідня хата збереглася порівняно добре, але, тепер у ній мешкають молоді й незнайомі люди. Позаду колишній добротний будинок жалібно дивився на мене розбитими вікнами. На місці нашої хати, яка скільки років мені снилася, стояла здичавіла вишня в полоні високої бугили, серед якої з побитої цегли та саманної глини виднілася невеличка гірка. Прикро було, що вже хати немає, але чомусь радісно, що на цьому місці ще до сих пір нічого не збудовано. Поклонився я місцю, де була хата, зробив декілька фотознімків, а із залишків хати узяв камінчик і шматочок цеглинки, які тепер мені дорожчі за цінні сувеніри.

Зал клубу був повністю запов­нений, навіть у проходах стояли люди. У приміщенні все дихало святково піднесеним настроєм. Оформлення стін і сцени вражало не багатством, а простотою продуманого естетичного оформлення, яке несло й змістовну інформацію про те, заради чого майже усі жителі села сюди зібралися.

Після оголошення, що слово просить колишній директор школи Іван Кирилович, зал зустрів мене оплесками. Хоч до виступу я й не готувався, але слова самі йшли від душі, а те, що вони переривалися оплесками, свідчило, що ті, хто мене пам’ятав, і ті, що недавно вийшли зі свого дитинства, розуміли мне й співчували моєму стану. А коли всі дійства на сцені закінчилися, до мене підходили знайомці та незнайомі з цікавими запитаннями.

Життя не зупиняється. І символічно, що у школу знову, як і колись, прибула молода сім’я педагогів. Можливо, у них шлях до школи не був таким загадковим, але нас об’єднує те, що вони йдуть тим же шляхом, який колись долали ми, по дорозі, яка веде в далеке від райцентру село, де незмінно стоїть школа, якій у цьому році виповнилося сто років.

Іван Охріменко, Попельнасте — Павлиш — спеціально для «УЦ».

Признаюсь честно, на шоу в киевском Дворце спорта, главным событием которого был боксерский поединок нашего Александра Усика и южноафриканца Дэни Вентера, специально ехать не планировал. Так что огромное спасибо баскетболистам «Золотого Века» не только за великолепную игру со столичным «Авангардом», но и за то, что благодаря их выезду удалось посмотреть незабываемое боксерское шоу.

Уже в 19.00 я был на месте событий: хотелось понять, что из себя представляет «Вечер мирового бокса в Киеве»? Зал Дворца спорта в это время был еще полупустой, а так называемый разогрев, именуемый в боксе андеркартом, особого ажиотажа не вызвал. Первые поединки прошли в абсолютно спокойной атмосфере, где зрители только присматривались к тому, что происходило в ринге. Характерно, что все украинские боксеры выходили в ринг под патриотические украинские мелодии. Жаль только, что представители Казахстана изрядно «отмутузили» двух украинцев, но болельщики это восприняли абсолютно спокойно. Порадовало, что эти 6-раундовые и 4-раундовые противоборства проводил в качестве рефери и арбитра наш земляк, один из первых украинских чемпионов мира среди профессионалов Виктор Фесечко.

Довелось Виктору судить и один из главных боев вчера, в котором восходящая звезда украинского бокса, надежда промоутерской компании братьев Кличко — «К-2 промоушенс», представитель первого среднего веса Александр Шпирко встречался с соперником из Австрии Джонни Ибрамовым. К сожалению, настоящего сражения здесь не получилось. После достаточно спокойного первого раунда узбекский австриец получил травму руки и отказался продолжить сражение. Еще любопытным виделось противоборство между украинским чеченцем Хусейном Байсангуровым ( между прочим, родным братом чемпиона мира по версии WBO в первом среднем весе Заурбека Байсангурова) и грузином Давидом Тлшадзе. Но, прилично «получив» в стартовом ранде, грузинский спортсмен, от греха подальше, решил поберечь здоровье. Характерно, что в своем обращении к болельщикам, которых к этому моменту в зале уже собралось предостаточно, Хусейн поблагодарил главу чеченской диаспоры Украины и воскликнул: «Да здравствует Чечня! Слава Украине!» Сказать, что это было воспринято публикой овацией, — это ничего не сказать.

В ожидании главного события вечера я решил посмотреть, чем же развлекают зрителей. Так вот торговая марка «Хортица» предлагала бесплатные фото с очаровательными девушками, которые мужественно мерзли в купальниках, но каждый раз облачали на свои хрупкие ручки боксерские перчатки и позировали со всеми желающими. Чуть дальше каждый зритель мог также абсолютно бесплатно запечатлеть себя на фоне легендарного Мохаммеда Али с каким-то там соперником. Уверяю вас, отбоя от желающих не было.

Впрочем, вернемся в зрительный зал, который к 22.00 был забит практически под завязку. Посмотреть за боем любимца всей Украины пришли легендарный чемпион мира в супертяжелом весе и мэр Киева Виталий Кличко, появление которого в зале было встречено овацией, а также президент НОК Украины Сергей Бубка, новоиспеченный министр молодежи и спорта Украины Игорь Жданов, чемпион мира в полулегком весе по версии WBO, кум Александра Усика Василий Ломаченко и его отец-тренер Анатолий, который, в отличие от многих, очень внимательно следил за боями в весовой категории сына, делая какие-то заметки.

Наконец появилась группа «Вопли Видоплясова», порадовавшая всех одной песней. Затем на информационном табло стали демонстрироваться фрагменты открытой тренировки, в ходе которой Александра Усика «нокаутировал» маленький мальчишка, а также все смогли увидеть кадры взвешивания соперников, в ходе которого украинец оказался чуточку «толще» соперника, и «дуэли взглядов». Дальше главный ринг-анонсер Украины Сергей Брыль объявил выход тех, ради кого, собственно, этот праздник и затевался.

Южноафриканец Дэни Вентер выходил в ринг абсолютно спокойно, выглядел хладнокровным и уверенным в собственных силах. Знаете, в кулуарах довелось услышать, что для Усика привезли очередного «мешка» — и победа у нашего боксера в кармане. И тут же вспомнилось, что свое первое поражение в профессиональной карьере от американца Росса Пьюрити Владимир Кличко потерпел именно в киевском Дворце спорта. Впрочем, о грустном думать абсолютно не хотелось.

Тем временем обстановка в переполненном 10-тысячном зале изрядно накалилась. Сидящие рядом девчонки и их мальчишки, изрядно «нагрузившиеся» пивом и взгромоздив ноги на опору сектора, уже начали скандировать: «Усик — наше все». Дальше-больше, уже в ходе боя постоянно следовали возгласы «Слава Украине», «Смерть ворогам, «Симферополь — это Украина», «Саша, представь, что это Путин», «Туши свет», «Время пришло» и «Кончай его, собаку». Ну и не обошлось без традиционного «Ла-ла…ла-ла!» Нет, всеобщим хором, как на футбольных матчах, это не было. Но все же. Свист, это мягко сказать, вызвало сообщение о том, что одним из судей, который будет подсчитывать очки и от которого может зависеть итог сражения, является россиянин. Это хорошо, что наш Александр все-таки справился с соперником, не доводя дело до судейского вердикта. А вы представляете, что было бы, если бы?..

Но вернемся к началу, когда Александр Усик, которого представили, как боксера из Симферополя, облаченный в халат с огромным тризубом на спине, вышел в ринг под традиционные « Їхали козаки…». Это нужно было просто видеть. Зал плясал. Свистел, радовался и вдохновлялся в унисон… Знаете, гимн Южно-Африканской Республики, мне показался очень задорной песней. Но даже на этом фоне Олег Скрипка со своим баяном, исполнивший практически полный вариант текста нашего гимна в прекрасной аранжировке и интерпретации, смотрелся очень здорово.

Ну а дальше был бой, который вызвал неоднозначную реакцию. Перед началом любители бокса делали ставки на то, в каком раунде наш чемпион «уложит» своего соперника. Звучали прогнозы, что бой закончится во втором, пятом или в шестом раунде. Но чем дальше продолжалось сражение — тем больше все удивлялись тому, что южноафриканец, оказывается, очень классный, хладнокровный и обу­ченный боксер. Это потом мы узнаем, что, оказывается, Усик выполнял установку своего тренера Джеймса Али Башира, который призывал своего подопечного не форсировать события. Но, почему тогда после одного из раундов Виталий Кличко подошел к наставнику украинца и что-то настойчиво стал ему советовать? Впрочем, возможно, Виталий Владимирович говорил о той самой классной атаке, которая в конце концов и отправила Дэни Вентера на канвас ринга в девятом раунде. Но не только мне показалось, что Александр Усик уж слишком долго присматривался к сопернику, изучал его сильные стороны и искал возможность для решающей атаки. Кстати, не знаю, как это смотрелось в телеверсии, но пару-тройку ударов Вентер провел в стиле легендарного Корри Сандерса, который в свое время отправил в нокаут самого Владимира Кличко.

К счастью, в этот раз ничего подобного не случилось. В предпоследнем 9-м раунде прекрасная серия ударов украинского боксера, отправила соперника в нокаут и позволила ему сохранить титул Интерконтинентального чемпиона по версии WBO в тяжелом весе. К сожалению, интервью чемпиона для телеканала «Интер», болельщикам во Дворце спорта слышно не было. Правда, через несколько минут Александр Усик поблагодарил своих болельщиков в зале, передал привет маме и сказал несколько теплых слов в адрес своей жены и детей. А еще чемпион отметил, что старался выполнять наставления тренера и выразил надежду, что никого из любителей бокса его бой не разочаровал.

Ну а я сразу же после окончания поединка отправился ближе к рингу (благо, даже не для аккредитованных журналистов никаких преград не было) для того, чтобы поинтересоваться мнением вип-болельщиков Александра Усика.

Фронтмен легендарной группы «Океан Эльзы» Святослав Вакарчук был абсолютно открыт для общения, с удовольствием раздавал автографы, улыбался и фотографировался со всеми желающими. Что касается боксерского шоу, то Святослав отметил:

— Александра поддерживаю очень давно и всегда болею за него от всего сердца. Ну и согласитесь, что находиться в Киеве, и не прийти на такой праздник было бы неправильно.

А еще надо было видеть — сколько было желающих просто притронуться к живой легенде — Виталию Кличко. Легендарный чемпион, что бы там ни говорили и не писали, по-прежнему пользуется невероятной популярностью. На мой вопрос, получилось ли шоу, Виталий Владимирович ответил, что он всем доволен, а свидетельством тому, что все удалось, — большое количество зрителей, собравшихся посмотреть на боксерские поединки. В победе Александра Усика Виталий Кличко не сомневался и до последнего верил, что Саша завершит бой досрочно.

Президент Национального олимпийского комитета Украины Сергей Бубка сказал, что такие победы украинских спортсменов оставляют незабываемые впечатления. Сергей Назарович передал привет всем любителям спорта Кировоградщины и пожелал просто равняться на Александра Усика и других наших звезд. «Пусть такие яркие победы вдохновляют нас всех на покорение новых высот», — подчеркнул Сергей Бубка.

Сам же Александр Усик на просьбу пожелать что-то своим поклонникам сказал: « Пускай верят в свою мечту и просто остаются самими собой. Тогда все у вас получится».

Ну и в завершение мы попросили поделиться впечатлениями одного из участников этого классного зрелища, экс-чемпиона мира среди профессионалов, рефери и нашего земляка Виктора Фесечко:

— Компания «К-2» всегда организовывает свои шоу на самом высоком уровне. Этот вечер бокса также не стал исключением. Практически все бои проходили в интересной борьбе и. думаю, что доставили удовольствие зрителям. Справился ли я со своими обязанностями — это пускай судят болельщики и официальные лица. Я работал в свое удовольствие и, как мне кажется, « каши не испортил». Хотя, сколько людей — столько и мнений. Что касается боя Александра Усика, то его преимущество над соперником не вызывало сомнений. Может, кому-то и показалось, что Саша затягивает с решительными действиями, но, как он сам сказал, есть тренерская установка. Думаю, что эффектное завершение этого боя никого не оставило равнодушным. Знаете, мне было очень приятно смотреть на счастливые лица людей, которые пришли в этот вечер на бокс и остались довольными. Это говорит о многом.

С мнением авторитетных специалистов трудно не согласиться… А вот готов ли Александр Усик к более серьезным чемпионским боям — покажет ближайшее будущее. Сейчас же ясно одно, что подобные спортивные праздники вызывают повышенный интерес в Украине и действительно собирают полные трибуны.

Юрий Илючек, «УЦ».

Нет ни малейшего желания в сотый раз доказывать, почему министерство информационной политики не нужно Украине. Информационная политика нужна, а само министерство – нет. Но реалии таковы, что министр уже есть, значит, скоро появится и министерство. И, поскольку этот самый министр весьма неглупый человек, можно надеяться, что нужные и важные дела по защите информационной безопасности государства и продвижению имиджа Украины за рубежом мининформ сделает. Хотя, повторюсь, их можно сделать и без создания мининформа.

Вся эта буря в стакане вокруг создания «министерства правды» подняла ворох разнообразнейших проблем, существующих в информационном поле нашей страны. От цензуры до «ответки» на дезинформацию. Каждая из них заслуживает целой серии статей. Но есть одна проблема, которая лишь изредка становится предметом здравой дискуссии, да и то на совсем короткий период, пока оппоненты не разругаются до матерного лая. Это проблема, как бы помягче сказать, достоверности и объективности информации, которая подается нам, гражданам страны, от имени государства.

Сегодня практически любой из нас может настроить антенну или компьютер и посмотреть пару-тройку новостных выпусков российских каналов с обязательными сюжетами о событиях в Украине. Реакция большинства вполне предсказуема: какой бред (чушь, хрень, ужас, брехня и т.д)! Но что примечательно – большинство жителей России тоже могут организовать себе индивидуальный просмотр новостей украинских телеканалов, и реакция на их содержание будет весьма схожей. Попытки выяснить, кто из нас более зомбирован и чье телевидение более лживое, результата не дали. Вернее, дали, но сами знаете какой…

Скажите, сколько раз у вас возникали сомнения в достоверности сообщений пресс-центра АТО, заявлений Гелетея, Тымчука и других странных персонажей, выдающих иной раз такую информацию, которая, как говорится, ни в тын ни в ворота? Информационный кошмар вокруг Иловайска убил людей не меньше, чем погибло в самом котле. А сколько раз ваша собственная информация, полученная от военных и волонтеров, от родни и знакомых из Донбасса, абсолютно не совпадала с официальной информацией?

У информационной политики, которую будет теперь крепить и направлять новое министерство, по сути есть два пути. Первый – работать в стиле противника: отвечать ударом на удар, выпадом на выпад, ложью на ложь, показывать то, что нужно, а не то, что есть, делать «картинку». Сторонников такой схемы немало, разоблачения и «проколы» не в счет – на войне как на войне.

Есть и другой путь подачи официальной информации: говорить правду. Все, что не является военной тайной, подавать объективно и достоверно. Для нашей страны это пока почти нереально. Зато дает шанс, что народ начнет наконец верить своему государству и реально оценивать ситуацию. А то, во многом благодаря стараниям политиков и спичрайтеров, украинцев бросает из шапкозакидательных настроений в панические и обратно. И в итоге мы больше верим случайной информации, чем сообщениям «речника» Андрея Лысенко. Если бы Юрий Стець со товарищи пошел по второму пути, то с журналистского штампа «министерство правды» вполне можно было снять кавычки…

И в заключение – совет. Для тех, кто ведет «информационную» войну на личном уровне, настоятельно рекомендую регулярно вспоминать фразу моего любимого классика: «Если ты споришь с идиотом, вероятно, то же самое делает и он». Очень помогает.

Ефим Мармер, «УЦ».

Приношу свои глубочайшие извинения за длительный перерыв, но вина сия лежит на нашем доблестном министерстве обороны, которое никак не может (из-за вполне объективных причин!) отправить на фронт вашего корреспондента. Да и, кроме всего этого, долгое время сомневался в необходимости публикации второй части моих записей с фронта, но некоторые события, произошедшие по возвращении из Зоны, убедили в обратном. Но обо всём по порядку… Итак, продолжаю публиковать свои записки, написанные между Гранитным, Авдеевкой, Тоненьким и Песками, с небольшими комментариями и дополнениями. Дополнения выделю, дабы сохранять подлинность написанного «там».

Люди

Люди делятся на две категории: «здесь» и «там». Те, которые «здесь», – понятные и простые. Каждый готов помочь или как минимум не помешать. Подлецы есть везде. Здесь – меньше. Здесь нельзя «урвать», «отхватить», «наколоть». Даже если у кого-то возникает такая мысль, она перестаёт быть актуальной еще в процессе возникновения. И это не идеализация ситуации. Это необходимое условие выживания. С подлецами вопрос решается просто: родные получат письмо о героической гибели оного в бою. Это – война. Она здесь. Родные – не виноваты. Они живут в мире и пусть лучше получат такое грустное известие, чем другое…

Встретил друга Саньку (не мирного, а своего, военного, с которым познакомился в части). Случайно оказались рядом: артразведка нужна на всём фронте, и наши подразделения обычно разбросаны в разных районах. Чувства встречи поймёт только тот, кто там был… Первая фраза от него: «Не обнимай!» Оказалось, во время очередного обстрела неудачно прыгнул в щель и повредил рёбра. В больницу? Ну уж нет! «Расчет без меня работать не сможет», – вот такой ответ. И это – не бравада, это – реальность. Правило очень простое: если ты подвёл – пострадать могут все. При этом причины не важны. Зато ты знаешь, что и тебя не подведут. Старая полушкольная шутка про то, что причиной отсутствия может быть только смерть, получила здесь новый окрас.

В батальоне звуковой разведки служит подполковник. На должности сержанта. Такой же, как и мы все, мобилизованный. Ну не совсем такой… Он из одного из райцентров Донецкой области. Город оккупирован. Последнее место службы – замвоенкома горвоенкомата. Это не просто так! Когда понял, что наши здесь не скоро появятся, выехал из города на «большую» землю. Пришёл в военкомат Бердянска. Попросился в боевую часть. Отказали. Профессиональному артиллеристу (!) сказали, что нет подходящей должности! Две недели уговаривал 58-летний мужик взять его в армию!!! Взяли. Как неквалифицированного солдата. К счастью, попал в нашу часть. Его знания нам пригодились! Спасибо, Сан Сергеич, ты многих спас и многим помог!

А поводом для его похода стал наш, кировоградский прапорщик. Старший прапорщик. «Батя», как мы его называем. Я про него уже рассказывал: фермер из Кировоградского района, который прошёл Афган. Когда нас собрали в военкомате, один из ведущих каналов страны сделал с ним интервью. Там прозвучал один глупый вопрос: «Вы не боитесь, что можете погибнуть?» Ответ: «Я в Афгане боялся. А сейчас у меня сын старший делами занимается, а я на войну еду, а не в игрушки играть. Я что, сына за себя посылать должен?» Вот после этой фразы Сан Сергеич собрал свои манатки и поехал из города, где бешеные бабки кричали: «Даёшь Рассею!» Как сказал мне чуть позже: «Ну не мог я оставаться в стороне, если ТАКОЙ прапорщик идет на войну! Меня страна моя кормила-одевала столько лет, я ж вернуть должен то, что она на меня тратила!» Он пробыл в Зоне 63 дня! Скоро опять назад. Есть у него одна мечта, признался как-то раз: «Хочу, – говорит, – приехать в гости к своему племяннику в Киев. Он полковник Генштаба в отставке. Ему 44 года. Хочу приехать и просто посмотреть ему в глаза!» Я его на поезд в Киев провожал: верю – посмотрит!

Люди, которые «там», мирные, – непонятные. Они чужие. У них свои проблемы – цены на бензин, на водку. Позвонил одному другу, тот говорит: «Знаешь, какие результаты соцопросов перед выборами?» (Я из Зоны в день выборов прибыл.) Вот честно, чуть не ответил, что мне по … барабану. Эти ваши политические дрязги, ну очень далеко от нас. В нынешней политике знаю одно, что единственная группа, которой могу доверять, – это ПС. Они были везде, где было несладко. В Старогнатовке (под Гранитным) был блок-пост ПС. В Песках, в Тоненьком – тоже. С той стороны, где эти ребята стоят, можно не ждать атаки. Они – надёжные!

Не могу не сказать вот ещё о чем. У ВАС, в Кировограде, идёт какой-то «кипеш» под областной прокуратурой. Не знаю подробностей – далеко от меня. Огорчило, удивило, расстроило одно: люди в балаклавах. Если я верю в правильность своих действий – НИКОГДА НЕ БУДУ ПРЯТАТЬ СВОЁ ЛИЦО!!! Фразы типа: «Они в АТО, и по этому скрываются» меня смешат, глядя на изданный недавно календарь КИБОРГОВ. А те горы аккуратно напиленных чурбаков, сложенных у стенки облпрокуратуры, вызывают негодование, когда вспоминается пара последних полешек у буржуйки в палатке при минус двадцати по Цельсию… Ну это – так, личное…

Сложно разговаривать со старыми друзьями. Вроде и обидеть не хочется, но и разговаривать не о чем. Все интересы – здесь. Как скорей заставить «черепашку» снова работать, какую цель первой назвать, какой глубины окоп лучше, в каком месте… Разные мы стали…

Мысль эта подтвердилась и по возвращении. Выпивая рюмку чая со старыми со товарищами, поймал себя на том, что тёплые носки стоят столько же, сколько и вышеупомянутая рюмка. Встал и ушёл.

Волонтёры

Лично не видел. Однако благодарен бескрайне! Особенности нашей работы таковы, что попасть к нам крайне проблематично. Но волонтёрскую помощь ощутили даже мы. Теперь есть тёплые и быстросохнущие (это очень важно!) одеяла. Стоявшая рядом с нами часть поделилась резиновыми сапогами, парой тёплых спальников и даже израильским набором первой помощи! Служивший в армии поймёт, что это не подотчетные вещи! А когда у нас к концу подошли сигареты и продукты, проезжавшие мимо наши ребята передали пару ящиков консервов и печенья, а три блока сигарет стали самым большим внезапным подарком в моей жизни. Теперь есть у нас и вязаные шапочки, и даже пара шарфов, пропитанных умопомрачительным запахом каких-то духов! Оказалось, что это важно! Никогда не придавал значения парфюмерии, но тут получили от приехавших из части командиров черные шапочки и шарфы. И за них, конечно, спасибо, но запах… Запах мирной жизни!

Уезжая из-под Гранитного, пару часов стояли на перекрёстке дорог в ожидании команды на движение. Мимо ехал микроавтобус с черкасскими номерами. Ребята остановились и просто уговорили нас взять хотя бы ящик с чаем! Внутри лежало письмо от детей одного из сёл Монастырищенского района. Читали все, вслух и несколько раз.

Рисунки. По важности с запахом могут только они сравниться. Рядом стояла некоторое время часть САУшек, так вот видел в одной из них детские рисунки, которыми броня обклеена была снаружи и внутри! Передали мне лично огромаднейшую кучу рисунков детей из 17-й школы. Раздавал всем. Не хватило. Спасибо вам, дорогие и родные! Одному моему товарищу повезло: он получил через волонтёров носки, связанные ученицей кировоградской школы № 5 (ну не помню, как она теперь называется по-модному!). А внутри – записка «Для мого захісника від …». С именем, фамилией и классом. Теперь Саня ждёт окончания войны и пообещал найти эту девочку, чтобы обнять и сказать спасибо! Верю – получится!

Плохое. В Тоненьком нашли случайно склад. С огромаднейшим количеством волонтёрской помощи. Брошенный. Там было всё: тушенка домашняя, вещи тёплые, хлеб, лекарства, сухие пайки импортные… Насыпом… На земле… Кто-то бросил после попадания пары снарядов метрах в трёхстах. Там даже на сковородке недожаренное мясо (!) осталось. Не знаю, кто это сделал. Рядом, в паре километров, стояли ребята, которые делили банку тушенки на четверых. А здесь…

Без волонтёров нам в армии было бы очень тяжело. Только вот результативность их помощи сильно зависит от конечного пункта доставки.

Уже прибывая в Запорожье, видел на базаре и в маленьких магазинах хозтоваров одноразовую посуду, носки, зубные пасты, стиральные порошки и прочую мелочь, удивительно похожую на то, что передают волонтёры. По очень смехотворным ценам. Не хочется думать плохо, но …

И напоследок: недавно весь мир отпраздновал День волонтёра. В моей родной Украине это слово, к сожалению, окрашено не только доброй волей, но и кровью павших и раненых ребят. Хочу от имени всех нас, военных, пожелать вам, родные (именно так!) наши волонтёры, как можно скорее заняться решением мирных проблем! И просто помогать тем, кто в ВАС (все буквы большие!) нуждается. Но только не армии. Не потому, что армии это не нужно, а потому что в ней не будет необходимости сразу после наступления мира!

Информация

Её здесь мало. Фактически нет мобильной связи (часто, чтобы дозвониться домой, надо искать место, где есть связь). Интернет мобильный плох сам по себе, а в этих условиях становится роскошью. И не только от плохого качества связи, но и от проблем с зарядкой мобильного телефона. Пытаясь соорудить зарядное устройство от доступного (и единственного!) источника электроэнергии, было уничтожено два кипятильника, один внешний аккумулятор и два китайских переходника для зарядки мобилок. Ценность зарядки от солнечной батареи определить невозможно! Было время, когда мы по очереди передавали свои мобильные телефоны ребятам из ближайших частей, которые через сутки их возвращали слегка заряженными. Именно тогда телефон нашего командира «уехал» под Донецк, но мы его «догнали», переехав туда же.

Даже, попав во Всемирную сеть, приходится выбирать и ограничивать источники информации. По простоте доступа и минимальным энергозатратам. Для меня таким источником стал Фейсбук. Лицо-книга просто пестрит воплями о том, что «всё пропало», «нас кинули», «нас предали». Аж читать противно! У вас пропало? Вас кинули? Вас предали? Тогда мы где?!

Знаете, эта вонь (прошу прощения за грубость, но это единственное цензурное слово, которое можно опубликовать в газете), вызывает только негодование. Блин! Если у вас там всё так плохо, то что должно быть у нас?! Даже из агрегатора новостей сквозят упадничество и реклама дорогих машин. Ещё одно подтверждение, что мы в разных мирах живём. И для меня не вопрос, какой из них настоящий…

В свете всего этого, с некоторым удовольствием читаем иногда сайт сепаров. Они перепечатывают информацию с официальных украинских источников, заменяя слова. Слово «сепаратист» меняют на «ополченец», «Верховная Рада» – на «хунта», и т. д. Не это главное. Иногда там можно найти уникальную информацию. Например, рассказ о том, как доблестные российские пограничники остановили контрабанду украинского сала через… Норвегию! Даже нас, слегка знакомых с географией, такая новость веселит безмерно! А самым частым вопросом становится: «Что же они курят?»

Вот здесь позволю себе вставить слово о «Министерстве Правды» (удачное название из Оруэла приспособили наши борцы за свободу слова). Ругайте, спорьте, опровергайте, негодуйте, но оно НУЖНО! Тот неконтролируемый поток, скажем так … информации, который льётся наружу из каждого источника, приносит много больше вреда, чем пользы. Я не знаю, каким это министерство должно быть, но контролировать этот поток просто необходимо. Наши сайты, газеты и ТВ просматриваются и анализируются сепарами постоянно (я уже это чуть раньше говорил!). А когда на их сайтах информация о перемещениях наших войск появляется ДО самого перемещения, это значит, что наших ещё больше погибнет… Вот для предотвращения этого безобразия такая организация и нужна! Это моё личное мнение, основанное на личном же опыте и наблюдениях.

Вот и всё, чем я пока могу с вами поделиться. До встречи.

Алексей Гора, военный корреспондент «УЦ».
Гранитное – Авдеевка – Тоненькое – Запорожье – Кировоград.

«Снова отключили» и гололед зимой – всегда неожиданный. Задаем вопросы недели от «УЦ» – возможно, стоит завести новую рубрику. Никакой политики и абстрактных рассуждений – только жизненное и злободневное, из наболевшего.

Вопрос № 1. К руководству ПАО «Кировоградоблэнерго»: если есть некие графики аварийных отключений электроэнергии, о «продолжении действия» которых вчера в очередной раз сообщило предприятие на своем сайте, то почему эти графики нельзя людям показать? Чтобы они знали, когда именно и на сколько им сегодня, завтра, послезавтра отключат свет?

Не успел губернатор Кузьменко утром 8 декабря сообщить, сославшись на профильного министра, что аварийных отключений больше не будет, как в областном центре снова «без объявления войны» людям отключили электричество – на Балашовке (трижды за день по два часа), несколько раз за день на Большой Балке, в центральной части, в районе улиц Академика Королева и Беляева, и это далеко не все. Без света сиживали, не впервой, но хоть предупреждайте! Кто оплатит горожанам ремонт электроприборов, испортившихся из-за отключений, о времени и месте которых никто не предупреждает? А моральный ущерб застрявшим в лифте (случаи уже были)? Уж не говоря о том, что бОльшая часть жилищного фонда давно отапливается индивидуальными системами, которые без электричества не работают, а сейчас все-таки зима…

Вопрос № 2. К коммунальщикам – областным, городским, поселковым и прочим: почему любой дождь приводит к Апокалипсису? Понятно, зимы в декабре никто не ждал, понятно, коммунальные службы делают все, что могут, но почему это всегда так?

По словам директора областного департамента образования Эльзы Лещенко, в понедельник 68 школьных автобусов не довезли детей до школ. Это в сельской местности. В областном центре дети тоже массово опоздали в школы и садики: транспорт ходил очень плохо. Но это и ничего, что опоздали: завтракали дети в садиках на час-полтора позже: машины не успевали доставить вовремя хлеб. К вечеру основные дороги посыпали, а тротуары так и остались скользкими, как стекло. Как объяснил начальник кировоградского городского управления ЖКХ Александр Хачатурян, дворники свою работу выполнили – сделали тропинки во дворах многоквартирных домов, а предприятия и организации сами должны посыпать тротуары перед своими зданиями, как и жители частного сектора. Поэтому ул. Гоголя, например, по большей части оказалась не посыпанной, да еще и не освещенной – красота! Только в понедельник в травмпункты в областном центре обратились больше тридцати человек…

Фото Павла Волошина, «УЦ».