Автор: Админ

Еще в сентябре минобороны разъяснило, что участникам боевых действий (АТО) в соответствии со статьей 12 Закона Украины «О статусе ветеранов войны, гарантиях их социальной защиты» предоставляется ряд льгот. Об этом говорили и всем мобилизованным в военкоматах. Но оказалось, что воспользоваться гарантированными льготами пока могут далеко не все.

В редакцию «УЦ» обратилась жительница поселка Власовка, что на Светловодщине, Юлия Веременко. Ее муж является участником антитеррористической операции на востоке страны. Имея двух детей, десяти лет и года и девяти месяцев, Юлия не может рассчитывать ни на льготы за пользование коммунальными услугами, ни на бесплатный проезд, ни по оплате за питание в школе и за детский сад. Мы стали разбираться.

Действительно участники АТО, согласно упомянутому закону, имеют право на бесплатное получение лекарств; 75% скидку платы за пользование жильем; за пользование коммунальными услугами; скидку стоимости топлива; бесплатный проезд всеми видами городского транспорта; первоочередное обеспечение жилой площадью лиц, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и другие льготы — всего 22 пункта. Но, как нам объяснили в «Обществе объединенных войной женщин», этими льготами могут воспользоваться участники АТО, получившие соответствующее удостоверение. То есть по факту демобилизации.

Но это не значит, что семьи военнослужащих не имеют никаких льгот. Поддержку их берут на себя местные власти. Это уже сделал Кировоградский горсовет, утвердив Комплексную программу поддержки участников АТО и членов их семей — жителей Кировограда. Правда, льготы в основном распространяются на семьи, чьи кормильцы погибли в зоне АТО.

Для примера: горсовет Днепродзержинска утвердил порядок предоставления льгот по оплате за жилищно-коммунальные услуги семьям военнослужащих, которые принимают участие в антитеррористической операции на востоке Украины. Льготы предусматривают освобождение от оплаты за жилье в размере 100 % (из расчета 21 кв.м на каждого члена семьи, зарегистрированного в жилом помещении и имеющего право на льготу, и дополнительно 10,5 кв. м на семью). Льгота семьям военнослужащих из Днепро­дзержинска предоставляется со дня направления военнослужащего в зону АТО, указанного в справке, предоставленной военкоматом.

Если бы Юлия Веременко жила в Днепродзержинске, она бы уже пользовалась льготами. Что касается Власовки, то Светловодский горсовет только планирует на ближайшей сессии утвердить программу поддержки участников АТО и членов их семей. Пока что женщина, переходя из инстанции в инстанцию, услышала много «интересного» о том, что льготы ей не положены, что она даже не имеет права на субсидию, так как ее муж «в АТО имеет доходы». Ей вообще предложили предоставить справку о доходах мужа. Без комментариев.

Странно, что Кировоградщина, направившая на восток страны больше ребят, чем любой другой регион, так долго раскачивается в вопросе поддержки их семей. Да мы должны быть впереди планеты всей, наши местные власти должны быть примером сострадания и заботы точно так же, как наши земляки являются примером мужества.

Елена Никитина, «УЦ».

В минувший понедельник в Кировограде тихо и незаметно прошел конкурс перевозчиков на шесть городских маршрутов. Впрочем, маршруты неключевые: №№ 6,14, 17, 18,118 и новый маршрут № 7.

В принципе была необходимость проводить конкурсы на два маршрута №№ 6 и 7. С предпринимателем В.В.Кобченко, который осуществляет перевозки на маршруте №6 (ул. Героев Сталинграда — пос. Молодежный), до этого был заключен только предварительный договор на три месяца. Маршрут № 7 (Салганные пески — Онкодиспансер — Лесопарковая), который был утвержден еще два года назад, до этого времени ездить не мог, поскольку ГАИ не разрешало пускать маршрутки по ул. Десантников. Сегодня улица полностью отремонтирована, и как только ГАИ даст разрешение, «семерки» выйдут на маршрут (работать здесь будут четыре машины). Как объяснил начальник управления транспорта Александр Анкудинов, для остальных вынесенных на конкурс маршрутов срок действия договоров заканчивается 25 января 2015 года. По закону, новые конкурсы можно проводить за три месяца до окончания предыдущих договоров, так что ситуация штатная.

Вам не кажется странным: в Кировограде конкурсы проводятся таким образом, что близкие и частично дублирующие маршруты всегда принадлежат одному перевозчику? То есть внешне вроде бы создается видимость конкуренции, но на самом деле никто не заинтересован в том, чтобы повышать качество перевозок. Так, маршрут №7, который свяжет Кущевку и Катрановку с Лесопарковой, достался ЧП «УкрАвтоІнвест», которое осуществляет перевозки также на маршрутах №5-а, 8, 103 и 126, то есть на всех (!), которые ездят на Кущевку и Катрановку. Правда, удобно? А маршруты № 18 (Большая балка — Первый оптовый рынок) и 118 (Большая балка — Центральный рынок), как и раньше, достались ЧП «Автобаз — Кіровоград». «Я с вами согласен, логики в этом мало, — говорит Александр Анкудинов. — Но перевозчик подал документы и выиграл конкурс, законных оснований отказывать ему, потому что он уже работает в том же районе, у нас нет».

На конкурс также выносились маршруты №№ 45 (пос. Горный — ул. Кольцевая) и 130 (Центральный рынок — Онкодиспансер). Но на 45-й вообще не было желающих, а на 130-й никто из перевозчиков не смог предложить два автобуса большой вместимости, которые положены на этом маршруте. Не поторопился ли и.о. мэра И.И. Марковский разорвать договор с ПАО «Автобусный парк»? Возможно, автопарк не лучшим образом выполнял свои обязанности на 130-м маршруте, но хоть как-то выполнял, а ведь автобусы большой вместимости — это не только бесплатный проезд для льготников, но и возможность заехать на коляске и т.п. Пока, говорит Александр Анкудинов, управление транспорта попросило перевозчика временно увеличить количество машин на маршруте № 5-а, чтобы обеспечить сообщение с онкодиспансером. Но маршрут № 130 будет выноситься и на следующий конкурс, который планируется провести в первой декаде ноября.

Кстати, тогда же, в первой декаде, будут вынесены на конкурс все маршруты, которые обслуживал автопарк: №№ 46, 101, 102, 103, 104-а, 111-а, 111-б, 116, 118, 126-а, 150, 274. Все эти маршруты предполагают использование автобусов большой вместимости. И если на 130-м это всего два автобуса не меньше двадцати пяти мест, то на маршруте, например, 101, по паспорту, должно работать 12 автобусов больше семидесяти мест. Будем надеяться, что найдутся перевозчики, которые смогут обеспечить все эти маршруты. Иначе в странной кировоградской транспортной реформе мы сделаем еще один огромный шаг назад — вернем на улицы десятки дублирующих маршрутов и сотни маленьких маршруточек.

Ольга Степанова, «УЦ».

Жители многоэтажного дома по адресу ул. Шевченко, 15 снова бьют в набат: перед их окнами затевается новая стройка.

О строительстве торгового центра прямо перед окнами дома по ул. Шевченко, 15 (это напротив пятачка перед городской стоматполиклиникой, на котором уже много лет продают живые цветы) «УЦ» писала не раз и не два. Суть дела довольно проста: еще в 2011 году, когда строительство ТЦ только началось, жильцы обеспокоились. Однако их заверили в том, что это будет всего лишь небольшой одноэтажный магазин. В результате с целым рядом нарушений был отгрохан комплекс высотой в три этажа, загородив собой полдома. Как-то слишком уныло созерцать из окна стену другого здания, не находите?

Похоже, что в нынешнем году история может повториться: рядом с уже построенным ТЦ (в нем располагаются популярная столовка-кафе и фитнес-зал) затевается новое строительство, грозящее загородить и вторую половину дома. Естественно, местным жителям такое положение вещей совсем не по душе.

— У меня в этом доме живут родители, — говорит Артур Ильченко, — и поэтому мне не безразлично, что здесь происходит. А происходит следующее: в субботу, 25 октября, начались строительные работы рядом с уже построенным ТЦ. Говорят, что земля под застройку была выделена еще при Януковиче некоему господину Розгачеву. Согласно паспорту объекта, который стоит возле стройки, это будет небольшой одноэтажный магазин, предположительно — магазин цветов. Но проблема в том, что, когда только начал строиться торговый центр перед домом, нас уверяли в том же — это будет небольшой одноэтажный магазинчик. В общем, я решил не дожидаться развязки и позвонил кировоградскому координатору «Правого сектора». Тот сразу же откликнулся, приехал, увидел все своими глазами и начал звонить по телефону. Он сделал три звонка, после чего изрек только одно слово: «Офигеть». Потом сел в машину и уехал. И …перестал отвечать на мои звонки. Вот интересно, что же ему рассказали об этой стройке?..

К сожалению, опасения жильцов дома по ул. Шевченко, 15 кажутся еще более обоснованными после беседы с начальником Кировоградского городского управления архитектуры Вадимом Мездриным:

— Участок, на котором сейчас находится торговый центр, и тот участок с клумбой, на котором начались строительные работы, принадлежат одному владельцу. Государственные акты на них были оформлены еще в 2011 году. Согласно документам, которые владелец предоставил нам, на этом месте будет построен одноэтажный магазин общей площадью 100 квадратных метров. Этот застройщик уже нарушил строительные нормы при постройке ТЦ на соседнем участке, но, к сожалению, управление мало чем может помочь жильцам дома. Мы не имеем возможности и полномочий контролировать исполнение норм при строительстве того или иного объекта, эти функции выполняет ГАСК. Именно туда первым делом следует обратиться людям, живущим по адресу ул. Шевченко, 15. В ГАСКе можно найти и более подробную информацию об объекте строительства, так как именно туда подается декларация о строительных работах, в которой, кстати, должно быть точно указано и время начала работ.

Что ж, о том, насколько оперативно реагирует ГАСК на нарушения строительных норм в Кировограде, мы уже писали в серии материалов «Стройки без правил». История с одноэтажным магазином высотой в три этажа действительно может повториться.

Виктория Барбанова, фото Павла Волошина, «УЦ».

Бесконечно можно говорить о трех вещах: открытии в Кировограде хосписа, создании приюта для собак и центра пребывания бездомных. Все признают необходимость таких учреждений, каждый год принимаются какие-то программы, строятся планы. Мы как бы все вместе сочувствуем, но у каждого есть дела и поважнее.

В этом году одна из вечных социальных проблем Кировограда почти решилась — нашлось помещение для создания центра пребывания и регистрации бездомных. Причем все идеально: там не нужно делать ремонт, не нужно покупать мебель, все готово — можно хоть завтра принимать людей, которым некуда деваться. В данный момент здесь размещается социальное общежитие для сирот — молодых людей, которые окончили интернаты, училища, но пока не приспособились ко взрослой жизни. Сегодня для этих людей построено новое общежитие — оно полностью готово, завезены вся мебель, техника, даже новая посуда (когда второй корпус начали строить, нуждающихся было больше, сегодня многие из них живут в приемных семьях, все вузы обеспечивают детей-сирот общежитиями и т.п., и необходимость в двух корпусах отпала). По мнению депутата горсовета Олега Краснокутского, было бы совершенно логично разместить в освободившемся помещении центр учета и временного пребывания бездомных. Причем прямо сейчас: зима — самое тяжелое время для таких людей. У них нет теплых квартир, в которых они могут укрыться, их не пустят зайти погреться в магазин или кафе, не разрешат проехать в маршрутке, даже если они смогут оплатить проезд. Самые удачливые из них живут в теплотрассе, те, кому не хватило места, устраиваются, как могут: ночуют в заброшенных полуразрушенных домах, стараются попасть в больницу или в наркодиспансер, сесть в тюрьму, в конце концов, — лишь бы не умереть от холода.

Однако депутаты горсовета почему-то проект не поддержали. Единственный аргумент против создания центра, который прозвучал на сессии: жители микрорайона не хотят, чтобы рядом была ночлежка. Что ж, жителей можно понять… Но центр пребывания бездомных — это не ночлежка! «Я сам живу на соседней улице, — говорит Олег Краснокутский. — Разве я стал бы у самого себя под окнами открывать ночлежку?» Аргумент вполне красноречивый.

Как рассказал директор городского центра регистрации бездомных Александр Железняк, в этом учреждении люди без определенного места жительства смогут зарегистрироваться, восстановить документы, получить помощь в трудоустройстве, оформлении социальных выплат или госпитализации. По проекту, каждый «клиент» сможет находиться здесь не больше девяноста дней в году. Одновременно здесь смогут жить 20-25 человек. Причем механизм приема бездомных (а он в принципе уже отработан в областном центре социально-психологической помощи) таков: когда человек, нуждающийся в помощи, обращается в центр, то его в первую очередь отвозят в больницу, где он должен сдать анализы, сделать флюорографию и т.п., а только потом, если все в порядке, принимают. Если человек болен — госпитализируют. Во время пребывания в центре употреблять алкоголь и наркотики, конечно, категорически запрещено. А вот работать этим людям, если они трудоспособного возраста, придется обязательно. В центре их обеспечивают мебелью, посудой, оплачивают коммунуслуги и т.п., но не кормят. Этот механизм, говорит Александр Железняк, тоже отработан в том же социальном общежитии. Не можешь пока устроиться на постоянную работу, есть общественные работы и т.п. Здесь никто не будет голодать, но заработать на пропитание должен сам.

— Главная проблема большинства таких людей — отсутствие документов, — говорит Олег Краснокутский. — Без паспорта невозможно получить пенсию, какие-то социальные выплаты, оформить инвалидность, устроиться на работу, зарегистрироваться, а без регистрации нельзя получить паспорт. Слава Богу, сегодня мы имеем возможность оформить им временную регистрацию и восстанавливать документы. Но это длительный процесс, который занимает несколько месяцев. И мы, как Шарик из «Простоквашино», сначала собираем их на улицах, чтобы взять на учет, а потом в три раза дольше ищем, чтоб документы отдать. Вот сейчас, например, мы оформляем паспорт человеку, который живет в люке на Ковалевке. А где искать его через три месяца, один Бог знает…

Надо сказать, что, когда восемь лет назад здесь же, на ул. Тельмана, открывали социальное общежитие для сирот, местные жители тоже возражали, но сегодня на соседей никто не жалуется. В центре, как и в общежитии, будут работать медсестра, социальные работники и режимные дежурные, в 21.00 он будет закрываться. Сегодня есть проблема с забором, который отделяет двор соцобщежития от хоздвора начальной третьей школы — это сетка-рабица. Но Александр Железняк написал проект и выиграл грант на оснащение центра (мебель, техника, дезинсектор и т.п.) для бездомных — восемь тысяч евро. Поскольку многое достанется центру в наследство от соцобщежития, то денег вполне хватит и на новый бетонный забор (правда, если центр не откроется в этом году, грант у города заберут). Да и бояться особенно нечего. Те, кого мы привыкли называть бомжами, совсем не обязательно люди без определенного места жительства и документов, а настоящие бездомные совсем не обязательно напиваются с утра и любят проводить время на свалках. Среди них есть одинокие старики, которых обманули мошенники или выгнали на улицу родственники, мужчины, освободившиеся из мест лишения свободы, не имеющие ни паспорта, ни регистрации, есть и совсем молодые люди, выросшие в детдомах и не сумевшие приспособиться к жизни вне государственного учреждения. Конечно, многие из них и правда имеют проблемы с алкоголем, но и они должны иметь шанс изменить что-то. Оказавшись один раз на дне жизни, очень сложно подняться. Бомжам негде купаться и стирать одежду, они не брезгуют объедками из мусорных баков, и мы шарахаемся от них — никто не возьмет такого на работу, не протянет руку. Мечтают ли они вернуться к нормальной жизни? Многие, наверное, нет. По той же причине, по которой мы не мечтаем купить самолет — просто потому, что шансы минимальные… Дать человеку возможность отмыться и побриться, надеть чистую одежду и пойти с утра не к мусорникам в поисках продуктов, а на общественные работы — это совсем немного для нас, но огромный шанс для них.

Очень хочется, чтобы и жители ул.Тельмана, и депутаты горсовета пересмотрели свое отношение к центру для бездомных. Тем более что соседей у него на самом деле нет, кроме того же социального общежития и хоздвора школы (это не тот двор, где гуляют дети), калитка выходит на улицу Куйбышева. Поверьте: эти люди никому не помешают, а, может быть, даже помогут. Руководитель благотворительной организации «Новое поколение», которая тоже занимается людьми, попавшими в сложную ситуацию, Виталий Кодацкий говорит, что в селе, где разместили центр, жители тоже сначала были против, а сегодня — уже за: оказывается, бездомные могут и по хозяйству помочь, и ни от какой работы не отказываются.

Сегодня речь идет о помещении, на ремонт и реконструкцию которого не нужно выделять ни копейки денег из бюджета, есть грант на оснащение, есть люди, которые готовы здесь работать. Открыть центр не мешает ничего! Давайте попробуем. Каждую зиму в нашей области гибнут десятки бездомных — от холода, от голода, от пожаров в брошенных домах, еще десятки людей теряют ноги и руки из-за обморожений, заболевают туберкулезом. Искалеченные, больные, часто заразные, они возвращаются в теплотрассы, на свалки, в подвалы. Они живут вроде бы совсем рядом с нами, на расстоянии вытянутой руки, но на самом деле в совершенно иной реальности — без дома, еды, тепла и надежды на лучшее.

Ольга Степанова, «УЦ».

В том, что «без бумажки ты букашка», каждый из нас убеждался хотя бы раз в жизни. Во всех инстанциях от нас требуют справки, доверенности, выписки, свидетельства и прочие документы. Самым важным документом, удостоверяющим личность, является, безусловно, паспорт.

Если вы не получили свою «паспортину» в шестнадцать лет (а такие случаи бывают), то шагу не ступите по жизни до тех пор, пока не обзаведетесь документом. Можете себе представить, как живет человек, у которого паспорта нет ровно половину жизни? Евгению Волкотрубенко 32 года, и шестнадцать из них он живет без главного документа, удостоверяющего личность. Правда, все это время он в основном находится в местах лишения свободы.

«Одним из приоритетных направлений работы нашего отдела является восстановление или оформление новых документов — паспортов и идентификационных кодов, — рассказала «УЦ» старший инспектор по вопросам подготовки к освобождению отдела социально-воспитательной и психологической работы Кировоградской ИК №6 Алина Пилипишина. — Только с начала этого года нашим учреждением совместно с Государственной миграционной службой и органами внутренних дел было оформлено 112 паспортов. Шесть из них выданы впервые, 32 вернули изъятые, а 74 оформлены в связи с потерей или по обмену».

Казалось бы, документ, «бумажка», но за ней — целая судьба. Судьба Евгения Волкотрубенко, может быть, была бы иной, получи он паспорт одновременно со сверстниками. Но как только ему исполнилось шестнадцать — он уже был осужден, впервые. «Когда освободился после отбытия срока, единственным документом, удостоверяющим мою личность, была справка об освобождении. На работу устроиться не мог, брали куда-то неофициально. Без паспорта, да еще и с судимостью я постоянно попадал под прицел правоохранительных органов», — вспоминает Евгений.

Мужчина пытался оформить документы. Но проблема заключалась в том, что свидетельство о рождении, на основании которого выдают паспорт, было утеряно. Родился Женя в Казахстане. В паспортном столе объяснили, что запрос по месту рождения он должен делать самостоятельно. Не успел, так как снова оказался под следствием.

Уроженец Казахстана, он еще маленьким с мамой переехал в Николаевскую область. Позже мать вышла замуж, и семья переехала в Новомиргородский район Кировоградской области. С шестнадцати до тридцати двух лет — пять судимостей, четыре раза отбывал срок. Сидел за кражи, объясняет это тем, что надо было как-то выживать. Сейчас раскаивается и мечтает о другой, лучшей жизни. Женя очень переживает за мать. Есть у него младшая сестра, но она сейчас тоже находится в местах лишения свободы.

У Евгения Волкотрубенко появилась реальная перспектива измениться самому и изменить свою жизнь. Все дело в паспорте, который он вот-вот получит. «Процедура эта непростая, — рассказала Алина Пилипишина. — Мы собираем все документы, передаем их в паспортный стол. Оттуда идут запросы во все области Украины с тем, чтобы подтвердить, что он нигде не документировался.

Работа сделана очень большая. Мы искали в Интернете максимум информации, чтоб правильно все оформить. В Казахстане, к счастью, оказались очень отзывчивые люди. Нам прислали бланк, объяснили, как правильно его оформить. Радости было — и нашей, и осужденного! В пределах Кировоградской области нам не могут прислать, говорят, что документы должен забрать кто-то из родственников по его доверенности, а из Казахстана прислали. Мы только написали заявление, начальник подписал, отправили, меньше месяца прошло — и документы у нас.

Мама Волкотрубенко почтой отправила нам свидетельство о регистрации брака. Из Новомиргородского района письмо идет уже два месяца! Подозреваем, что оно потерялось. По другим осужденным ответы задерживаются, из того же Казахстана. А для Евгения, наверное, звезды сложились в его пользу».

Итак, на сегодняшний день Евгений имеет свидетельство о рождении и документ, подтверждающий, что он не является гражданином Казахстана. Еще несколько дней и он формально станет полноценным гражданином Украины. Станет ли он им фактически, зависит только от него самого. Но на это есть надежда, поскольку у него появилась серьезная мотивация к позитивным изменениям.

«У меня есть женщина, с которой я познакомился по переписке. Есть газеты с объявлениями о поисках спутника жизни, телетекст на некоторых каналах. Это я ее нашел, первым написал письмо Тане из Запорожья. Ничего не скрывал, все о себе рассказал, сообщил, что нахожусь в местах лишения свободы. Она все поняла и ответила на письмо. У нас завязалась переписка», — рассказал Женя.

А потом Таня приехала. Потом еще. В течение года она приезжала пять раз. Поскольку пара не расписана, свидания разрешены только краткосрочные. Как только Женя получит паспорт — пара распишется. Евгений обещал на церемонию бракосочетания пригласить корреспондента «УЦ». Ждем пригласительную открытку!

Освобождается Евгений Волкотрубенко в 2017 году. Но у него есть перспектива условно-досрочного освобождения. У него вообще появились перспективы, воспользоваться которыми он намерен вполне серьезно.

Елена Никитина, «УЦ».

Именно таким, по мнению главного врача Кировоградского областного госпиталя для ветеранов Геннадия Сябренко, должно быть лечение поступающих в больницы города солдат из зоны АТО – тихим и спокойным, без чрезмерного, нередко неуместного внимания со стороны СМИ и общественности.

Начнем с хорошей новости: руководители медицинских учреждений Кировограда, в которых проходит лечение бойцов, участвовавших в антитеррористической операции на востоке Украины, констатируют, что, в сравнении с пиком боевых действий, пришедшимся на август, количество раненых и больных на порядок снизилось. Так, в Кировоградской областной больнице в этот период проходили лечение более 30 человек (особенно большой наплыв раненых был после Иловайской трагедии), а в конце октября лежащих в больнице участников АТО можно пересчитать по пальцам. Ту же тенденцию отметили и в госпитале для ветеранов. Между тем говорить, что в скором времени все прекратится, – слишком уж оптимистично.

Несмотря на объявленное месяц назад перемирие, в военные госпитали Днепропетровска, Запорожья, Винницы продолжают поступать раненые. Руководство кировоградского госпиталя для ветеранов выступило в министерстве здравоохранения с инициативой, которая уже показала свою эффективность в пределах нашей области: создать рабочую группу и наладить взаимодействие между военкоматами, военными и гражданскими медицинскими учреждениями.

– Мы, по сути, предложили военным помощь в лечении и реабилитации участников боевых действий на востоке страны, – говорит главврач госпиталя Геннадий Петрович Сябренко. – Однако, поскольку система военной медицины достаточно закрытая, нужно было наладить сотрудничество через военкоматы. Наш госпиталь работает по системе адресной помощи, то есть лекарства и другие средства выделяются под потребности конкретного пациента. Благодаря этому ветераны могут лечиться у нас совершенно бесплатно, им и их родственникам нет необходимости бежать в аптеки и покупать дорогостоящие лекарства или платить за диагностику. Эту же систему можно использовать для лечения раненых в АТО. Все наши пациенты состоят в госпитале на учете. Чтобы стать на учет, нужно принести из военкомата документ, подтверждающий, что вы находились в зоне боевых действий. Получив документы из областного военкомата, мы можем спокойно перевести бойца из военного госпиталя в другом городе сюда, в Кировоград, и выделить ему все необходимое для лечения. Сначала мы предложили такое сотрудничество областному военкомату. После того как эта практика показала свою эффективность, мы обратились в МОЗ, где была создана рабочая группа по данному вопросу. Кстати, благодаря системе адресной помощи мы не нуждаемся так остро в волонтерской поддержке, как военные госпитали, первыми принимающие раненых. Более того, иногда у нас с волонтерами возникает некоторое непонимание. Они приходят с определенной целью – помочь бойцам АТО. Прекрасная, благородная цель. Но в моем госпитале лечатся и участники боевых действий в Афгане и в Великой Отечественной. Они что, не заслужили такого же уважения и поддержки? Для меня и персонала госпиталя нет разницы, где, когда и в каких боях участвовал пациент – на Донбассе или под Берлином. Они все в одинаковой мере заслуживают признания и помощи, и если уж помогать, то помогать всем.

Недавно ветеранский госпиталь получил собственный томограф, благодаря чему возможности лечения травм, полученных в результате боевых действий, значительно расширились.

– Наиболее частые травмы в современной войне, к сожалению, носят ярко выраженный неврологический характер. Это всевозможные контузии, баротравмы, – отмечает Г. Сябренко. – Современное оборудование позволяет проводить точную диагностику и эффективно лечить последствия подобных травм. С другой стороны, сложные бытовые условия в зоне боевых действий обостряют уже имеющиеся хронические заболевания и вызывают новые. Нужно отдавать себе отчет в том, что участники АТО – это далеко не всегда молодые ребята. Средний возраст бойцов, находящихся на лечении в госпитале, – за 30 лет…

Дед (именно так представился этот человек, сказав, что так его прозвали сослуживцы) впервые попал на войну зеленым юнцом, когда Советская Армия вошла в Афганистан. Пройдя жестокие бои, он вышел в запас в ранге капитана. После Афганистана 27 лет проработал в средней школе Бобринецкого района учителем физкультуры. Но в конце апреля его снова вызвали в военкомат.

– Меня призвали, сказали – на 45 дней. Однако годы берут свое – у меня обострилась давняя болячка. В общем, отслужил положенное время, отправился в отпуск и решил лечь сюда. Меня прооперировали, причем оперировал заведующий отделением, сейчас идет послеоперационное лечение. Я лежу здесь уже месяц. Потом?.. Если бы не эти события, то я скоро уже на пенсию выходил бы.

Немного подумав, Дед вдруг решился на откровенность:

– Я две войны прошел и увидел одно отличие нынешней от той: в Афгане тоже использовались «Грады», минометы и так далее. Здесь – те же «Грады», только тогда из этого всего стреляли мы, а теперь из них стреляют по нам.

Николай Львович поступил в кировоградский госпиталь из Полтавы. До этого были госпитали в Артемовске и Харькове.

– Наверное, это к счастью – я попал сюда с совершенно мирным диагнозом – аппендицит. Сначала, естественно, отправили в Артемовск, но там меня прооперировать не могли – персонал очень загружен, госпиталь переполнен ранеными. Поэтому меня оттуда сразу направили в Харьков. Там меня положили на операцию. К счастью, врачи работали профессионально, не случилось никаких осложнений, несмотря на то, что помощь мне была оказана не сразу. После операции мне предложили перевестись по месту жительства – в Кировоград. Я, честно говоря, сначала немного напрягся, когда узнал, что буду лежать в госпитале для ветеранов. Дело в том, что в детстве я регулярно ходил сюда проведывать деда – инвалида Великой Отечественной. Дедушка у меня был практически слепым, он ложился в этот госпиталь ежегодно, а меня родители заставляли каждый день носить ему обеды. Я нес обед, а потом мы выходили во двор и гуляли среди сосен. А теперь я сам лежу в этом госпитале, и знаете – я вполне доволен. Меня обеспечили всеми нужными медикаментами, я фактически отдыхаю здесь. Кстати, имею возможность оценить масштабы волонтерского движения. Военные госпитали периодически дают волонтерам списки, а потом те приезжают и буквально забивают склады вещами и лекарствами. В Харькове – я такого нигде не видел – в ящиках на больничном складе лежали мобильные телефоны, сим-карты, зарядки. Они, конечно, были дешевые, но я мог взять себе любой и связаться с родными. Понимаете – не просто попользоваться, а взять себе! Здесь все гораздо скромнее, хотя, с другой стороны, сам госпиталь работает по такой системе, что волонтерская помощь не требуется. Кировоградские волонтеры очень много делают для армии там, в АТО. Практически все, что у бойцов было – спальники, карематы, палатки, обувь, – привозили они. А государство… Я служил в 17-м батальоне, в августе на основе этого батальона сформировали роту добровольцев из 80 человек и разбросали по Донецкой области. Я и еще 20 моих сослуживцев оказались под Дебальцевым. Привезли в грузовике на место, выгрузили – и оставили как есть: ни продовольственных карточек, ни даже палатки. Рядом стоял батальон «Киевская Русь» – мы потихоньку стали налаживать отношения с ними. Первое время было очень тяжело, потому что нам помочь никто не мог. Но, когда раззнакомились с ребятами из батальона, они стали делиться с нами тем, что у них было…

Раненым бойцам АТО в Кировограде помогают не только волонтерские организации. Как отметила главврач областной больницы Лариса Андреева, колоссальную поддержку пострадавшим оказывают поставщики медикаментов и даже частные лаборатории, расположенные на территории больницы.

– Сейчас (на момент интервью. – Авт.) у нас лечатся трое ребят, которые были ранены в зоне АТО. Двое лежат в нейрохирургическом отделении, один – в ожоговом. Тем, кто находится в нейрохирургии, необходимо было сделать томограмму. Это дорогая процедура. Нам пошли навстречу владельцы частной лаборатории и оплатили ребятам томографию. Кроме того, аптечные сети, торгующие на территории больницы, регулярно снабжают бойцов лекарствами. Так что нашим героям вообще не нужно беспокоиться и искать средства на лечение. Больше всего раненых из АТО поступило к нам после Иловайского котла в конце августа – более 30 человек. Большинство – с контузиями, акустическими травмами, осколочными ранениями. Но регулярно поступают и те, кто заработал болезни из-за тяжелых условий жизни – чаще всего это болезни желудочно-кишечного тракта в результате плохого питания. Помните ведь, что в окружении ребята были вынуждены пить из луж, есть всухомятку или вообще ничего не есть по несколько дней? Все это неизбежно отражается на здоровье…

Владимира мы буквально ловим в коридоре нейрохирургического отделения. Парень возвращался с компьютерной диагностики.

– У меня была контузия, я лежал в днепропетровском госпитале. После него меня отправили в отпуск домой. Вскоре у меня начала неметь нога. Ранения в ногу у меня не было, так что это явно связано с моей травмой. В общем, я обратился сюда. Сам я из Маловисковского района, пгт Смолино, по специальности – горнорабочий. Есть девушка, которая ждет меня домой с войны, хочу, когда это все закончится, вернуться и жениться. А еще хочу закончить в квартире ремонт, а то перед мобилизацией начал, разнес всю квартиру, а доделать не могу. Но это будет явно не сейчас, подлечусь – и на комиссию в военкомат. Оттуда, скорее всего, снова в АТО. Сейчас я прохожу диагностику. Только что мне делали компьютерное обследование – ни копейки не взяли. Лекарства тоже бесплатно. Греет душу, когда люди приходят проведать. Часто приходят волонтеры. Вообще если бы не они, я не знаю, как армия выживала бы. Днепропетровский госпиталь, например, полностью обеспечивают они. Меня туда с поля боя привезли вообще без ничего, кроме формы. Когда я спросил, где можно взять зубную щетку, мыло, отвели в специальную комнату, позвали медсестричку по хозяйственной части. Эта комната по самый потолок забита – там все, начиная от постелей и заканчивая кофе…

Все сказанное выше вселяет оптимизм – герои, защищающие мир на нашей земле, получив ранения или заболевания, не остаются наедине со своими проблемами. Тем не менее, большинство из них стараются избегать общественного внимания.

– Мне совсем не нравится то отношение, которое наше общество демонстрирует к этим людям, – отмечает Г. Сябренко. – Люди бросаются в крайности, то делая из участников АТО жертв войны, то демонизируя их. Это в корне неправильно, потому что все они, как и мы с вами, остаются такими же обычными людьми. Да, некоторым из них нужна помощь, в том числе психологическая, но в масштабах всего общества их проблемы не являются массовыми. Отличие всего одно – раньше мы почти не сталкивались с такими проблемами и еще не знаем, как с ними жить. Неизвестность порождает страх и истерию, но как раз истерия нужна здесь меньше всего. Лечить и возвращать к мирной жизни участника боевых действий – это дело тишины. Я надеюсь, в скором времени наше общество это поймет и примет.

Виктория Барбанова, «УЦ».

В одном из предыдущих номеров «УЦ» затронула тему энергосбережения. Мы решили развить ее и перейти от способов утепления к более интригующей ее составляющей — использованию альтернативных видов топлива.

Подавляющее большинство кировоградских квартир и домов отапливаются газом. События последних месяцев показали, что этот продукт далеко не так надежен, как казался. В коммунальных службах твердят о переходе котельных на мазут, а вот тем, кто живет в частных домах, приходится всерьез задуматься о том, как обогреть дом и при этом не вылететь в трубу. Газовую…

Хозяева частных домов, не успевшие разобрать печки типа «груба», по-тихому радуются этому — в условиях ограничения подачи газа натопленная печь позволяет согреть хотя бы часть жилища (моя семья — в числе этих счастливчиков). Но на нашем небольшом семейном совете было решено, что этого недостаточно. Есть место для твердотопливного котла, поэтому было решено приобрести этот агрегат (благо, котлов — превеликое множество).

Самыми дешевыми, естественно, оказались металлические печки типа «буржуйка». Не пугайтесь, современные буржуйки, по сравнению со своими классическими аналогами, шагнули далеко вперед — и по эффективности, и по эстетике. Но расход топлива для них все же остается одним из самых больших (наравне с грубой). Поэтому мы отложили буржуйку в запасные варианты и перешли к рассмотрению более сложной конструкции под названием «булерьян».

Откуда у этой несколько космического вида печи взялось не менее экзотическое название? По легенде первые булерьяны смастерили канадские лесорубы, чтобы отапливать свои избушки зимой, а в промышленном масштабе эти печи первой стала выпускать немецкая компания Bullerjan. Еще эти печки называют «бренеран» — это уже постарались российские промышленники позапрошлого века, решившие переименовать конструкцию и тем самым удешевить конечный продукт.

В Интернете имеется огромное количество предложений по продаже этих печей, благодаря простоте производства их выпускают около десятка различных украинских заводов (в том числе кировоградский завод дозавтоматов) — лишний повод поддержать отечественного производителя.

Изюминка бульерьяна — конструкция из изогнутых труб, как бы обнимающих корпус печи. Эти трубы позволяют очень быстро — буквально за полчаса — поднять в помещении температуру на добрый десяток градусов. Вторая изюминка — камера вторичного сгорания, расположенная в верхней части печки. Она позволяет не только переработать топливо, но и получить тепло из газа, который выделяется во время сгорания. Правильно загруженный булерьян позволяет обойтись без добавления топлива до 12 часов — очень удобно, так как можно не вставать среди ночи, чтобы подбросить дрова.

Итак, мы купили булерьян. Обошлось нам это удовольствие в 2300 грн. из семейного бюджета. Надо отметить, что при выборе печки очень важно определить, какую площадь она должна отапливать, — слишком маленькая печь не даст ожидаемого результата. Таблицы с соотношением площади помещений и мощностью печей есть на любом сайте, торгующем этим видом товара.

В инструкции по использованию указано, что первую растопку лучше проводить на открытом воздухе. Когда мы растопили свой булерьян в первый раз, сразу поняли, зачем это надо. Металлическая печь покрыта толстым слоем жаростойкой краски, при разжигании огня эта краска начинает выделять ядовитые вещества. Запах при этом стоит просто непереносимый, но исчезает после третьей-четвертой растопки. Только после такой «обработки» печь можно заносить в дом и устанавливать.

Важное условие для булерьяна — хорошая тяга. Если у вас есть дымоход — поздравляем, печку довольно легко встроить в него. В крайнем случае, можно выдолбить отверстие в стене. Тяга нужна для сгорания газа в верхней камере печи, без этого булерьян превращается хоть и в оригинальную, но все же буржуйку.

Среди недостатков булерьяна — высокая температура самой печи во время горения. Поэтому перед тем, как ставить ее, нужно хорошенько выбрать место — чтобы потом не натыкаться на нее и не обжигаться (ожог можно получить довольно серьезный — как от утюга). Можно выстроить вокруг печки защитные экраны из кирпича — они защитят вас и послужат аккумуляторами тепла. Но полностью обкладывать булерьян нельзя — трубы должны быть свободны, с постоянным потоком холодного воздуха снизу. Еще один недостаток «проистекает» из достоинства: булерьян очень быстро нагревается сам и разогревает окружающий воздух, но он так же быстро и остывает, как только в нем гаснет последний уголек. Поэтому, уходя на работу и оставляя потухающий булерьян, будьте готовы вернуться вечером в холодный дом и начать растопку заново.

Растапливать булерьян легко — при наличии тяги топливо в нем разгорается быстро. Кстати, в качестве топлива можно использовать не только дрова. Подойдут и всяческие отходы деревообрабатывающей промышленности — стружка, щепки, сухие опилки. Ради эксперимента мы загружали печь древесной корой и даже сухими листьями — эти части дерева показывали поразительный КПД, выдавая в два-три раза больше тепла, чем в обычной печке (все благодаря выделяемому газу, сгорающему потом в верхней камере, — в коре и листьях его особенно много). Булерьян спокойно «переваривает» и большие куски дерева, не влезающие в другие печи. Идеальным топливом для него являются пеллеты (это такие гранулы, производимые специальным прессом из отходов дерева, бумаги, даже из соломы и шелухи подсолнечника), но, к сожалению, единственное предприятие по изготовлению пеллет, которое нам удалось найти в Кировограде, работает на зарубежного потребителя (главным покупателем его продукции является Польша). Это несколько обидно, учитывая, что производить это простое и эффективное топливо можно на любой лесопилке из отходов.

Единственный вид твердого топлива, которым булерьян топить категорически нельзя, — это уголь. Если вы хотите отапливаться углем, придется приобрести специальную угольную печь или твердотопливный котел, но речь в этом случае идет о совершенно другом принципе работы и другой цене.

Мы покупали булерьян для того, чтобы отапливать коридор, ванную комнату и кухню — это самые холодные помещения в нашем доме. В качестве дополнительного и резервного источника тепла эта печь не имеет себе равных, но использовать ее как основное средство обогрева для нескольких комнат все же проблематично. В Интернете довольно много видеороликов и рассказов о том, как народные умельцы делают на трубах булерьяна отводы, которые потом выводят в смежные комнаты. Есть даже описания конструкций с водяным контуром, но, как мне кажется, это слишком сложные манипуляции (особенно учитывая то, что большинство владельцев частных домов и так имеют водяные контуры с газовыми котлами). Прелесть же булерьяна заключается именно в простоте и доступности.

Виктория Барбанова, «УЦ».

Нас познакомил Николай Цуканов. Он позвонил и сказал: «Срочно приезжай ко мне. У меня гостит очень интересный человек. С ним обязательно надо пообщаться». Цуканов знает толк в интересных людях, и спустя час мы общались с коллекционером, галеристом, искусствоведом и краеведом из Мариуполя Александром Черновым.

– Александр Михайлович, вы галерист, потому что у вас есть галерея?

– Была. Называлась «Артлюкс». К сожалению, просуществовала она недолго. Открывшись в 2011 году, очень скоро она стала участницей всеукраинского проекта «Галереи Украины»: был выпущен альбом, и мы там тоже поучаствовали. Одна из работ моей коллекции так понравилась организаторам проекта, что ее изображение было помещено на обложке.

Наша галерея приказала долго жить. Изначально, когда только родилась мысль о ее создании, я нашел меценатов, заразил их этой идеей, и они вложили деньги в реставрацию помещения. Они выкупили помещение в старом доме, построенном в сталинские времена. Когда-то в этом доме был главпочтамт Мариуполя.

Интересный факт: когда делали реконструкцию, с верхней части колонны отлетела капитель, под которой оказалась замурованная бутылка. Внутри была записка, датированная 1951-м годом. Строители на клочке оберточной бумаги химическим карандашом написали: в строительстве участвовали такие-то (три фамилии), заработали мало, нас обманули, но что поделаешь – эпоха социализма. Такой упрек социализму и сталинизму через шестьдесят лет…

Я эту записку поместил в рамочку, и она висела на входе в галерею. Думали, что она станет оберегом.

– И что случилось с галереей?

– Она была прекрасная. Шестьсот квадратных метров, два этажа, три выставочных зала. Но свою роль сыграл человеческий фактор. Люди, учредители, хотели быстро вернуть вложенные деньги. Думали, что этот проект быстро окупится, хотя я предупреждал, что подобные проекты минимум через пять лет начинают себя оправдывать. А меня начали ставить в рамки через полгода. Хотели, чтобы это было на самоокупаемости. Но у нас коммунальные тарифы были как для промышленных предприятий.

У учредителей была материальная база, у нас – интеллектуальная. Я наполнил галерею содержимым – своими коллекциями. Это было событие для города. Но учредители решили проект свернуть, хотя уровень галереи был очень высокий, гости из Питера называли ее маленькой Третьяковкой. Сейчас живопись из галереи ушла, выставляется ученичество. История галереи осталась в нашей памяти и на сайте, который до сих пор жив.

– Поговорим о вашем коллекционировании. Наверное, вы, как многие, увлеклись собирательством в детстве. А в какой момент не смогли остановиться?

– Я прошел все стадии коллекционирования. Вирусом собирательства меня заразили родители. Когда я был во втором классе, они из Донецка привезли марки. Я сразу же заразился и стал филателистом. Позже я увлекся книгами – в студенческие годы начал собирать библиотеку по искусству. Я окончил институт, получил направление в Одессу, и там судьбоносную роль сыграл мой друг Феликс. Он был музыкантом, хормейстером, жил на Ришельевской, и он увлекался живописью. Я, следуя его увлечению, стал заглядывать на Староконный рынок. Однажды у бабульки купил чуть ли не Айвазовского. Эта картина до сих пор не атрибутирована, но я думаю, что это вполне может быть Айвазовский. Там даже рама характерная для работ этого художника.

А в конце восьмидесятых я увлекся советским фарфором. Тогда еще никто им не увлекался. В Киеве было всего несколько человек, которые уже поняли роль и значение советского фарфора. Я стал коллекционировать советскую фарфоровую пластику и собрал довольно значительную коллекцию. Недавно выставлял ее в нашем Музее быта жителей Приазовья. Это было как раз перед началом обстрела. Директор музея спас мою коллекцию от гибели – он очень вовремя спрятал ее в подвал.

А вот живопись в среде коллекционеров считается высшей лигой. Те, кто коллекционирует живопись, – люди, достигшие высоты собирательства. Выше – только графика. Ее собирают рафинированные коллекционеры. Их очень мало, но они есть.

– У вас есть интересная история, связанная с Куинджи. Расскажите об этом подробнее.

– Куинджи, грек, которого считают русским художником, родился в Мариуполе. Правда, рано уехал из нашего города. Человеком был скромным, жил по-спартански, умер не в роскоши, а все свое состояние завещал на создание мариупольской картинной галереи.

Был у нас когда-то мэром Поживанов, известный политик, который начал строительство галереи. Но, когда он уехал в Киев, строительство было законсервировано. Приближался юбилей – столетие со дня смерти Куинджи, это 2010 год. Очень хотелось, чтобы завещание художника было реализовано хотя бы к этой дате. Я так разозлился на бездействие тех, от кого это зависело, что написал статью «Картинная галерея как зеркало мариупольской власти». Обратился в местную газету «Вечерний Мариуполь» с просьбой опубликовать. Редактор прочитала, сказала, что готова напечатать, но посоветовала подписаться псевдонимом, чтобы у меня не было потом проблем. Я тут же придумал себе новое имя – Ян Укович. Она сказала, что меня за это вообще расстреляют, и мы решили сделать эту статью коллективной. Я подключил знаковых людей – художников, архитекторов, почетных граждан нашего города, – и они с удовольствием подписались.

Ющенко я знал как постоянного посетителя сборищ коллекционеров в Киеве. И я там бывал. Когда вышла газета с нашим коллективным письмом, я в ближайшую субботу подошел к Ющенко и вручил газету. Он взял ее и пообещал почитать. Приехал я домой, в течение недели была тишина. А потом у нас началось такое движение! Предполагаю, что был звонок из Администрации Президента. Местные власти пытались найти автора «пасквиля». Бегали они по алфавиту списка подписантов, но никто меня не выдал. В итоге через несколько месяцев в городе появилась картинная галерея имени Куинджи.

К сожалению, в городе к этому моменту осталось только три работы художника, остальные разошлись по другим музеям.

– Кто имеет право называть себя коллекционером?

– Коллекционер с большой буквы, настоящий – это человек, подходящий к этой теме серьезно. Это не просто собиратель. Он популяризирует предметы своего собирательства, атрибутирует. Есть нувориши, замкнутые в себе и на своей коллекции. Она греет их лично. А в идеале это все должно принадлежать людям, широкой общественности. Не ты один должен этим наслаждаться. Это должен быть подвижник.

– Принимая во внимание вашу дружбу с Николаем Цукановым, можно предположить, что вы что-то выставите в галерее «Елисаветград». Что это будет? Чем вы свяжете Мариуполь и Кировоград?

– А вы знаете, что наши города связывает одна очень знаковая фигура? Это Виктор Михайлович Арнаутов. В США он считается основоположником монументализма. Это ученик знаменитого Диего Риверы. Выпускник мариупольской гимназии, в Елисаветграде он окончил кавалерийское училище, после чего был направлен на фронт. На фронтах Первой мировой он отличился, стал георгиевским кавалером. После революционных событий эмигрировал в Китай, оттуда, женившись на дочери консула, уехал в США. Интереснейшая личность. Был профессором живописи, сделал огромное количество монументальных работ. В1963 году он вернулся в Мариуполь и здесь сделал несколько монументальных произведений.

Что касается вашей потрясающей галереи, Николай Николаевич меня приглашает. Я думаю, мы выставим кого-то из художников Приазовья, чтобы популяризировать нашу школу. Многие считают Мариуполь провинцией. Географически – возможно. Но не в культурном плане. Мариуполь в царской России был вторым после Санкт-Петербурга по количеству генеральных консульств, их было семь. А после революции вектор развития изменился, и город стал развиваться как индустриальный. Но у нас есть своя художественная школа. И я с удовольствием представлю ее кировоградцам – замечательным людям, знающим толк в искусстве.

Записала Елена Никитина, «УЦ».