Рецепты для головной боли

Решение Минздрава об отпуске лекарственных средств в аптеках по рецептам может стать настоящей головной болью не только для больных, но и для медиков и чиновников от медицины.

Понятно, что беспокоит в связи с этим решением значительную часть населения Украины: невозможность купить привычное и ранее доступное лекарство или лекарственное средство, не обратившись предварительно к врачу. Образно говоря, у тебя голова болит, а тебе только добавляют головной боли очереди в регистратуру поликлиники, очереди перед кабинетами врачей или, еще хуже, отсутствие талончиков к нужному тебе специалисту. Или нужный тебе специалист вообще принимает раз в неделю, или занят в этот день на другой работе. Что касается перечня лекарств, которые будут отпускаться без рецепта, то пока дело ограничивается в значительной степени лишь предположениями. Например, как уже прозвучало, противозачаточные средства без рецепта не будут отпускать (то есть половая жизнь граждан отныне будет проходить исключительно под надзором врача). А что будут отпускать?

Редакция «УЦ-Репортера» имела возможность узнать мнение по этому поводу руководителя горздравуправления Кировограда Любови Пивоварчук.

-Такого перечня пока нет. Существует приказ, определяющий, как, на каких бланках будут выписываться рецепты и как будут регистрироваться в лечебных учреждениях. Мы ожидаем теперь сам перечень. Введение нового порядка отпуска медикаментов планируется с 20 октября, до этого срока перечень должен появиться, и мы его обязательно обнародуем.

Однако, как выяснилось, есть еще одна серьезная проблема, связанная с отпуском медикаментов по рецептам и не решенная Минздравом:

-Для нас самих еще многое непонятно. Мы не знаем, как будут обеспечиваться лекарствами больные в стационарах. По закону, врач в стационаре не имеет права выписывать рецепты больному, находящемуся на стационарном лечении, поскольку наша медицина считается бесплатной. Рецепт можно выписать только больному, который обратился за амбулаторно-поликлинической помощью. Этот вопрос нигде не оговорен.

Не наломать дров в Болонском лесу

В мае этого года Украина наконец-таки подписала Болонское соглашение. Причем самой последней из всех европейских государств! Практически сразу после этого в научном мире разгорелись жаркие дискуссии на тему, как наименее безболезненно провести процесс подгонки отечественного высшего образования под общеевропейские стандарты.

По оценкам специалистов, в Украине реализация Болонского соглашения растянется на десять-двадцать лет и потребует огромной работы на законодательном и министерском уровнях. За этот период времени системе высшей школы предстоит пережить ряд кардинальных реформ. Нужно будет полностью перейти на двухуровневую систему образования: бакалавриат и магистратура (сейчас у нас четырехуровневая система: младший специалист, бакалавр, специалист и магистр); ввести единую распространенную в Европе систему учета учебных единиц — «кредитов»; перейти на стобалльную систему оценки знаний; скоординировать национальные программы обучения с общеевропейскими и ввести единую систему контроля качества образования. В результате всех этих новаций украинские высшие учебные заведения получат возможность выдавать дипломы, признаваемые в любом европейском государстве, также подписавшем Болонскую декларацию. Возражений нет, цель благая, только, как это часто бывает, путь к звездам лежит через те еще тернии… Впрочем, никто и не говорил, что будет легко.

Своими мыслями по наиболее спорным вопросам национальных особенностей Болонского процесса с читателями «Украины-Центр» поделился один из участников рабочей группы по подготовке Закона «О высшем образовании», авторитетный ученый и руководитель, ректор Кировоградского национального технического университета профессор Михаил Черновол.

— В связи с тем, что министр образования Украины подписал декларацию, мы взяли на себя ряд обязательств, которые должны будем выполнить. Согласно основным принципам Болонского соглашения, остаются только две ступени высшего образования — бакалавр и магистр, следовательно, нынешние вузы первого и второго уровней аккредитации — техникумы, колледжи, которые готовят младших специалистов, — будут выведены из системы высшей школы. Исчезнет и привычная для нас степень специалиста. Вокруг этого дискуссий больше всего. Нужно ли идти на такой шаг? Многие работники высшей школы с этим не согласны.

В чем заключается основная проблема? Сегодня срок обучения на бакалавра составляет четыре года, на магистра — один год, причем не сверх положенных пяти лет программы обучения специалиста, а параллельно — студенты одновременно трудятся над дипломной работой специалиста и научной работой магистра. Государство не может пойти на увеличение срока обучения на стационаре с пяти до шести лет — средств на дополнительный год учебы ни в одном вузовском бюджете не предусмотрено. По новым принципам обучение в магистратуре должно занимать не менее полутора-двух лет; тогда на бакалавриат остается минимум — три, максимум — три с половиной года. Предполагается, что большинство студентов будут уходить из вуза по достижении уровня бакалавра — т.е. по истечении трех с половиной лет обучения. За это время студент должен получить законченное высшее образование! Главный предмет дискуссии — возможно ли за 3,5 года подготовить квалифицированного инженера, способного после окончания вуза пойти работать на производство. Можно ли доверять такому специалисту, и не только инженеру?.. Но с другой стороны — в Европе высшая школа работает именно по такой системе. И неплохо работает. Считается, что европейское образование не хуже нашего, а уровень жизни стран ЕС намного выше, чем у нас. В этом вопросе своя логика есть в доводах обеих сторон.

Уже несколько лет во многих украинских высших учебных заведениях осуществляется подготовка по уровням бакалавра и магистра, но сейчас практически никто из студентов после первого этапа учебы из вуза не уходит — они переводятся на пятый курс. По статистическим данным, только до 20% пятикурсников выбирают продолжение обучения по программам магистратуры, остальные 80% учатся на специалиста. Не получится ли так, что после полного перехода на двухуровневую систему образования в вузах окажется на 80% пятикурсников меньше, чем сейчас? Ведь даже в Европе не все 100% выпускников-бакалавров идут учиться дальше. Уменьшение количества студентов автоматически скажется на нагрузке преподавателей, работающих на выпускающих кафедрах.

Далее, раз уж на подготовку специалиста остается лишь 3,5 года, значит, учебный план, охватывающий этот период времени, нужно будет максимально наполнить предметами по специальности. Чтобы освободить под них место, предлагается пожертвовать общеобразовательными предметами: украинским языком, историей, химией (для не «химических» специальностей) — всем тем, чему студентов должны были научить в общеобразовательных школах. А такой шаг может привести к сокращению преподавателей, работающих на гуманитарных, общеобразовательных кафедрах вузов. К тому же Болонский процесс предполагает уменьшение количества часов аудиторных занятий, студентам предоставляется больше времени на самостоятельную работу. В европейских вузах так заведено — студент сам идет в читальный зал и там трудится над предметом. Насколько наш студент готов к самостоятельной работе? Использует он освободившееся время для учебы или для чего-то еще?..

Еще один удар, который предстоит выдержать украинской высшей школе, — переход на новый перечень специальностей. Считается, что у нас перечень специальностей очень большой, гораздо шире, чем в Европе. И его нужно будет сократить так, чтобы он хотя бы приблизительно был похож на европейский. Первое, к чему это приведет, — резко уменьшается общее количество специальностей. Например, сейчас у нас в вузе есть такие специальности: автомобили, сельскохозяйственные машины, дорожные машины. Предлагается эти три специальности заменить одной — «Отраслевые машины и оборудование». В чем опасение? Что выпускник бакалавриата не будет в достаточном объеме знать ни автомобилей, ни сельскохозяйственных, ни дорожных машин. Детальная специализация предусмотрена только на уровне магистратуры — один бакалавр пойдет продолжать курс обучения, ориентированный на автомобили, другой — на горные машины и т.д. Так же и на экономическом факультете — такие специальности, как финансы, маркетинг, учет и аудит, налогообложение, экономика предприятий, заменит одна — экономика и предпринимательство.

Сейчас даже внутри Украины при переводе из вуза в вуз студент вынужден досдавать, пересдавать массу предметов. Предлагаемая унификация учебных планов позволит студенту беспрепятственно переходить из одного учебного заведения в другое, вне зависимости от страны, в которой вуз находится (в пределах действия Болонского соглашения). Но одновременно учебные заведения лишаются некоторой степени автономности, а ведь многие университеты за свою автономию боролись на протяжении очень долгого времени. Чересчур детальная унификация учебных планов, как и медаль, имеет две стороны: с одной — это мобильность студентов, с другой — потеря самобытности отдельных учебных заведений, отдельных выдающихся преподавателей. Чем, безусловно, хороша эта система — тем, что выпускники вузов будут получать на руки универсальный диплом, признаваемый всеми европейскими странами.

В то же время унификация учебных планов, специальностей приведет к тому, что многие дисциплины должны будут исчезнуть из вузовских программ. Следствием этого может стать ликвидация или укрупнение кафедр, сокращение количества преподавателей. Конечно же, не хочется потерять специальности, в которых наш вуз является законодателем мод в научном плане. К примеру, — сельскохозяйственное машиностроение.

— Так, может, все-таки Украина поторопилась присоединиться к Болонской декларации?

— Вас интересует мое мнение, правильно ли сделал министр, что подписал соглашение? Конечно, правильно. Нельзя стоять в стороне от общеевропейской интеграции, если мы собираемся стать полноправной частью европейского сообщества. Главное при этом не переусердствовать, не перешагнуть черту, чтобы не разрушить тот позитив, который присущ нынешней системе высшего образования.

Система образования консервативна по своей природе, любые изменения ей даются очень непросто. Очень важно будет во время Болонского процесса сделать исключения для некоторых специальностей. Например, в области педагогического образования. В Европе вообще нет педагогических вузов, а для нашей страны профессия учителя — это традиция. Хочу отметить, что любое соглашение — «рамочное», оно находится в определенных границах. И если строго привязываться к Европе, в нашей системе образования мы обязательно что-то потеряем. Может быть, даже безвозвратно… Думаю, что полной общеевропейской унификации у нас все равно не получится.

Существует большая проблема, как связать высшую школу, соответствующую Болонским критериям, и реальное производство. Министерству труда и социальной политики нужно разработать новый классификатор специальностей, чтобы специальности, по которым проходит обучение в вузах, соответствовали перечню наименований вакансий в системе работодателя. У нас в стране до сих пор нет четкого определения, какие же должности может занимать бакалавр. По техническим направлениям проще — есть такие должности, как мастер, бригадир, инженер отдела, начальник цеха. А как быть в медицине? Бакалавр-медик — это кто?.. Что такое бакалавр в сфере философии и может ли вообще философ быть ограничен уровнем бакалавра?..

— Михаил Иванович, Россия подписала Болонское соглашение еще в 2002 году. С какими наибольшими проблемами в вопросах реформирования системы образования столкнулись наши соседи?

— Россия — особая страна. Если мы думаем, подписывать или не подписывать Болонское соглашение, что нам это даст, тщательно анализируем все положительные и негативные моменты, то Россия действует просто — сначала все подписывает, а потом уже смотрит, что ей соблюдать, что не соблюдать — по принципу: воспринимайте нас такими, какие мы есть. Прошлым летом я ездил в Саратов, в университет, где когда-то учился в аспирантуре. Мы в Кировограде уже давно привыкли к слову «бакалавр», у нас вся схема уже отработана, КНТУ уже несколько лет выпускает бакалавров, а в саратовском вузе еще не было ни одного выпуска по программе бакалавров. Там даже на уровне профессуры перемены практически не ощущаются. Ну подписали соглашение — и подписали…

— Кроме трудностей, связанных с Болонским процессом, какие можно выделить самые насущные проблемы университета?

— Сейчас меня как ректора больше всего волнуют два вопроса: финансовая составляющая вуза и набор студентов в следующем году. Денег всегда не хватает, это понятно, но сегодня получился перекос вот в каком свете. С повышением заработной платы практически все средства университета уходят на зарплату. Причем подобная картина не только у нас, она наблюдается практически во всех вузах. Хотя общий бюджет университета постоянно растет, доля статей, определяющих развитие вуза, — совершенствование материальной базы, приобретение оборудования, ремонт помещений, — постоянно уменьшается. Их «съедают» две наиболее объемные статьи — зарплата, что, конечно же, в общем положительно, и коммунальные услуги.

Второе, что очень тревожит, — как будет проходить набор студентов. Со следующего года в Украине, под лозунгами борьбы с коррупцией в вузах, планируется ввести обязательное внешнее тестирование. Предполагается, что любой выпускник школы сможет сдавать экзамены по нужным ему предметам не непосредственно в учебном заведении, а в независимом центре тестирования. По итогам тестирования абитуриент получает соответствующий сертификат, с которым он приходит в приемную комиссию вуза, где желает обучаться, сдает документы и вместо приемных экзаменов просто демонстрирует сертификат центра тестирования, в котором уже стоят оценки по профильным предметам.

В этом году мы впервые применили в нашем вузе систему внутреннего тестирования — вместо привычных экзаменов по математике, физике, химии, биологии абитуриенты сдавали тесты. Позитивными сторонами нововведения стало то, что уменьшилась нагрузка на преподавателей, и что — не знаю, совпадение это или нет — совершенно отсутствовали апелляции на результаты экзаменов. Каждый год у нас идет поток жалоб от абитуриентов, суть которых в том, что на вступительных экзаменах преподаватели несправедливо поставили заниженную оценку. Всегда, во все времена после экзаменов ректор выделяет один день для приема абитуриентов, их родителей. Для меня это эмоционально очень тяжелый день — с утра до вечера масса посетителей, слезы, жалобы, просьбы. В этом году на прием к ректору не записался ни один человек — я целый день просидел в кабинете, но никто не пришел жаловаться! О чем это говорит? О том, что в определенной степени схема тестирования сработала — абитуриенты посчитали, что уровень их знаний оценили правильно.

Но был при тестировании и ряд моментов, которые мне не понравились. Первое — истинно педагогический аспект. Я считаю, что, какие бы тесты ни придумывали, лучшего способа объективно оценить знания студента, абитуриента, чем обыкновенное человеческое общение, устный диалог, просто нет. Второе — практический аспект. Приемной кампанией все-таки нужно управлять; неуправляемый процесс всегда приводит к хаосу. А экзамены по тестам — это в большей степени процесс неуправляемый. Да, раньше ректор мог влиять на ход вступительных экзаменов. Но как влиять? К примеру, сдают экзамены машиностроительные специальности, конкурса на которые практически нет. В этом случае я просто давал установку преподавателям: «Сегодня двойки желательно не ставить». Это значит, что экзаменаторы при необходимости «вытягивали» студентов, потому что отрицательная оценка поставит крест на стремлении абитуриента поступить в вуз (в этом году), а получив тройку, он может перейти или на другую специальность, или на контрактную форму обучения. В случае с тестами теоретически может получиться так, что, например, из 50-ти абитуриентов двойки получат 40 человек.

Сегодня абитуриент, поступающий на контрактную форму обучения, на экзаменах/собеседованиях чувствует себя психологически более уверенным — он знает, что является без пяти минут студентом. При тестировании ничего такого не будет. В среднем половина студентов на специальностях — госзаказ, они обучаются за средства из госбюджета, остальные же — контрактники. И если мы не наберем ожидаемого количества контрактников, это сразу подорвет финансовую базу университета. Демографическая ситуация в стране ухудшается, выпускников школ год от года становится все меньше и меньше, конкуренция между вузами обостряется, а подобные процессы только усложняют обстановку…

А вот, например, в Бельгии в высшие учебные заведения студенты не поступают, а записываются. В вуз берут всех желающих без исключения, отсев неучей начинается потом, по итогам первого курса обучения.

Кроме того, есть определенные сомнения, смогут ли независимые центры тестирования, не имея опыта приемных кампаний, сработать слаженно и эффективно. Причем в Кировограде такого центра не будет. НЦТ разместят в Киеве, Харькове, Донецке, Львове, Симферополе, Одессе, Днепропетровске. Значит, кировоградцам для того, чтобы сдать вступительные экзамены, придется ехать в другой регион. За один день 3-4 предмета абитуриент не сдаст — нужно будет оставаться в чужом городе на день-два. Есть и другие проблемы. Как выйти на оптимальный уровень сложности задач? Сколько раз можно сдавать тесты в течение одного вступительного сезона? Ответы на эти и другие вопросы мы узнаем, когда получим официальный министерский документ — правила приема студентов…

Следователи в нарукавниках

Работы у наших налоговиков по-прежнему хватает. Не спешит пока несознательный предприниматель — ни крупный, ни мелкий — выходить из тени. Видать, уютней там.

Поэтому выводить их оттуда приходится «под белы рученьки», зачастую с помощью анализа документации и компьютерных программ. Чем и занимается по мере сил следственный отдел налоговой милиции ГНА в Кировоградской области. В минувший четверг о работе подразделения журналистам рассказала его шеф полковник Надежда Джоган.

В общей сложности по состоянию на конец сентября текущего года усилиями отдела государству возмещены 2,4 млн. грн. убытков, нанесенных путем уклонения от уплаты налогов, наложены аресты на имущество, ориентировочная стоимость которого составляет 1,5 млн. грн., 23 дела с обвинительными заключениями направлены в суд.

Надежда Петровна также поделилась подробностями дел, по которым решения суда уже вынесены. Одно из них связано с предприятием, ситуация вокруг которого недавно наделала шуму в областной прессе. Речь идет о Маловисковском спиртзаводе. Так вот, оказывается, более года назад главный бухгалтер этого государственного предприятия проходил обвиняемым по делу об умышленном уклонении от уплаты налогов (ст. 212 УК). Следствие, продолжавшееся в течении полугода, завершилось обвинительным вердиктом — главбух, сфабриковавший договор о купле-продаже, позволивший «кинуть» государство более чем на 680 тыс. грн., получил 5 лет лишения свободы с лишением права занимать определенные должности. Правда, потом мера наказания была изменена, и в «места не столь отдаленные» злостный «уклонист» так и не попал.

В этой связи Надежда Джоган отметила, что не согласна со столь лояльным вердиктом суда — на протяжении всего времени следствия обвиняемый упорно отказывался сотрудничать со следствием и совершенно ничем такого «подарка» не заслужил. Также показательно, что своих подельников и возможных покровителей, которые, вне всяких сомнений, у него были, преступник не назвал, предпочтя взять всю вину за содеянное на себя. К сожалению, особым доверием граждан налоговики по-прежнему не пользуются, и сотрудничать со следователями лица, привлекаемые в качестве свидетелей, по возможности отказываются — констатировала Джоган.

Сейчас в разработке отдела — обещающее стать резонансным дело, возбужденное по факту махинаций с НДС и, возможно, контрабандной рудой на Побугском ферроникелевом комбинате. По словам Надежды Джоган, схемы, задействованные на предприятии, сложны и запутаны, и расследование обещает быть длительным и очень непростым.